- С ним все в порядке, - тихо сказала Марго.
- Такой замечательный мальчуган! Госпожа Лежер говорит, что никогда не видела лучше.
Какую глупость мы совершили, приехав сюда! Мне следовало бы знать, что мы попадем в переплет. Но разве можно было убедить в этом Марго!
- Конечно же, он сейчас с няней, - продолжала Жанна. - Я слышала, в кузнице стоит роскошный экипаж. Все решили, что дамы из Парижа. Я бы ни за что не догадалась, кто это.
Я положила руку Марго на плечо.
- Нам пора трогаться.
- Вы заедете к госпоже Гремон?
- Нет, боюсь, не успеем, - поспешно ответила я. - Передайте ей наши наилучшие пожелания и скажите, что сейчас мы очень торопимся. Мы заблудились - вот почему мы оказались здесь. К несчастью, еще и лошадь сломала подкову.
- Куда вы направляетесь? - поинтересовалась Жанна.
- В Парфур, - выдумала я название.
- Никогда не слышала. Какой там поблизости крупный город?
- Это-то нам и предстоит выяснить, - ответила я. - Нам действительно надо спешить. Всего хорошего.
- Рада была видеть вас, - сказала Жанна, охватывая маленькими обезьяньими глазками все - ливрею Бесселя, платье Мими, которое было бы к лицу и знатной даме. Я же в душе порадовалась, что обстановка в стране вынудила нас одеться как можно проще, так что наряд Марго не выдавал слишком явно ее положение в обществе.
В подавленном состоянии мы прошли на кузницу, где нас ожидал запряженный экипаж. Я заметила жадное любопытство в глазах Мими, но, будучи вышколенной служанкой, она не упомянула о случившемся. Я была уверена, что они с Бесселем обсудят это позднее.
Марго и не собиралась впадать в отчаяние по поводу этой встречи. Она решила, что наплетет Мими какой-нибудь вздор, хотя поверит ли в него Мими - это уже другое дело. Меня же случившееся основательно встревожило. На душе стало неспокойно.
Мы нашли тот трактир, где последний раз останавливались с Шарло. Хозяин вспомнил нас. Должно быть, мы привлекли внимание - полагаю, отчасти потому, что я была иностранкой, однако то обстоятельство, что Марго приехала с ребенком, а уезжала без него, невольно наводило на очевидные предположения.
Марго говорила, что задаст несколько осторожных вопросов, но Марго и осторожность никак не вязались друг с другом. Скоро всем стало ясно, что она пытается найти следы супружеской пары, забравшей ребенка, причем делает это исподволь, стараясь не вызвать подозрений, - причина чего не оставляла сомнений. И все же Марго удалось выяснить, что супружеская чета направилась по дороге на юг, к городку Бордеро.
В Бордеро было три постоялых двора, мы безуспешно попытали счастья во всех трех. Изучив указатели, мы выяснили, что ребенка могли увезти по трем различным дорогам.
- Мы должны проверить все три! - твердо заявила Марго.
Как мы устали! Насколько безнадежными казались наши поиски! Как можно было рассчитывать отыскать ребенка? Но Марго была полна решимости.
- Мы не можем находиться в отъезде так долго, - сказала я. - И так мы ведем себя очень странно. Что, по-твоему, думают Мими и Бессель?
- Они слуги, - надменно возразила Марго. - Им не платят за то, чтобы они думали.
- Ну да, разумеется, не платят - когда это не в твоих интересах! Однако у них уже появились догадки, вот в чем дело. Думаешь, мы поступаем разумно, Марго?
- Мне все равно, разумно или нет. Я должна отыскать своего ребенка.
И мы продолжили наши поиски, которые никуда нас не привели.
Наконец я сказала Марго:
- Ты говорила, что отправляешься навестить Иветту. Не считаешь ли ты, что нам следует ее посетить, раз уж это предполагалось целью нашей поездки?
Она ответила, что не хочет тратить время, но в конце концов я убедила ее, что лучше будет заехать к Иветте. Вновь я словно услышала слова графа, предупреждающего, что, плетя паутину лжи, необходимо вставить в нее несколько нитей правды.
Нянька жила в живописном домике, окруженном садом. Ворота были достаточно широки для того, чтобы в них проехала карета, а в дверях нас встретила сама Иветта.
Эта женщина с добрым лицом сразу же понравилась мне, однако я уловила явное смятение в ее глазах, когда она поняла, кто ее гости.
