Вдоль дорожек там и тут стояли скамейки красного дерева, над которыми были установлены навесы от непогоды. Их делали из материалов со старых парусных кораблей.
Мы с Литой гуляли и заодно выглядывали того, что приехал сюда на ее машине, но в запутанном лабиринте садов мы вряд ли могли его увидеть, пока, как указала Лита, судьба нам этого не предназначила.
Окруженный изогнутыми дорожками Утопленный сад взорвался перед нами всем своим многообразием форм и цветов. Мы смотрели на него с верхнего уровня, у наших ног раскинулось настоящее произведение искусства, словно вытканный гобелен. Каменные стены скрывал уже не только плющ, но и высокие деревья, обрамлявшие внутреннюю часть сада. Мы увидели гармонично составленные клумбы — алые, желтые, розовые, белые, фиолетовые, синие. Невысокую траву словно взрезали цветочные всплески и деревца туи. Последние, высокие и красиво подстриженные, походили на темных стражей. Маленькие деревья с густой кроной смягчали контуры и придавали саду еще больше привлекательности. Клены словно горели осенним пламенем, трава зеленым ободком обрамляла клумбы. Изящная каменная дорожка огибала нижнюю часть карьера, сама по себе являясь ярким контрастом белого и всей остальной растительности.
Здесь росли хризантемы, бегонии, герани, розы — их высаживали с хорошим чувством стиля и пониманием, что вся панорама открывается именно сверху. Создавалось впечатление, что мы смотрим на пейзаж в красивой раме — это было так удивительно красиво, что казалось почти нереальным. В воздухе витал сладкий аромат цветов и других растений.
Я посмотрела на Элис, которая стояла рядом со мной и держалась за перила. Интересно, вся эта красота для нее что-нибудь значит?
— Что ты сейчас чувствуешь? — спросила я.
И девочка тихо ответила:
— Они поют!
Я испытала прилив удовольствия. Когда Дебби была совсем маленькая, я старалась развивать ее зрение, слух и осязание. Я говорила ей, что очень легко говорить "красиво" и "прекрасно", но можно увидеть много больше, если пропускать красоту через себя и "услышать" ее ответ. Примерно как Элис сейчас чувствовала, что раскинувшиеся перед нами цветы "играют" музыку, словно оркестр.
— Я тоже их слышу, — сказала я.
Элис посмотрела на меня счастливыми глазами.
— Фарли считает меня глупой, когда я так говорю.
— А Пиони?
Она не ответила и отошла, видимо, испытывая неловкость.
— Каждый год, — Лита наслаждалась своей ролью гида и знатока цветов. — Каждый год сюда привозят из Голландии тюльпаны, и вся картина меняется. Она как живой гобелен.
Элис вдруг напряглась.
— Смотрите! Вон туда!
Ее зоркие глаза заметили то, что никто, кроме нее, еще не видел. По дорожке между двух туй показалась Крамптон. Грузная и суровая, она везла по саду миссис Ариес в инвалидном кресле.
— Вот, значит, что я чувствовала, — сказала Лита. — Если Коринтея приехала сюда на моей машине, значит, случилось что-то очень серьезное. Нам лучше спуститься вниз и побыстрее с ней встретиться.
От внезапно накатившей неуверенности Элис сунула ладошку в мою руку, и я ее ласково сжала — несмотря на то, что сама испытывала тревогу, пока мы спускались по лестнице на "дно" бывшего карьера.
Эти двое увидели нас, и Крамптон остановилась. Едва мы подошли к ним, как Коринтея Ариес резко бросила:
— Где вы были? Мы ждем вас почти час! Я не вынесла ожидания в машине. Я думала, что вы собирались сюда.
— Мы не знали, что вы нас ждете, Коринтея, — спокойно сказала Лита. — Иначе мы бы, конечно, поспешили. По пути мы заехали в квартиру моего сына, я хотела кое-что показать Дженни и Элис.
Обе женщины — и одетая в форму сиделки Крамптон и закутанная в длинное черное пальто миссис Ариес — казались темными пятнами на фоне природной красоты и буйства цвета.
— Что именно вы хотели им показать? — с подозрением потребовала ответа миссис Ариес.
Элис обрела былую уверенность. Она выпустила мою руку и встала перед Коринтеей Ариес, она уже не боялась и рвалась первой все объяснить.
