Всё это нахлынуло на Олирда, едва он ступил в прохладный мрак одного из залов Цитадели Кошта. Обитель врага способна была поведать многое о своём хозяине. На миг древнее сознание Стрия возродило образ того Кошта, которого мастер стихий знал много тысяч лет назад. Сильный, гордый и своевольный седьмой Природный верд не признавал ничей авторитет, во всём стремился найти собственный путь. Вот и нашёл... И обернулся его путь гибелью и страданиями для многих и многих...
Но откуда же это ощущение бесконечной чуждости? Да, Кошт переродил себя в нечеловеческую сущность, но в его присутствии Олирд-Стрий не испытывал такого сильного ощущения инаковости... Оно больше походило на то, что чувствовал верд в логове Молчаливого, только было здесь ещё сильнее и отчётливее. Что-то это должно было значить, но Олирд пока не мог уловить, что именно. Жаль, что с ними нет Хеймдаля, уж он-то мог бы прочувствовать всё тоньше...
- Зело негодное место, - раздался приглушённый голос Виденя, вернувший Олирда к текущему моменту.
Нужно спешить!
Олирд молча вскинул верх кулак и показал два пальца.
Сигнал был понятен всем, ибо план оговорен загодя. Вердам предстояло разделиться на две группы. Первую, ударную, составляли Олирд, Годир и Свелан, вторую, страхующую и прикрывающую, Видень, Свид и Ставр. Им предстояло вмешаться только если первой группе станет совсем невмоготу совладать с Коштом. Ну, и конечно же, Олирду хотелось держать молодых под защитой Виденя подальше от самого 'пекла'. Все это понимали, но возражать Свид со Ставром не стали: не было времени.
Олирд с Годиром коротко глянули на сыновей и, не оглядываясь более, двинулись вперёд бесшумным шагом. Свелан положил руки на эфесы мечей и двинулся следом.
Трое оставшихся смотрели им вслед, выжидая, пока те отойдут достаточно, чтобы можно было незаметно для возможного наблюдателя продвигаться в том же направлении.
Неожиданная пульсация в районе левого бедра заставила Ставра схватиться за один из висящих на поясе мечей. Но источником необычного мерцания и вибрации был не меч. Ставр потянулся дальше, туда, где висела на поясе в простом кожаном чехольчике одна вещь, с которой он в последнее время практически не расставался, хотя и сам не ведал, почему. Это был витой бронзовый рог, раздваивающийся на конце...
- Что за?.. - пробормотал сын Годира, доставая слабо вспыхивающую то фиолетовым, то зелёным вещь.
В следующий миг перед его внутренним взором предстал давешний волк с разноцветными глазами, что являлся во снах. И Ставр ощутил могучий, хоть и приглушённый призыв, противиться которому не мог. Да и не хотел почему-то...
Словно завороженный, Ставр бросился в один из неприметных, укутанных густыми тенями боковых коридоров.
Позади раздались удивлённо-возмущённые возгласы Виденя и Свида, но сын Годира не остановился.
Чья-то воля, исполненная боли и отчаянья, и оттого ещё более сильная, неудержимо влекла его в нехоженые глубины тёмного лабиринта Эребуса.
Ни пола, ни потолка, ни стен. Их бег напоминал парение или плаванье в чёрной бездне, в вакууме, холодной и вечной пустоте. Но ноги, тем не менее, касались чего-то, и каждое движение приближало их к цели.
Олирд смотрел прямо перед собой, хоть и не мог ничего разглядеть в плотном, почти осязаемом мраке. Но верд и не полагался сейчас на глаза. Внутренним восприятием он уловил след присутствия Кошта, и сейчас уверенно продвигался в нужном направлении.
Вокруг была не обычная цитадель, в привычном её понимании. Твердыня Кошта являла собою переплетение живой ткани нескольких миров, пропитанное мрачной и чужой силою. Но сознание привычно 'цеплялось' за образы залов и коридоров, лестниц и огромных дверей.
Антураж интересовал Олирда и его спутников мало. Устрашающими 'спецэффектами' их было не пронять, страха темноты они также были лишены. Страх перед Коштом?.. Да, он был, чего греха таить... Но его верды старались просто игнорировать. А что ещё с ним делать?..
- Вокруг никого, - сдавленным голосом процедил Свелан. - Неужто Кошт и впрямь не содержит здесь гарнизона? Он настолько уверен в себе, что решил встретить нас в одиночку?
