– Знаете ли, Сергей Николаевич, было довольно необычно получить просьбу от столь высокопоставленных особ на Западе о помощи вам российскому гражданину, да еще и разобраться в событиях российской истории.
– Вы знаете, Иван Александрович, проживая за границей я оказался дружен с потомками итальянской ветви рода Фиораванте, – меня несло не хуже чем Остапа Бендера, – а их представители рода занимают очень важные посты в Италии и Евросоюзе. Меня же, русского, попросили собрать в России все сведения о потомках той ветви их семьи, которые остались в России еще со времен строительства Московского Кремля.
– В общем-то, это не важно, – сказал Иван Александрович, – и я оставляю на вашей совести все эти объяснения. Вот только боюсь, что очень многого ваши итальянские друзья не узнают. Но все же к таким просьбам мы привыкли относиться всерьез и, конечно же, поможем вам. Для начала встретьтесь с профессором истории Бутурлиным Игорем Аркадьевичем. Он много лет посвятил, как раз интересующему вас периоду времени и думаю больше, чем от него вы не узнаете, но все же если будет необходимость звоните – поддержку ваших начинаний мы вам обеспечим. В разумных пределах, конечно.
Профессор истории Бутурлин Игорь Аркадьевич, встретил меня одетым в просторный свитер и свободные брюки. Его козлиная бородка все время исчезала в его руке. Создавалось впечатление, что он хочет оторвать ее или, по крайней мере, заострить.
– Сергей Николаевич, должен вас предупредить, что вы ступаете на почву столь зыбкую, что пройти по ней к вашей цели не просто тяжело, а почти невозможно.
– Игорь Аркадьевич, наверное, мне можно не опасаться этого, я всего лишь, по поручению моих итальянских друзей хочу попытаться найти следы их родственников в давние времена оказавшихся в России.
– В таком случае мое пожелание вам будет несколько иным. Не следуйте примеру основоположника русской истории Миллера.
– Чем же он вам не угодил?
– Не угодил мне? Ну что вы, просто он был основоположником написания родовых историй. В те времена один знатный поляк объявил конкурс на исследование, посвященное жизни праотца Леха, легендарной личности, якобы положившему начало польской нации. Среди всех приставленных работ, по мнению авторитетного жюри победила работа Миллера, которой он аргументировано доказывал, что все это миф и ни какого праотца Леха в действительности не существовало. Однако поляк, ведущий свою родословную именно от него отказался оплатить труд. Не долго думая Миллер подготовил новую работу, в которой не менее аргументировано доказал обратное и передав ее поляку, наконец получил вознаграждение.
Я рассмеялся.
– Вы знаете, Игорь Аркадьевич, мне это не грозит. Наша договоренность заложена совершенно на иных принципах. Мои друзья просто покрывают расходы в этой поездке, вне зависимости от ее результата.
– Ну, что же вам повезло, среди тех, кто занимается историей не часто бывает, что деньги платят за объективные результаты.
