— Да! Только Эдвард так никогда и не узнал ее. Жаль, что не получилось. Он полюбил бы Элис.
— Что произошло с вашим ребенком, Нелли? Расскажите нам.
— Она была такой милой малышкой. Но она постоянно болела, и я поняла, что нужно ее увезти туда, где будут доктора получше. Эдвард тогда уже пропал без вести, и Фарли вывез меня из джунглей. Когда мне сообщили, что нашли останки Эдварда, я была так одинока и напугана, что мне больше ничего не оставалось, как выйти за Фарли. Он всегда хотел меня получить, вы знаете. Ему нужно, чтобы кто-то его боялся, нужен был человек, которого можно использовать. — Ее голос стал каким-то официальным и словно отдалился.
— Расскажите мне о вашей дочери, Нелли. Что с ней произошло?
— Она умерла. Мы ничем не смогли ей помочь. Фарли пришел в ярость. Ему был нужен ребенок Эдварда, которого можно было бы отвезти Коринтее Ариес.
— И как же вы нашли ей замену? — снова возник голос Литы, она не обрывала Пиони, а лишь мягко спрашивала.
Та заколебалась с ответом.
— Это было уже много позже. Сначала мы пытались завести своего ребенка, но ничего не вышло.
— Расскажите, как вы нашли Элис. — И снова голос Литы звучал тихо, но настойчиво.
— Мы просто присматривали детей везде, где бывали. Нам нужна была трехлетняя девочка, немного похожая на Эдварда. И однажды мы вдруг увидели такого ребенка в продуктовом супермаркете. Фарли сказал, что надо последить за ней и воспользоваться шансом. Когда ее мать оставила тележку, я сделала то, что должна была. Хоть мне и было жаль ее. Она так хорошо ко мне отнеслась, и дочка ее была такая милая. Я полюбила ее с первого взгляда. Но она оказалась непослушной и много плакала, за что Фарли ее возненавидел. Но я никогда не позволяла ему причинить ей боль. Я бы никому не позволила прикоснуться к ребенку Эдварда.
Она насквозь прошла через реальность и снова погрузилась в свои фантазии.
Чарующий голос Литы лишь направлял ее и задавал вопросы.
— Пиони, но вы ведь знаете, что Элис не дочь Эдварда? Вы только что нам сказали, что ваш ребенок умер. В далекой Бразилии. А Элис — дочь Дженни. Она — та самая девочка, которую вы с Фарли забрали с собой в тот день в Коннектикуте.
Однако на этот раз Лита слишком сильно на нее надавила. Защита Пиони оказалась сильнее, чем сила убеждения Литы. До определенного момента она говорила правду. Но как только дело дошло до признания, что Элис не ее дочь, она внезапно дернулась, отпрянула и пулей рванулась к двери. Джоэл успел ее перехватить. Он подождал, пока она успокоится, и отвел ее обратно к машине.
Я уставилась на Литу, потрясенная и снедаемая сомнениями.
— Она будет все отрицать.
— У нас получилось намного лучше, чем я надеялась. Джоэл отвезет вас обеих назад в Викторию. А я завтра поговорю с подругой-адвокатом и узнаю, что можно сделать.
Почему-то я не чувствовала облегчения, радости, уверенности… Может, потому что было уже слишком поздно?
— Дженни, сядьте, — сказала Лита и жестом показала на ближайший стул. — Нам надо поговорить. И пусть лучше с Пиони какое-то время побудет Джоэл.
Стул занимала маленькая медная статуэтка индусского бога. Я переставила ее, села и вопросительно посмотрела на Литу. Та улыбнулась.
— Ах, это он? На удачу, Дженни. Я всегда стараюсь опираться на разные вещи, просто для уверенности.
Дискомфорт, должно быть, отразился у меня на лице, и Лита протянула ко мне руку, украшенную изумрудами.
— Я не безбожница. Все те предметы, которыми пользуются смертные — они просто символы. Они могут направлять нас, предупреждать и напоминать.
— Как перо ворона?
— Да. И вы ведь видели тень на луне. Перед лицом тайны от вопросов мало пользы. Но всегда помогает, когда мы открываем себя.
Я надеялась, что она права. Прошлой ночью какое-то время я была в этом уверена.
— Нельзя допустить, чтобы Коринтея рассказала все Фарли с Пиони, — сказал Лита. — Мы должны остановить ее — и освободить Элис для вас.
— Элис уже все знает. Крамптон кое-что показала миссис Ариес, и она изменила мнение.
