– Зачем, Говард? Что бы я им сказал?
– Мы хотим, чтобы ты вернулся, – сказал Говард немного поспокойнее.
– Ой, правда?
– Да, мы все очень хотим, чтобы ты вернулся в «братство».
– Вы все? Все-все?
– Да.
– Значит, и ты хочешь, чтобы я вернулся?
– Да, и я тоже.
– И Кейн этого хочет?
– Я уверен, что и он этого хочет.
– Ах, ты уверен? Но ты не знаешь.
– Его сейчас нет дома, я еще с ним не разговаривал, но я уверен, он захочет, чтобы ты вернулся. Нам тебя очень не хватает. Мы...
– Ладно.
– Что ладно? Ты вернешься?
– Одно могу сказать тебе определенно, Говард. Не в моем характере долго держать на кого-то зло. Я с радостью вернусь в «братство», но с одним условием. С одним маленьким условием. Вам придется устроить небольшую церемонию в честь моего возвращения, что скажешь?
– Конечно, все, что пожелаешь.
– Совсем небольшую, но запоминающуюся. В знак уважения ко мне.
– Конечно, мы отпразднуем твое...
– Нет, нет, радость ты моя, не надо ничего такого – никаких празднеств. Я всего лишь хочу, чтобы ты поцеловал меня в задницу. – Солин едва удержался от смеха во время наступившего после этих слов шокированного молчания.
– Мне очень жаль... – начал Говард, но Солин перебил его:
– Не сомневаюсь, дорогуша, но мне не нужны извинения. Я хочу, чтобы ты поцеловал меня в задницу. Ты и Кейн. Чтобы вы оба поцеловали меня в задницу, стоя на коленях. Мне бы очень хотелось, чтобы вы оба пришли ко мне и сделали это. И я хочу, чтобы вы сделали это сегодня. Иначе, я могу почувствовать себя покинутым, одиноким, а от одиночества меня может потянуть названивать по телефону куда ни попадя. Сам знаешь, как это бывает. Иногда так хочется с кем-то поговорить, услышать дружелюбный голос, правда? С горя я даже могу позвонить в полицию. Их «горячая» линия круглые сутки открыта для тех, у кого есть желание с ними поболтать.
– Кейна сейчас нет дома.
– Найди его, Говард, очень тебе советую. Затем приходите оба ко мне и целуйте мой зад.
Повесив трубку, Солин расхохотался и повалился на диван, от восторга дрыгая в воздухе ногами.
Выйдя из такси перед домом Солина на Двенадцатой улице, Говард и Кейн на секунду задержались перед входом, чтобы взглянуть на здание.
– Третий этаж, – подсказал Говард. – Квартира «3 С», угловая.
В окне Солина горел свет, хотя недавно пробило полночь.
Говард шагнул к подъезду, но Кейн остался на месте, по-прежнему глядя вверх. Говард тоже посмотрел на светящийся прямоугольник на третьем этаже, но не заметил ни тени, ни признака движения за окном. Однако Кейн все смотрел вверх.
– Ты что-нибудь увидел? – спросил Говард.
– То, что мне было нужно, – непонятно ответил Кейн и устремился вперед, но не к крыльцу перед подъездом, а в обход дома.
По боковой стене здания тянулись телефонные провода, спускающиеся с крыши и уходящие в подвал через неширокую щель, достаточную, чтобы в нее мог протиснуться человек. Кейн боком проскользнул в подвал и схватил гроздь проводов в том месте, где они уходили в стену. Телефонные кабели лежали вперемешку с телевизионными: их можно было отличить один от другого, но проще не беспокоиться по пустякам.
– Что ты делаешь? – спросил Говард, инстинктивно понизив голос до шепота.
– Он еще не позвонил в полицию, верно? Сделаем так, чтобы он наверняка не мог позвонить.
– Я... Я думал, мы собираемся сделать то, что он просит.
– Если придется, Говард. – Кейн вытащил из заднего кармана джинсов кусачки и один за одним перекусил все уходящие внутрь здания провода, осторожно обойдя электрический кабель. – Однако надеюсь, нам этого делать не придется, – договорил он, вылезая из подвала. – Это вовсе не обязательно, ты согласен?
– Я надеялся, мы сможем уговорить его отказаться от своей затеи, – неуверенно проговорил Говард. – Ты перерезал телефонные провода всему дому?