Подбежав к няне, Марго обняла ее.
- Моя малышка, - с любовью произнесла Иветта. - Вот так неожиданность!
- Мы проезжали мимо и решили проведать тебя, - сказала Марго.
- А… а куда вы ездили? - спросила Иветта.
- Ну… на самом деле мы приехали к тебе. Мне кажется, что мы уже так давно не виделись. Это мадемуазель Мэддокс, моя подруга… и кузина.
- Кузина? - спросила Иветта. - Не знала о ее существовании. Добро пожаловать, мадемуазель. О, я, кажется, вижу Мими? Добро пожаловать, Мими.
Однако ее беспокойство, похоже, возрастало.
- Жозе позаботится о Мими и вашем кучере, - сказала она.
Жозе была ее горничная, такая же старуха, как и сама Иветта. Мими и Бессель отправились вслед за ней, а мы последовали за Иветтой в дом. Он был чистый, опрятный и очень уютно обставленный.
- Ты счастлива здесь, Иветта? - спросила Марго.
- Господин граф всегда был добр по отношению к тем, кто хорошо работал на него, - ответила старушка. - Когда надобность во мне отпала и я покинула замок, он приобрел мне дом и обстановку и обеспечил средствами, достаточными для того, чтобы я могла позволить себе нанять Жозе. Мы живем здесь счастливо.
Она провела нас в гостиную.
- А мадемуазель Мэддокс приехала из Англии?
Я задумалась, откуда Иветта узнала об этом, сама я об этом не упоминала, а мое произношение не могло меня выдать - ведь я почти ничего не сказала. Мое имя? Произнесенное так, как его произносила Марго, оно звучало совсем не по-английски.
- Садитесь, дитя мое, и вы тоже, мадемуазель. Вам необходимо подкрепиться, так что останетесь со мной обедать. У нас замечательные цыплята, а Жозе превосходно готовит.
Иветта подобрала со стула какое-то рукоделие.
- Иветта, ты по-прежнему великолепно вышиваешь? - Марго повернулась ко мне. - В свое время она украшала все мои платья, не так ли, Иветта?
- Я всегда любила работать иголкой. А вы, как я слышала, помолвлены?
- О, так значит, ты уже слышала об этом? Кто тебе это рассказал?
Иветта заколебалась. Наконец она сказала:
- Графа всегда интересовало, как у меня обстоят дела, и он время от времени навещает меня.
Об этой черте характера графа я до сих пор не подозревала. Как же приятно было узнать, что он столь чуткий, и это знание наполнило меня восторгом.
- Мы с удовольствием разделим трапезу, не так ли, Минель? - сказала Марго.
Все еще размышляя о заботе графа о тех, за кого он считал себя в ответе, я радостно кивнула.
- Я должна показать тебе прекрасную работу Иветты, - продолжала Марго.
Встав с кресла, она взяла рукоделие, над которым трудилась Иветта, и передала его мне.
- Смотри. Воздушная вышивка «елочкой». Но что это, Иветта? - Марго расправила ткань. - Это же распашонка.
Иветта вспыхнула:
- Я делаю это для подруги.
У Марго сжалось лицо, как это бывало всегда, когда ей напоминали о детях, а я подумала: «Она никогда не избавится от этого до тех пор, пока не заведет еще одного ребенка».
Свернув распашонку, Марго положила ее на стул.
- Очень мило, - сказала она.
- Как дела в замке? - спросила Иветта.
- Да как всегда. Ах нет… Нам в окна швыряют камни, да, Минель?
Иветта печально покачала головой.
- Иногда мне кажется, люди сошли с ума. У нас такого почти нет, но из Парижа доходят слухи.
Затем она начала говорить о минувших днях, рассказала несколько забавных случаев из детства Марго. Было ясно, что она очень любит мою подругу.
- Я слышала о кончине вашей матери, - сказала Иветта. - Все это очень печально. Бедняжка! Ну-Ну, должно быть, не находит себе места. Для нее кроме графини никого не существовало. Она знала ее с пеленок. Мне это понятно. Своих детей у нас не было, и то место в наших сердцах, которое принадлежало бы им, мы отдали тем, кто был у нас на попечении. Эти узы сильны. Ах, я глупая старая женщина, но я всегда любила малышей. Превратности судьбы частенько одаривают детьми тех, кому они не нужны, и не дают тем, кто их жаждет. Бедная, бедная Ну-Ну. Могу представить ее горе.