Интересно, когда же я научусь сначала думать, а только потом словесно доказывать свою глупость, которая вечно плавает в моей голове в качестве константы? Скольких проблем можно было избежать! А так уже третий день приходится как партизан шифроваться по аудиториям и пропускать лекции, на которых может присутствовать Ник. Я бы и дальше продолжала бегать от него, как от огня, но несделанный курсовик словно прожигал дыру в чувстве ответственности перед тетей и возложенных надежд на меня. Да и Зоран с подозрительной периодичностью отправлял мне сообщения о времени, когда мы продолжим заниматься. Вот уж не ожидала, что он такой рьяный приверженец учебы и тем более чужих курсовых проектов. В конечном итоге я поняла, что если еще чуть-чуть потянуть, то мне грозит доп.сессия, а этого надо было избежать любыми путями - стипендия у нас достаточно большая, и за нее стоит побороться.
С Зораном мы договорились встретиться после обеда в пятницу. Так как Институт у нас гуманитарный, кульманы для черчения можно было найти только в одном месте, в небольшом закутке библиотеки, где они пылились из года в год. Мало кто из наших студентов самостоятельно делал курсовые работы и тем более чертежи. Большая часть их заказывала, меньшая половина корпела над ними дома. Я бы тоже делала дома, если бы знала, что именно надо делать. Хотя, даже если бы мне дали чертеж и сказали начертить его копию, у меня бы все равно ничего не получилось - проверенно школой.
Кульманы стояли в самом конце огромной библиотеки, закрытые со стороны прохода громадным стеллажом с мировой литературой. В нашем "холодильнике истории" и так народу почти никогда не было, а уж рядом с такими книжками и подавно, из-за чего здесь всегда было очень тихо, пыльно и немного жутко. Вообще, я была частым гостем в библиотеке. Нравилось мне ходить вдоль высоченных стеллажей, выискивая интересные книжки и не только художественного характера. Поговаривали, что этот зал изначально был предназначен для музыки, и что здесь отличная акустика. Естественно, сейчас ни о каких музыкальных особенностях говорить не приходилось. Наоборот, благодаря плотности наставленных шкафов и несметного количества книг, тут даже эха не было, а ковровые дорожки между узкими проходами глушили шаги.
Положив сумку в шкафчик и прижав к себе тетради, я подошла к стойке администрации. Получив номер и пройдя строгий досмотр на предмет не библиотечных книг, я поплелась к рабочему месту. Конечно, не очень удобно таскать все в руках, но в этом были и преимущества. В отличие от других библиотек, в которых я бывала, в нашей не надо было ждать, когда тебе принесут книгу, а самой сходить в нужную секцию. А малое количество народа гарантировало почти полную тишину и порядок. Да и контингент у нас учился такой, что к бережному отношению к книгам был приучен с детства.
Я разместилась за одним из четырех столов, окинув грустным взглядом стоявшие в ряд кульманы. Надо будет как-нибудь Зорану аккуратно намекнуть, что я не только ничего посчитать не могу, но и начертить тоже.
Подперев голову руками, я принялась ждать.
Настроение было на уровне "пойти и удавиться". К проблемам под названием "Ник Эрденко" и "Курсовик" прибавилась еще одна, и по масштабу она была самая глобальная из всех и грозила колоссальными последствиями не самого радужного характера.
В тот злополучный вечер, три дня назад, я была так расстроена тем, что Толок нас застукал, что забыла ведомости на столе возле компьютера. Утром я, естественно, очнулась, но папки там уже не было. Ведомости - это официальные документы, и за их потерю с меня три шкуры сдерут, в лучшем случае. Выяснить, кто взял так неосторожно забытую мной папку, не представлялось возможным. По-хорошему, надо было сразу пойти и признаться Толоку в пропаже, но мне было так страшно, что я решила тянуть до последнего, в глупой надежде, что все утрясется или как-нибудь разрешится без меня.
Наивная...
- Спим? - шепнули мне прямо в ухо.