– Но прежде, чем приступить к дальнейшему, хочу вас предупредить, вы ведь не профессиональный историк, – и, получив мое подтверждение, продолжил, – все, что мы исследуем – это не сами оригиналы документов, а списки, списки со списков и так далее. И вы учитывайте, что списки эти зачастую изготавливались людьми даже понятия о грамотности не имевшими, они просто копировали значки с одной бумаги на другую чисто механически. Но при большом количестве такой работы, неизбежны были ошибки – выпадали буквы, целые слова и фразы, а в результате искажался текст, а зачастую и смысл. Это то, что я назвал бы добросовестным искажением. А ведь, что скрывать, было и умышленное переписывание, с целью исказить роль того или иного лица в истории. В результате наши архивы полны документами, которые часто сами себе противоречат, в разных списках. Все это порождает массу толкователей истории, зачастую даже не знающих, где архивы расположены. Дилетанты, составляющие свои комментарии к высказываниям других дилетантов. Но это, в общем-то, трудности нашего профессионального цеха. Что же касается непосредственно вашего запроса относительно Аристотеля Марко, то на первый взгляд здесь все ясно – уж больно значительной фигурой был ваш итальянец. Вот только нет ясности со сроками его приезда в Россию. Похоже, он так и умер в одиночестве и никаких его потомков не осталось. А вот судьба его родственника Алевиза гораздо интересней. Приехав несколько позже, он тут же включается в работы по строительству Кремля, но, кроме того, оказывается, что строительным ремеслом его способности не ограничивались, он еще проявил себя как превосходный литейщик и как оружейник. Сохранился список с грамоты данной Алевизу, которой предписывалось оказать ему всяческую помощь в создании нового оружия (пушек) для царских надобностей. Он гораздо лучше адаптировался, чем его родственник и женился в России, приняв новую фамилию Фрязин – фамилию, имеющую происхождение от прозвания итальянцев в те времена живших в Москве – Фрязи. Не сохранилось свидетельств и записей о его браке. Но вот упоминания о его детях имеются в документах. Они основали целый промысел, который производил новые вооружения. В общем-то, история этого рода наследников Алевиза прослеживается довольно не плохо.
– Самые черные времена наследники Алевиза Фрязина пережили во времена Лжедмитрия и последовавшей великой смуты. Но позже, после восстановления порядка мы снова находим упоминания о них в архивах. А затем они ассимилируются и постепенно исчезают из российской истории. Вполне возможно, что они влились в какие-то из русских родов. Но, к сожалению, никаких упоминаний об этом в архивах не сохранилось. Кроме того, существует и еще одна ветвь рода Фрязиных. Перед самой великой смутой по прошению Строганова, дано царское соизволение Марко Фрязину, сыну Алевиза Фрязина, с семьей выехать на Урал и в Сибирь для производства военных заказов и налаживания производства. А вот, почему я упомянул этого Марко в последнюю очередь, так это потому, что это единственное свидетельство о нем. Я даже попросил специально просмотреть все архивные документы, относящиеся к деятельности Строгановых, но ни каких упоминаний о Марко Фрязине, либо других Фрязиных в них нет. Вы знаете, мы даже не можем с уверенностью сказать о его смерти. Доложить о смерти царева посланника Строгановы должны были письменно. Но как я уже говорил, к сожалению, это ни о чем не говорит. Русские архивы бесчисленное количество раз горели, подвергались ревизиям и другим напастям, что если такая грамота и была, но не сохранилась, то в этом ни чего удивительного нет. Удивительней другое. Мне попался список из тайной канцелярии Ушакова. Это уже во времена Анны Иоанновны – помните знаменитый девиз «Слово и дело», так вот этот девиз принадлежит именно Ушакову. Да, но вернемся к документу, о котором я говорил. Это запись допроса мещанина Новосельцева, в котором этот самый Новосельцев признавался, что по наущению польского шляхтича Пржебыльского и за его деньги собирался ехать на Урал и искать там наследников Марио Фрязина, найдя коих, он должен был устроить их встречу со шляхтичем Пржебыльским. Вы знаете, может быть, это и ускользнуло бы от моего внимания, если бы не ваша просьба. Но здесь мне просто бросилась в глаза – прошло больше двухсот лет, сменилась династия. Еще можно найти потомков московской линии Фрязиных, а вот ищут, почему– то Марко, бесследно растворившегося в Сибири. И опять же, никаких документов подтверждающих, что дело это имело хоть какое-то продолжение, не существует. Так, что Сергей Николаевич, это все что можно найти в наших архивах о тех, кто вас интересует.
– Не знаю, как вас и благодарить, но все же хотел бы обратиться с просьбой все это, если можно написать.
– Ну что же, если это нужно, то я, конечно, напишу все это, сделаю и ксерокопии с тех документов, о которых вам говорил, но это займет массу времени. И как я его вам потом вручу.