- Ник, пожалуйста. - По ее щекам текли слезы. - Все было совсем не так. Я…
- Еще одна подобная выходка, еще один ночной звонок, и тебе придется самой бороться за свою жизнь.
- Бороться?
- Я отберу у тебя Иден и сделаю это так быстро, что ты даже не успеешь понять, в чем дело. И я сделаю это, если у меня не останется другого выхода. Я пойду на это ради Иден. Еще я поговорю с Кейт и спрошу, почему она разрешает Дани проводить у тебя столько времени. Ты - неподходящая мать и не станешь ею, пока не повзрослеешь, не начнешь думать о других, а не только о себе.
«Ночной кошмар, - думала Джульет, - как такое может быть?»
- Ник, ты не понимаешь!
- Я все прекрасно понимаю. Надеюсь, и ты тоже. Еще один такой трюк, и ты больше не увидишь ни Иден, ни Дани. Ясно?
Джульет скрепя сердце кивнула.
- Хорошо. Теперь я должен вернуться к девочкам.
- Ты ведь не оставил их одних? - В этот момент тревога возобладала над всеми другими ее чувствами.
- Не поздновато ли беспокоишься? - последовал безжалостный вопрос.
Когда за ним захлопнулась дверь, Джульет почувствовала себя страшно одинокой. Если она потеряет Иден - и Дани, которую любила почти как дочь, - она окончательно потеряет и Ника. И неизвестно, что хуже.
В доме Джульет было тихо и пусто. Ник проверил все комнаты наверху и, спустившись в холл, поднял трубку. Облегчение, которое он испытал, услышав голос Эллисон, тут же сменилось взрывом гнева.
- Что, черт побери, ты делаешь? Я же велел тебе оставаться здесь, с девочками!
- Я сплю, - зевая, ответила она. - Что я еще могу делать в семь часов утра в воскресенье?
- Девочки с тобой?
- Прошлой ночью я отослала их на такси к Кетлин Меллори. И если у них есть голова на плечах, в чем я сомневаюсь, учитывая, кто их матери, то они, наверное, тоже спят.
- Эллисон, у тебя нет ни капли материнского чувства!
- Я отказываюсь выслушивать упреки от человека, который вспоминает о своих отцовских обязанностях лишь пару раз в год! - взорвалась Эллисон и бросила трубку.
«Хорошо, что мы говорили по телефону», - с грустью подумал Ник, набирая номер Кейт. Если бы Эллисон оказалась рядом, он свернул бы ей шею.
- Алло? - раздался в трубке мужской голос.
- Кто это? - грубо спросил Ник.
- Барри Инман.
- А-а-а… извини, Барри. Это Николас Пикар. Кейт дома?
- Она уехала в больницу к Джульет, - холодно ответил Инман.
- А как девочки? Минуту назад я узнал, что Эллисон, пока я был в больнице, отправила их к вам. С ними все в порядке?
- Кейт очень рассержена на тебя. Она думала, что это твоя идея. - Голос Инмана немного потеплел. - Девочки расстроились, ведь ты обещал зайти к ним, когда вернешься из больницы. Но миссис Грегори уложила их спать. Вообще-то они, возможно, и сейчас спят.
- Можно я приеду навестить их?
Нику больно было просить разрешения увидеть собственных дочерей, но он пошел бы на все ради них.
- Конечно, нет проблем, - добродушно ответил Инман.
«Сейчас еще слишком рано», - думал Ник, захлопывая за собой дверь. Домой возвращаться не стоит, иначе они поссорились бы с Эллисон на несколько недель. Сейчас лучшее место для него - офис.
Джульет рыдала, а Кейт беспомощно похлопывала ее по спине.
- Хочешь, я позову сестру?
- Нет. - Джульет прижалась к ее руке. - Не делай этого. Они могут рассказать Нику.
Джульет в несколько ином виде представила подруге визит Ника. «У него действительно нет сердца, - думала Кейт, - угрожать человеку в таком положении, в каком находится Джульет». Однако ее волновала и другая проблема: что ей делать, если Дани будет постоянно находиться дома? Барри был не против, но он никогда не имел дела с детьми. К тому же Дани вела себя с ним очень натянуто и недружелюбно, и от этого оба чувствовали напряжение.
- Он не так все понял, Джульет.
- Это действительно был несчастный случай, - в сотый раз повторяла та. - Если бы я не выпила, то никогда не ошиблась бы, отсчитывая таблетки. - Она снова прижала к себе руку подруги, и Кейт подумала, что останутся синяки. - Я не стала бы совершать самоубийство, Кейт. Ты знаешь, я на это не способна.