– Не беспокойся. Сейчас ночь. Утром здесь будут ремонтники из телефонной компании. – Кейн с усмешкой потрепал Говарда по щеке. – Чтобы приготовить омлет, надо разбить несколько яиц. Совсем немного. Кое-кто обойдется сегодня без телевизора. Это небольшая цена за наше спокойствие, верно?
– Верно.
Голос Солина задушевно прозвучал в интеркоме.
– Ты пришел поцеловать меня в зад, Говард?
Кейн кивнул, и Говард ответил:
– Да.
– Ты выбрал подходящее время, – сказал Солин несколькими секундами позже, чуть-чуть приоткрыв дверь и выглядывая в щелку. – У меня только что вырубился телевизор, и не большое развлечение мне не помешает.
Кейн улыбнулся ему через плечо Говарда.
– Развлечение тебе обеспечено.
– Спорю, ты о таком и не мечтал, а, Кейн?
– Ага, – кивнул Кейн. – Открывай, нам не терпится приступить к делу.
– Говард, а тебе? – осведомился Солин. – Тебе тоже не терпится?
– Не могли бы мы сделать это у тебя в квартире? – попросил Говард. – Пожалуйста. Это достаточно унизительно.
– Нет, недостаточно, – издевательски отозвался Солин. – Я только что понял, что мне этого мало.
Сквозь щель Кейну была видна только правая сторона лица Солина. Дверная цепочка проходила на уровне его груди – слабое препятствие; справиться с ней – дело нескольких секунд.
– Поясняю, – продолжал Солин. – Если вы зайдете и поцелуете меня в задницу, кто об этом будет знать? Только я, а мне этого мало. Поэтому я хочу, чтобы вы сделали это перед всеми на общем собрании «братства».
– Ты окончательно обнаглел, недоумок деревенский, – жестко проговорил Кейн. – Ничего ты не получишь.
– Ты так полагаешь, умник городской? Вот Говард, по-моему, не возражает, а, Говард?
– Ты зарвался, Солин, – ответил за Говарда Кейн. – И теперь не получишь ничего.
– А ты что скажешь, Говард? – обратился к Говарду Солин. – По твоей роже видно, что моя идея тебе не по душе, поэтому я предлагаю тебе кое-что получше. Я снимаю тебя с крючка. Тебе не нужно целовать меня в задницу ни теперь, ни после. Мне будет достаточно, если вот этот гад встанет передо мной на колени на глазах всего «братства», откроет свой поганый ротик и отсосет перед всеми.
– Что же, вполне справедливо, – насмешливо откликнулся Кейн. – По-моему, неплохая идея. Пожалуй, стоит войти и немного предварительно потренироваться.
Обойдя Говарда. Кейн сделал резкий выпад рукой через щель в двери. Острие шила пропороло Солину щеку, и он с воплем отскочил назад. Кейн тут же навалился правым плечом на дверь, захватив цепочку кусачками. Заскрипел металл. Кейн почти справился с половинкой звена, когда опомнившийся Солин всем своим огромным весом навалился на дверь с противоположной стороны. Отчаяние придало ему силы, и через секунду Кейн был отброшен назад. Дверь едва не захлопнулась, но Кейн быстро сунул в щель кусачки.
– Говард! – скомандовал он, и Говард тоже налег на дверь.
– Лучше уйди, гадина! У меня есть пистолет! – заорал Солин с той стороны.
– Думаю, он не врет. – Говард взглянул на Кейна расширившимися от испуга глазами.
– Так пойди и принести его, недоумок. Он тебе понадобится, – посоветовал Солину Кейн, убирая шило в карман и изо всех сил налегая на дверь.
Сопротивление внезапно исчезло, и дверь распахнулась на всю длину цепочки. Кейн услышал, что Солин лихорадочно роется на кухне, и вновь взялся за кусачки. Он перекусил половинку звена, когда Солин снова вбежал в прихожую и, не раздумывая, ударил в открытое пространство двери мясницким ножом. Говард с испуганным криком отлетел назад. Кейн быстро отступил в сторону и спокойно произнес:
– Это и есть твой пистолет? Что-то не похоже.
Невидимый Солин дико взвыл в ответ.
– А ты попробуй, сволочь! Давай, гадина, подойди поближе! Иди сюда, потом разберемся, пистолет это или что-то другое!
– Возможно, в другой раз. – Кейн схватил Говарда за руку и потащил к лестнице.
– Теперь он нас точно заложит! – простонал Говард, когда они вышли на улицу.