— И что думает Элис?
— Пока не знаю. Вряд ли она полностью приняла сказанное, и еще она беспокоится за Пиони — как будто это Пиони здесь маленькая девочка. Не представляю, что будет дальше.
— Мы пока что только заглянули в щелочку, Дженни. И мы не увидим все целиком, пока не сможем оглянуться назад. И даже тогда, возможно, еще не получится. Но нам необходимо верить и ждать. И делать все, что в наших силах. — Лита беспокойно задвигалась. — Вам пора возвращаться домой. И как можно быстрее!
Ее беспокойство передалось и мне. И хоть Пиони была с нами — можно сказать, как заложница, миссис Ариес оставалась там с Диллоу и сиделкой. А Элис — с Фарли Корвином.
Мы заторопились на улицу. Проводив меня до машины, Лита решила поехать с нами, прямо в своих полупрозрачных одеждах.
— Я могу вам понадобиться, — сказала она.
Джоэл был за рулем, а Пиони полулежала на пассажирском сидении, безвольно откинувшись на спину.
Едва я успела сесть сзади, как из дома выбежала Айрис. Лите звонил мистер Диллоу, он просил сообщить, что происходит что-то очень нехорошее и он не отвечает за последствия. И мы все должны срочно приехать.
Это сильно напоминало вечер, когда Тим по-своему разобрался с Фарли. Только я подозревала, что на этот раз все будет гораздо серьезнее.
— Поезжай напрямик, — сказала Лита Джоэлу и, набросив одним витком шарф, она села в машину. Джоэл включил фары, и мы тронулись в путь.
По дороге мы с Литой почти не разговаривали. Перед глазами проплывали тревожные картины — наверняка они были ужаснее, чем то, что случилось на самом деле.
Мы въехали в освещенный город, и Пиони зашевелилась. Но Джоэл успокаивающе положил на нее руку, и она затихла.
Верхние этажи Радбурн-Хауса были темными, но внизу горел свет. У двери, как обычно, нас встречал Диллоу, и на его лице явственно читалось беспокойство.
18
Диллоу сразу обратился к Джоэлу.
— Доктор Радбурн, пройдите в библиотеку, прошу вас. Вы должны это остановить, пока не стало слишком поздно.
Джоэл помог Пиони выбраться из машины, и мы торопливо вошли в дом.
— Позаботься о своей дочери, — сказал Джоэл Диллоу. — Но сперва расскажи, что тут происходит.
— Это все Фарли Корвин. — Диллоу, похоже, был на грани срыва. — Он показывает миссис Ариес фокусы и очень ее расстроил. Я попытался его остановить, но у меня ничего не получилось!
Кажется, все не настолько серьезно, как я боялась.
— Я пойду, посмотрю, как она, — сказал Джоэл. — Вряд ли фокусы ее так уж сильно расстроили.
Но Диллоу словно прорвало.
— Он порочный и опасный человек! Он уже столкнул Крамптон с балкона, и теперь…
Джоэл потряс его за плечо.
— Возьми себя в руки, — приказал он и побежал по коридору к библиотеке. Мы с Литой последовали за ним. Пиони внезапно вернулась к жизни и побежала вперед нас. Она уловила слово "фокусы", и оно подействовало на нее, как ведро холодной воды.
— Элис! — закричала она. — Надо его остановить! Я знаю, что он хочет сделать!
Диллоу попытался задержать ее, но она грубо отпихнула его, показав удивительную силу для такой беспомощной женщины.
— Фарли не убивал Крамптон — это ложь! — Она влетела в библиотеку, а мы замерли на пороге, потрясенные тем, что происходило в комнате.
Коринтея Ариес и молоденькая сиделка по имени Эми были одновременно и зрителями и заложниками. Миссис Ариес сидела на постели в желтом платье, которое придавало ее гладкой пергаментной коже нездоровый оттенок. Седые волосы неопрятно рассыпаны по плечам — сказывалось отсутствие Крамптон. Я никогда ее такой не видела. А она неотрывно смотрела представление, которое разворачивалось у изножья кровати.
Фарли Корвин был при полном параде настоящего фокусника — черная фрачная пара потертого вида, черный плащ с алой подкладкой, и в качестве финального аккорда помятый цилиндр, пижонски венчающий его голову. В роли его ассистентки выступала раскрасневшаяся Элис. Ее костюм состоял из красной блузки с широким вырезом, отороченным золотым шнуром, и красной же юбки с блестками. И в дополнение — яркая театральная улыбка на лице.