От неожиданности я дернулась и чуть не слетела со стула. Встречу с линолеумом предотвратила мужская рука, которая ухватила меня за локоть и вернула в исходное положение - сидя.
- Нет... - насторожено произнесла я, смотря на улыбающегося Ника и сетуя на свою капитальную невезучесть.
А чего это он такой радостный? И где Зоран?!
- Прекрасно, я так понимаю у нас много работы, - улыбнулся парень и сел напротив меня.
- Эм... что? - непонимающе переспросила я.
- Курсовой проект, - проговорил он, взяв со стола лист с заданием и помахав им прямо перед моим носом.- Так посмотрим...
- Эй! Стоп! - задохнулась я от возмущения. - Что происходит?!
- Я бы тебе сказал, - проговорил Ник, не отрываясь от изучения данных курсового проекта и делая какие-то пометки, - но, по словам Зорана, это бесполезно. Предмет ты не знаешь... - задумчиво протянул он и открыл тетрадь, переписывая туда данные.
- Так, отдай сюда! - рявкнула я и попробовала отобрать лист.
- Не дам, - буркнул парень и откинулся на спинку стула, продолжая изучать мое задание.
- Ладно, - пожала я плечами и встала, принявшись собирать свои вещи.
Мои демонстративно-показательные действия все-таки завладели вниманием Ника.
- Можно поинтересоваться, что ты делаешь? - подозрительно спросил он, удостоив наконец-то меня своим взглядом.
- Да, - благосклонно сказала я, стараясь не смотреть на него. - Ухожу.
- Почему? - искренне удивился он.
- Эм... - хороший вопрос он задал, жаль, мой ответ подкачал.
Не ожидала я от него... вот этого! Я думала, он злится на меня, а ему оказывается все равно, что я там недавно брякнула.
- Зоран занят, - сдержанно проговорил он с ноткой недовольства в голосе. - Да и не любит он копаться в чужих работах, так что, если ты не против, то я могу тебе помочь.
- А если я против? - прищурившись, спросила я.
- Будь против. Я не запрещаю, только выбора у тебя особого нет, - пожал он плечами так, как будто все уже решено и мое мнение тут особо никого не интересует.
Ну, знаете ли...
Ник словно почувствовал негодование, которое охватило меня после его слов, быстро проговорил:
- Ирин, подожди, - он молниеносно схватил меня за запястье, заставив тем самым прекратить складывать вещи. - Я просто хочу помочь, правда...
Я насупилась и хмуро посмотрела на него, всем своим видом показывая, что я думаю о нем и о предложенной помощи в частности.
- Поверь мне, - тихо произнес парень и улыбнулся, да так искреннее и обворожительно, что я и сама не заметила, как уселась обратно на свое место.
Четыре часа пролетели для меня как одно мгновение. У Ника, похоже, было сегодня отличное настроение, и он постоянно шутил, да так, что периодически наш маленький закуток просто взрывался от смеха - хорошо, что мы сидим на галерке и наше веселье никому не слышно.
Поначалу он еще пытался мне что-то объяснять, но, поняв, что я из его пояснений понимаю только местоимения и предлоги, торжественно вручил мне калькулятор и карандаш, показал формулу, табличку с цифрами и лаконично сказал - считай. Чем я и занималась, пока он на листе, от руки что-то там чертил. Конечный результат меня просто поразил - я с линейкой-то не могу так ровно линию провести, а он тут изобразил какое-то сечение и гордо вручил мне чертеж, пояснив, что это как раз то, что надо будет сдать в понедельник. Останется только пара вычислений, пояснительная записка, а точнее введение, и перенести чертеж на большой формат уже согласно всем ГОСТам.
Меня переполнила такая благодарность к парню, что я, не задумываясь практически, бросилась ему на шею, крепко обняв.
- Спасибо, спасибо...
- Скажи, а у тебя еще курсовые есть? - спросил парень каким-то странным, немного напряженным голосом.
- Нет, - засмеялась я. - Только рефератов куча.