Её короткое фиолетовое платье было без бретелек, и я был готов поспорить, что её подобранные в тон туфли на каблуках стоили больше, чем среднестатистический житель зарабатывал за шесть месяцев.
Бриллиантовое кольцо на её левой руке будто насмехалось надо мной, когда солнечные лучи, подающие сквозь окно, отражались от него и танцевали по всей комнате. Оно было идеальной огранки, поэтому оно украшало руку женщины.
Анджелина всегда была красивой и элегантной. Её воспитали так, чтобы она была пешкой у своего отца.
Молодая девушка, о которой я когда-то проявлял заботу, была где-то под всей этой показухой.
– Не делай этого, – сказала она, выпрямив свою спину, и потянулась, чтобы схватиться за спинку стула позади неё. Я даже слова не сказал, но она уже знала. Подтверждений этого для нас обоих было достаточно.
– Мы не может сделать то, что они от нас хотят. Я позволил ему принудить меня зайти так далеко, но я сделал это. Я не могу.
В глазах Анджелины сверкнули гнев и отвращение. Она не понимала. Я подумал, что она будет благодарить меня, но я смог увидеть, что этого не случится. Она была готова пройти через это. Почему?
Её отец мог бы найти кого-нибудь еще. Возможно, кого-то, кто сможет полюбить её. Того, кто женится на ней не только ради имени её отца и благосостояния.
– Ты делаешь самую большую ошибку в своей жизни, – сказала она сквозь стиснутые зубы.
Я прошелся до другой стороны своего стола и сел.
– Женитьба на тебе будет самой большой ошибкой в моей жизни. Мы бы ненавидели друг друга. Я не могу позволить своему отцу и дальше контролировать меня. Если он не хочет, чтобы я управлял этим бизнесом, что ж отлично. Наконец-то, я могу принять мое собственное решение.
Анджелина закатила свои глаза, будто я сказал что-то абсурдное.
– Послушай себя. Этот мир – все, что ты знаешь. Эта жизнь, от которой ты желаешь отречься, потому что не хочешь делать то, что тебе говорят, ЭТО ВСЕ, ЧТО ТЫ ЗНАЕШЬ. Ты ведешь себя так, будто женитьба на мне самое худшее из всех возможных вещей, которые ты мог когда-либо сделать. Мы были близки когда-то, Вудс. Мы были друзьями. Мы бы могли снова ими стать, если бы ты просто принял и открылся для этого.
Мы были двум детьми, чьи родители все время оставляли их наедине. Мы разделили одинаково навязанную нам жизнь. Она права, мы были друзьями. Но я никогда не хотел чего-то большего.
– Потому что мы были друзьями, я не позволю нам двоим быть принужденными к тому, что мы не выбирали. У тебя не будет никогда другого шанса. С тех пор как мы были детьми, твои родители толкали меня в твою глотку. Где-то есть тот, кто полюбит тебя. Он захочет тебя ради тебя самой. Не соглашайся на меньшее. Жизнь коротка, и я устал попусту тратить её.
Она вскинула свои руки и испустила рык.
– Отлично. Все что угодно. Я не прошу тебя. Это не то, что я могу сделать лучше. Я просто полагала, что выйти за тебя замуж было бы лучшим вариантом для меня. Ты знаешь меня, и у нас была своя история. Но я не могу это терпеть. У меня есть гордость, и я не хочу стоять здесь и упрашивать, – она стянула бриллиант с её пальца и швырнула его на край моего стола.
– Возьми его. Мы оба знаем, что оно мне не нужно.
Я хотел сказать что-то еще. Извиниться или хотя бы попытаться успокоить её мозг, но я не смог больше ничего сказать.
Я должен был считать себя счастливчиком, что она ничем не запустила в мою голову.
– Прощай, Вудс. Я надеюсь, это стоит того, чтобы ты так поступал, – выплюнула она, потом вышла из кабинета.
Я подождал, чтобы у нее было время благополучно выбраться издания, прежде чем ушел сам.
Я должен был пойти найти Деллу.
Глава 22. Делла
Я запорола игру в гольф.
Когда мяч в очередной раз улетел в деревья, я резко развернулась и посмотрела на Триппа, который прикрывал свой рот, чтобы заглушить смех. По крайней мере, он находил мою крайне неудачную в игре в гольф комичной.