- Конечно, не способна.
- Ты знаешь, что значит для меня потерять Иден. И Дани.
«И для меня тоже!»
- Знаю. Ты поговоришь с Ником, но, может, тебе лучше пока не звонить ему. Только некоторое время, - торопливо прибавила она, увидев огорчение Джульет.
Та пристально смотрела куда-то, и Кейт обернулась.
В дверях стоял высокий пожилой человек в дорогом твидовом костюме. Он сделал шаг вперед, протягивая руку.
- Я - Оливер Бриттани. - Его рука была влажной, но Кейт выдержала рукопожатие, чтобы не показаться невежливой. - Я рада, что рядом с Джульет будет ее семья.
Она с улыбкой повернулась к подруге и застыла: Джульет, казалось, съежилась, прижалась к подушкам, ее взгляд метался от Кейт к отцу.
- Ну, - Кейт резко повернулась, - я, пожалуй, пойду.
- О нет, - снисходительно произнес Оливер Бриттани. - Не уходите. Друзья Джульет - мои друзья.
Никогда Джульет не была так напугана, как в тот момент. Все угрозы Ника показались ей смешными по сравнению с той пропастью, которая только что разверзлась у нее под ногами.
Джульет забыла, насколько они с Кейт похожи. «Виноват Ник», - думала она, заметив, что внимание Оливера обращено на ее подругу.
Не сходит ли она с ума? Ей ведь хотелось, чтобы Оливер Бриттани навсегда исчез из ее жизни. Но, видя, с каким восхищением он разглядывает Кейт, Джульет до смерти испугалась, что может лишиться его привязанности.
- Мне правда надо идти, - сказала Кейт. - Девочки у меня, поэтому не беспокойся.
- Я провожу вас до машины, - поспешно предложил Оливер Бриттани, - и заодно расспрошу вас о моей внучке.
Прежде чем Джульет успела открыть рот, дверь палаты захлопнулась.
О внучке?
Ему нет дела до Иден. Джульет знала, что он любит только ее и ее образ, повторившийся в Кейт. Она чувствовала, как в ней растет неистовая ярость, стремящаяся вырваться наружу. Но если это произойдет, Ник и Иден исчезнут из ее жизни. Поэтому она осталась сидеть, вся дрожа, на больничной кровати, и в ее душе слились ненависть, любовь и одиночество.
Джульет собирала вещи, не зная, кому позвонить, чтобы ее отвезли домой. По просьбе Кейт миссис Грегори принесла ей полную сумку, но теперь, вспоминая, как подруга ушла вместе с Оливером, Джульет потеряла всякое желание обращаться к ней за помощью. Потом Кейт еще два раза навещала ее, предложила привести в больницу девочек, но Джульет отказалась. Она не хотела, чтобы Иден и Дани видели ее в таком месте. Чем меньше они будут вспоминать о случившемся, тем лучше.
Ник больше не появлялся.
Ночью она позвонила ему домой, но, услышав голос Эллисон Хиллард, положила трубку.
В палату вошла сестра.
- Рада, что вы хорошо себя чувствуете, мисс Бриттани.
- Спасибо. - Джульет положила в сумку халат и застегнула молнию.
- Вас кто-нибудь отвезет домой? - спросила сестра.
Не успела Джульет ответить, как в дверях появился Оливер Бриттани в прекрасно сшитом костюме с обычным холодным выражением на худом лице.
- Мой отец, - со странным чувством неизбежности ответила Джульет.
В машине он пытался положить руку ей на колено, но она уставилась на него, как на отвратительного паука.
- Нет, Оливер, - твердо сказала она, и он отдернул руку.
Когда они подъехали к дому, Джульет вылезла из машины и, не оборачиваясь, бросила на ходу:
- Возьми мою сумку.
Войдя в дом, она поняла, что Кейт, должно быть, присылала сюда Изабеллу. Везде пахло свежим воском, все сверкало.
В холле появился Оливер с сумкой, но Джульет почти не обратила на него внимания.
- Отнеси в мою комнату и вынь вещи. - Она направилась на кухню.
Врачи ничего не сказали ей об алкоголе. Возможно, они думали, что она получила хороший урок. Если так, то они ошиблись. Джульет допивала первый бокал под взглядом Оливера, который молча стоял на пороге, ожидая новых приказаний.