— Миссис Радбурн произнесла заклинание, — заявила она. — Настоящее магическое заклинание, а не как фокусы Фарли. И я тогда вспомнила.
— Вспомнила что? — в голосе Коринтеи внезапно появилась напряженность.
— Не знаю, от заклинания или нет, но я вспомнила, как звали мою черепаху, — ответила Элис. — У меня была черепаха, когда я была маленькая.
— И как ее звали?
Элис покачала головой.
— Точно не знаю. У меня все в голове перепуталось.
Имя черепахи явно было не тем, чего боялась миссис Ариес, и она, щелкнув пальцами, отмахнулась от слов Элис.
— Это совершенно неважно. Дома произошло нечто ужасное. Я не смогла найти Джоэла, а мне нужно было с кем-то поговорить. Я знала, что вы поедете сюда, и приказала Крамптон привезти меня. — Она глянула на сиделку. — Возьми Элис погулять, ладно? Просто покажи ей сады. Меня повезет Дженни, если понадобится, но пока мы никуда не собираемся. И долго не гуляйте.
Крамптон и Элис не шевельнулись, только уставились друг на друга. Элис первая пришла к решению. Она пулей сорвалась с места и побежала наверх, откуда мы только что спустились.
— Крамптон, за ней! — воскликнула миссис Ариес.
— Нет, миссис Ариес, — твердо заявила та. — Я останусь с вами. Пусть за ней бегает кто-нибудь помоложе.
— Я догоню ее, — сказала я и не стала дожидаться, как миссис Ариес отреагирует на подобное неповиновение своей подчиненной.
Добравшись до верхнего уровня, я лишь успела мельком увидеть, как длинноногая Элис исчезает вдалеке за поворотом. Я поспешила за ней, но девочка уже скрылась из вида. От развилки вправо ответвлялась дорожка, и надпись на указателе гласила "Японский сад". Элис вполне могла им заинтересоваться, и я свернула направо.
За следующим поворотом пряталась бамбуковая роща. И ни одного посетителя в обозримом пространстве. Шагов Элис я уже не слышала, но различала, что откуда-то раздается водяной плеск. Он шел от ручья, который питал водой небольшой пруд поблизости. В воде отражалась окружающая зелень и красноватое пятно — маленькие ворота-тори, а сам пруд пересекала дорожка в виде цепочки камней. В этом тихом местечке не было никаких признаков присутствия Элис, а окружающий мир казался совсем далеким.
Она могла прятаться где-то поблизости, а могла убежать в почти любом направлении. Стоило немного поискать здесь и потом сменить направление.
Взбираясь вверх по узкой тропинке, я заметила стоящий на возвышении закрытый павильон. К его арочному входу вели кирпичные ступеньки. Элис могла заинтересоваться этим маленьким японским домиком. Я обогнула изящно притулившиеся деревья-бонсай и взбежала вверх по ступенькам.
Внутри павильона была единственная комната из необработанного камня, вдоль стен стояли деревянные скамейки. На одной из них и съежилась Элис: распахнутые глаза с враждебным теперь взглядом, колени подтянуты к подбородку. Она напоминала маленького загнанного зверька, и я чувствовала, что при малейшем намеке на опасность она бросится прочь. Я заслонила собой вход и стала слушать, как плещется ручей под павильоном.
Элис напряженно наблюдала за мной. Я продолжала молчать, и тогда она взорвалась.
— Я не поеду с ней! Мне было так весело, а она все испортила!
Я опустилась рядом, но не стала к ней прикасаться.
— Ты можешь поехать с нами, если хочешь. Мы возьмем машину миссис Радбурн, а Кирк отвезет миссис Ариес на ее машине.
— А если она не разрешит? Она же только что услала меня, чтобы я ничего не услышала. Как всегда! А я не хочу возвращаться. Мне здесь нравится. — Элис перекрикивала шум воды. — Я бы хотела здесь жить! Всегда!
— Ты, наверное, проголодалась, — предположила я. — Миссис Радбурн говорила, что до возвращения надо устроить ланч.
Элис немного оживилась.
— Значит, нам не придется есть со старой Коринтеей.
— Не думаю, что она захочет к нам присоединиться. Как думаешь, мы найдем обратную дорогу к миссис Радбурн? Тогда я скажу всем, что ты поедешь с нами.