— Отряд в одиночку? — Собеседник пожал плечами.
Он хотел сказать что-то еще, но, не дожидаясь следующей реплики, Мартелл скатился с холма и побежал в сторону лагеря диггеров, откуда то и дело слышались автоматные очереди. Он отчетливо слышал, как стрекотали полтора десятка «АК-74», а им отвечали сначала восемь, а затем девять «натовских» штурмовых винтовок.
— Стой! — Только и успел выкрикнуть Щелкунчик, прежде чем Мартелл поравнялся со странной процессией…
Теперь встрепенулся уже Клевер. Он тоже подхватил автомат и бросился следом за товарищем.
Все произошло так быстро, что я едва успел осознать происходящее…
Сначала загрохотал автомат слева от нас, а потом второй, сверху. Скажу сразу — описать происходящее в подробностях я просто не мог. В голове все еще вертелся недавний разговор с Паком, и все прочее уходило на второй план.
Словно в трансе, я стрелял, перезаряжал оружие, но все мои мысли были лишь о том, что происходило вчера днем.
К моменту, когда мой палец коснулся курка, стрелявший уже преодолел треть расстояния от своего убежища до нашей группы.
Только теперь я сумел разглядеть лицо стрелявшего.
— Мартелл! Это же я!
Но сталкера словно подменили. Может он не узнал меня? А, может, узнал, но истолковал мое появление совсем не так, как стоило это сделать.
Воспользовавшись тем, что Мартелл на несколько секунд исчез за грудой мусора, я бросился в сторону лагеря диггеров.
Выстрелы грохотали уже вдалеке, в стороне Темной долины…
Но я не обольщался. Вот-вот Мартелл и второй автоматчик поймут, куда я направился, и начнут палить вслед. Поэтому нужно срочно найти укрытие.
Я распахнул дверь основного здания в лагере диггеров — одноэтажной времянки, и прыгнул вовнутрь.
Следом, пробивая насквозь тонкую дверь, ударили две очереди, а потом фанерная филонка двери влетела в коридор, и на фоне темного полога неба возникла фигура человека в бронекостюме. Это был второй стрелок.
Нарвавшись на ответный огонь, сталкер, которого называли Клевер, бросился в крайнюю комнату. Выбив стекло, он выпрыгнул наружу, но пущенная следом очередь ударила в спину. Застучали о броню тяжелые пули.
Сталкер приземлился на бетонный парапет крыльца, перекатился под окно и швырнул в проём две гранаты.
С хрустом слетела с петель дверь за мгновение до взрыва, мелькнула тень на фоне огненного полотна, и всё стихло.
Я приземлился на траву секундой позже проворного долговца, прыгнул в сторону, и пустил длинную очередь по стене барака.
Мне ответила очередь из автомата Мартелла. Отпрыгнув за бетонные блоки, я ответил одиночным на вспышку, но стрелок уже переместился на другую позицию.
А потом мы оказались друг напротив друга, с оружием наизготовку…
— Я выстрелю! — Мартелл сжал приклад автомата, и пристально посмотрел на меня.
— Я тоже!
— Брось ствол, тварь! — Руки сталкера задрожали.
— Нет. — Я отрицательно покачал головой. — Не могу. Тогда ты в меня выстрелишь.
— Ствол бросай! — У Мартелла начиналась истерика.
Он жадно хватал ртом воздух, пытался успокоиться и восстановить дыхание.
Я ждал выстрела, но вместо этого услышал голоса:
— Тихо! — Щелкунчик отстранил Мартелла, и пристально посмотрел на меня. — Спам, проясни ситуацию. То, о чем говорится в СЖО правда?
— Не всё так просто, Щелкун. — Я вытянул вперёд перебинтованные ладони. — В зоне сейчас такое начинается, что нам с тобой и не снилось.
— То, о чем говорится в СЖО правда? — Повторил свой вопрос сталкер.
— Нет. — Я отрицательно мотнул головой. — Меня подставили. Кто-то перехватывает новостную полосу и отправляет в эфир свой текст.
Щелкунчик не реагировал. Он молча смотрел то на меня, то на Мартелла и Клевера.
— Это правда. — Я снова закивал.
— Верю. Я даже знаю, кто перехватывает эти сообщения…
Никогда не думал, что так просто можно потерять доверие, и так быстро его вернуть. Минутой ранее Мартелл и Клевер чуть было не пристрелили меня, а сейчас они слушали мою историю, веря каждому слову. Да, такое может быть только в Зоне, и нигде кроме Зоны.