Когда он разбудил меня в семь часов этим утром, потому что он забронировал время, я была не очень счастлива.
Но после того, как он помог мне пережить приступ этой ночью, я чувствовала себя в долгу перед ним. Таким образом, я стащила себя с кровати и стала одеваться.
Теперь, после семнадцати лунок и двенадцати потерянных мячей, я думала, что должна была остаться в постели.
Да, я хотела научиться играть в гольф, но не так рано, и теперь я знала, что я была ужасна в этом деле и не хотела пробовать это снова.
– Я сдаюсь, – сказала я, протягивая ему клюшку, которую я использовала.
– У тебя получается лучше. Ты просто измучилась с этим броском, – сказал Трипп с усмешкой.
– Убери её. Мы оба знаем, что я ужасна в этом. Могу я просто понаблюдать, как ты доигрываешь?
Трипп убрал клюшку в сумку.
– Мы можем назвать это игрой. Ты очень старалась. Может быть, нам нужно провести некоторое время на тренировочном поле и поработать над твоим замахом перед тем, как мы попробуем снова.
Он говорил так, будто мы собирались играть в гольф в будущем.
Я точно не хотела когда-либо играть в гольф снова, если у меня будет возможность воздержаться от этого.
Я не хотела прозвучать грубо, поэтому я держала свой рот закрытым. Я села обратно в гольф-кар, и Трипп повез нас к зданию клуба.
Не думая об этом, я стала искать внедорожник Вудса.
Я могла сказать сама себе, зачем это делала, потому что я хотела убедиться, что его не было здесь, и я не увижу его. Но была обманута.
Я была любителем наказаний.
– Черт возьми, – пробормотал Трипп, втискивая гольф-кар в первое свободное место на парковке для каров.
Я взглянула поверх него и увидела, что было не так, когда мой взгляд задержался на Вудсе. Он направлялся к нам.
– Он выглядит, как человек на задании, – сказал Трипп тихим голосом, когда шагнул из кара.
Вудс кивнул Триппу, но его глаза тут же вернулись ко мне.
Я смотрела, как Вудс прошел мимо Триппа. Он остановился напротив меня.
– Нам надо поговорить, – сказал он.
– Ты наговорился достаточно прошлой ночью, мужик, – голос Триппа прозвучал как осторожное предупреждение.
Вудс проигнорировал его.
– Я больше не обручен. Анджелина только что ушла, и все кончено. Я покончил с этим, – он потянулся и скользнул своей рукой в мою.
– Пожалуйста, пойдем поговорим.
Он разорвал свою помолвку?
Я чувствовала себя так, будто еще сплю.
Почему он сделал это?
Он хотел то, что ему могла дать женитьба на Анджелине.
Почему он покончил с этим?
– Я не понимаю, – ответила я. Мой голос был едва громче шепота.
Сексуальная улыбка приподняла уголки губ Вудса.
– Вот почему нам нужно поговорить.
Я перевела взгляд на Триппа, который только пожал плечами. У меня был запланирован обед с ним сегодня. Я не могла отменить его.
Мне было необходимо, чтобы он сказал что-то, вместо того, чтобы просто пожать мне плечами.
– Мы… Трипп и я планировали пообедать вместе, – сказала я, все еще глядя на Триппа.
Трипп перевел взгляд с меня на Вудса, потом покачал головой с легкой улыбкой.
– Я не буду стоять между вами. Иди с ним. Если он только что расторг помолвку с Анджелиной, тогда ему надо сказать много больше того, чем я предполагал, – сказал он, и потом полностью перевел свое внимание на Вудса. – Больше ничья марионетка. Черт, во время, – сказал он, а потом ушел.
Вудс улыбнулся, когда я посмотрела на него.
– Пообедаешь со мной?
Я бросила взгляд мимо него в сторону клубного ресторана. Я не хотела идти с боссом и обедать там. Я не хотела, чтобы кто-то их моих коллег обслуживали меня. Но я также хотела поговорить с Вудсом.
Он не был обручен.
Мое сердце начало биться в груди сильнее. Вудс был свободен.
– Мне будет некомфортно обедать там. Можем мы сначала поговорить, а потом найти какое-нибудь место для обеда где-нибудь еще.