- Возможно, это 'психологическая атака', - отозвался Годир. - Он хочет, чтобы мы думали, что он способен разделаться с нами играючи. И боялись его... Удары собственного страха ослабят нас.
- К чему гадать, так ли это? - резонно заметил Олирд. - Всё будет видно уже скоро. Соберитесь! Мы близко...
Тропа, торимая вердами в этом мрачном ничто, вывела их в огромный зал с мощными чёрными колоннами квадратного сечения. Их верх и низ терялись в тёмных клубах тумана. Несколько факелов, ровно горящих мертвенно-белесым пламенем, освещали центр зала, придавая всему сюрреалистичный бледный оттенок.
Прямо посередине освещённого участка на каком-то полусферическом возвышении, скрестив ноги, восседал Кошт. Его морщинистое чёрное лицо было расслаблено, глаза - закрыты. Олирду показалось, что враг просто выполняет одно из привычных медитативных упражнений.
Такое пренебрежение к прорвавшимся в его твердыню вердам пугало гораздо больше, чем если бы Кошт встретил их во всеоружии с толпою гикоргов и мароморов.
Олирд даже остановился в некотором замешательстве. Рядом замерли шаги Годира и Свелана. Три верда напряжённо всматривались в спокойно сидящего Кошта и боролись с собственным страхом...
Кошт, наконец, открыл свои белые глаза и соизволил взглянуть на 'гостей'. Губы его тронула какая-то непонятная полуулыбка-полуусмешка:
- Я ждал вас, о победители моих зверушек. Вы были великолепны в этой битве, право, я не ожидал подобной прыти. Привести сюда все эти армии смертных... Стрий, тебе грозит и впрямь поумнеть. Вернее, грозило бы, если бы ты не был столь близок к гибели. Право, даже немного жаль, - Кошт покачал головой. - Такого опасного врага, как ты, у меня уже никогда не будет, ибо кто же восстанет на бога-творца нового мироздания?
Олирд облизнул пересохшие губы и голосом, который звучал сейчас столь же хрипло, как у Кошта, ответил:
- Твоё стремление стать богом тебя же и погубит! Учти, во второй раз я намерен уничтожить тебя окончательно.
Кошт снова усмехнулся.
- Не думаю, что ты ведаешь верный способ. Однажды ты уже пытался и не смог. Смирись уж с тем, что убить меня невозможно, ибо часть меня более не является частью этого мироздания.
Олирд решил это запомнить. Что-то такое он и подозревал. Какая-то мысль, догадка промелькнула в его голове, но верд не мог позволить себе долго концентрироваться на ней. Время действовать!
- Хватит разговоров! - Олирд поднял булаву и шагнул по направлению к Кошту.
- Как знаешь, - пожал плечами чёрный верд. - Но прежде - взгляни туда.
Сердце Олирда застучало так, что, казалось, готово взломать грудную клетку. Он застыл, обливаясь холодным потом. Рядом раздались приглушённые возгласы Годира и Свелана.
Верды узрели окно, которое Кошт пробил в прочной стене Материнского мира. И там... Там, на знакомом диване сидели рядом Белка, Ульяна и Юна. Подле них переминались с ноги на ногу два здоровенных гикорга с ятаганами в руках...
По мановению руки Кошта, повелевающей силами тончайшей магии, прямо из спинки дивана ровно над правым плечом каждой женщины выросло вдруг по кривому чёрному пальцу. Острые когти, коими оканчивался каждый из них, прижались к горлу вердрад с готовностью в любой миг оборвать их жизни.
- Это эксперимент, мой друг Стрий, - проговорил Кошт. - Ты же знаешь, я люблю эксперименты. Объект, на сей раз, ты. Поглядим, пересилит ли твоё здоровое желание убить меня твою нездоровую привязанность к этим самкам. Пожертвуешь ли ты их жизнями? Или пожертвуешь своей? Право, второй вариант меня бы разочаровал...
Верды встретились взглядами каждый со своей женщиной. И в глазах каждой из них узрели страх, любовь и готовность покориться судьбе. Но покориться лишь для того, чтобы их мужчины имели возможность уничтожить врага, не слагая пред ним оружие из страха за жизнь заложниц. Казалось, если бы они только могли, вердрады сами кинулись бы на Кошта хоть с пустыми руками. Но они явно не в состоянии были даже пошевелиться...