Пока я поглощал тушенку из личных запасов Щелкунчика, сталкеры рассказали мне про станцию перехвата сообщений, которую несколько дней назад развернули в Зоне странные люди, прилетевшие на армейском вертолете.
Щелкунчик даже отметил местоположение странного лагеря на моем ПДА и посоветовал не соваться туда. Да я и не собирался. Все раны, наспех залатанные сутками ранее, сейчас принялись ныть, и я вообще сомневался, смогу ли продолжить путь.
Впервые за последние несколько дней у меня появилась возможность расслабиться.
«Вот, сегодня ты встретился со Шрамом, пережил бой с Чернобыльским псом, и не стал добычей Контролёра. Разве это не везение? Зона бережет тебя, Спам. Не знаю почему, но ты не такой как все». — Вспомнил я слова Монгола.
Сейчас они могли вызвать лишь улыбку, а тогда я воспринимал их как должное…
— Ну, как дела? — Насторожено спросил Пак. — Ничего не чувствуешь?
— Вроде жуткой боли? — Спросил я, глядя на кровоточащую руку.
— Ну, в общем да. — Сталкер оглядел ранение. — Кровь ещё идёт.
— Перестаёт. — Успокоил я его.
Мы сидели на пригорке, с которого открывался вид на догорающий лагерь диггеров.
— Выпьешь. — Спросил Маг, протягивая мне полупустую бутылку.
— Обезболивающее? — Я усмехнулся.
— Неа. — Сталкер покачал головой. — Тормозная жидкость. В смысле для трёх тормозов, которые забрели в такую даль.
Я отрицательно покачал головой.
— Ну, как хочешь. — Маг сделал несколько глотков, и указал в сторону дома, из дверного проёма которого тянулся шлейф белёсого дыма… — Куда теперь?
Я пожал плечами.
— Шансов нет.
— В смысле? — Пак встрепенулся.
— Нет шансов вернуть всё на круги своя. Сделать всё как было, чтобы никто за мной не гнался, а сталкеры вместо стрельбы приветствовали меня. Чтобы меня благодарили за добрые дела, а не пытались прикончить за то, чего я не делал.
— А ты хочешь вернуть?
Я пожал плечами.
— Возможно. Иногда мне хочется переиграть всё, вернуться на неделю в прошлое и не брать контракт на Стекольщика. Всё бы было по-другому. Многие были бы живы.
— Всё было бы именно так даже без тебя. Зона нашла бы на роль пешки любого другого. Того же Ворона, например.
— Тоже верно. — Я кивнул.
— Ну и кроме всего прочего ты вернул доверие как минимум трех долговцев, а это не мало.
Пак прищурился и оглядел сидящих рядом Мартелла, Клевера и Щелкунчика.
— Долговец тут только один. — Щелкун указал на Клевера. — Так что большой радости по этому поводу я бы на месте Спама не испытывал.
— Тоже верно… — Пак замолчал, глядя на ПДА.
Экран миникомпьютера светился, и на нем вырисовывался значок в форме телефонной трубки.
— Слушаю. — Кореец поднес переговорное устройство к уху. — Да. А это проверенная информация? Вы понимаете, что если… Боже святый… Ладно. Наблюдайте за ним, я скоро буду.
Пак перевел взгляд на нас, и прошептал:
— У нас проблема. Монолитовцы пропустили человека к центру.
— Кого?
— Парламентёра от Адепта. — Руки корейца задрожали. — Они пропустили к себе того, кто отключит радар для Адепта. Мне нужно срочно попасть в Припять.
— В Припять? — Тут уже пришла очередь Щелкунчика удивляться. — К монолитовцам?
— Нужно их предупредить.
— А может просто связаться с ними…
— Через станцию слежения. — Прошептал я.
— Ну, зачем сразу так. — Щелкунчик покачал головой. — Можно через торговца…
Лагерь Хозяев зоны. Янтарь.
Станция подавления сигналов.
Вы никогда не задумывались, почему человек так боится смерти? Понимаю, вопрос довольно странный, особенно если учесть, что задаёт его человек, которого смерть уже не раз пыталась забрать на тот свет, но именно такой человек может рассказать вам и про свет в конце тоннеля, и про сам тоннель…