Демократическая партия, воодушевленная своей победой на промежуточных выборах в конгресс в 1874 г., активно готовилась сменить у власти действующую администрацию. Республиканцы столь же самонадеянно стремились удержать эту власть, размахивая «окровавленной рубашкой», т. е. напоминая своим соперникам об их ответственности за Гражданскую войну и называя их «партией предателей». Свою же партию республиканцы стали называть «Великая старая партия» (Grand Old Party — GOP).
Завершение президентства Гранта знаменовало окончание периода Реконструкции, длившегося немногим более десятилетия. Принятый в мае 1872 г. Конгрессом США Закон об общей амнистии (General Amnesty Act) восстановил всех граждан южных штатов (за исключением 500 наиболее активных сторонников сецессии) в гражданских правах. Политические деятели этих штатов стали постепенно отбирать ответственные посты в местных органах власти и отделениях Демократической партии у приезжих с Севера. К концу пребывания Гранта в Белом доме республиканцы сохранили за собой такие посты лишь в трех штатах Юга.
С восстановлением контроля промышленного Севера над экономической и политической жизнью страны и ратификацией в марте 1870 г. XV поправки к Конституции США, формально гарантировавшей равные избирательные права всем гражданам Соединенных Штатов независимо от расы, цвета кожи и прежнего подневольного состояния, вопрос о статусе чернокожего населения страны казался решенным. Ситуация в бывших мятежных штатах контролировалась размещенными в некоторых из них федеральными войсками, призванными не допускать нарушений конституции. Проблема рабства перестала привлекать внимание не только руководящих политических и экономических кругов страны, но и белой общественности северных штатов. Однако белыми расистами из легислатур южных штатов предпринимались попытки воспрепятствовать социальным реформам.
В эти годы на Юге страны (несмотря на объявленный в 1869 г. запрет) расширилась деятельность бывших конфедератов и се-цессионистов, объединившихся в 1865 г. в тайную террористическую организацию Ку-клукс-клан (Ku Klux Klan). Возникли и другие подобные ей тайные объединения: «Рыцари белой камелии» (Knights of the White Camelia), «Общество белой розы» (Society of the White Rose), «Белое братство» (White Brotherhood), «Бледнолицые» (Pale Faces), «Гвардия Конституционного союза» (Constitutional Union Guards) и т. п. Террор в отношении местного чернокожего населения стал обычным явлением. Законодательные собрания южных штатов систематизировали старые надзаконные сегрегационные кодексы принятием «законов Джима Кроу», устанавливающих высокий налоговый избирательный ценз и повышенные требования к грамотности. Таким образом, значительная часть негритянского населения лишалась права участвовать в выборах, в работе местных органов власти. «Джимкроуизм» законодательно оформил запрет чернокожим посещать рестораны, парки, гостиницы и другие общественные места.
Принятые некоторыми южными штатами (в частности, Миссисипи и Южной Каролиной) «Черные кодексы» (Black Codes), имевшие своей целью обеспечить «переход от рабства к свободе», на деле ограничивали политические и экономические права бывших чернокожих невольников. В 1873 г. решением Верховного суда США было дано разъяснение, что XIV поправка к конституции предусматривала защиту прав чернокожих граждан в случае их нарушения властями штатов, но не предусматривала их защиту от дискриминации со стороны отдельных лиц и компаний. Бывшим рабам была формально дарована свобода, но действительного равенства им удалось добиться лишь во второй половине XX в.
Несмотря на некоторые успехи, достигнутые администрацией Гранта, независимо от решений федеральных властей, а нередко и вопреки им шел активный процесс индустриального развития Соединенных Штатов. Он неизбежно сопровождался концентрацией экономических возможностей в руках все более укреплявшегося во власти правящего класса, а также ростом политической сознательности, профессиональной и социальной организации широких масс населения.
Гражданская война потребовала от страны колоссального напряжения всех ее сил, выявив экономический потенциал и недостатки хозяйственных и социальных систем, доминировавших по обе стороны «линии Мэйсона — Диксона». Вместе с тем она сыграла роль локомотива, потянувшего за собой молодые и перспективные отрасли экономики. Огромный ущерб, нанесенный Соединенным Штатам Гражданской войной, поставил американцев перед необходимостью быстрейшего восстановления экономических возможностей государства. Это требовало деятельного участия в этом процессе всех слоев населения как на мятежном Юге, так и на победившем Севере и недостаточно освоенном Западе.
Промышленно развитый и экономически более самостоятельный Север обладал несомненными преимуществами перед Югом. Война оставила южные штаты в состоянии политического разброда и хозяйственной разрухи: города были сожжены, промышленные предприятия, железные дороги и мосты разрушены, большинство банков ликвидировано, финансовая система развалена, административный аппарат разогнан, фермы разорены, скот и продовольственные запасы прошлых урожаев уничтожены. Экономическая ситуация осложнялась тем, что федеральное правительство не только национализировало все финансовые активы Конфедерации и конфисковало собственность бывших сецессионистов, но и обложило южные штаты высокими налогами. Особую проблему представляли 4 млн негров, которых предстояло вписать в новые условия относительной свободы и предоставить им хотя бы минимальные возможности для выживания. Мечта получивших долгожданную свободу бывших невольников на распределение между ними конфискованной у сецессионистов собственности — «по сорок акров и одному мулу» — оказалась беспочвенной иллюзией. Провозглашенная победителями с Севера Реконструкция требовала времени и капиталовложений.
Разоренные войной крупные землевладельцы Юга нашли выход из сложившейся ситуации, приступив к разделу требующих вложения капитала плантаций на небольшие по размерам фермы, которые сдавались в аренду бедным белым фермерам и бывшим рабам. Они становились кропперами-издольщиками, расплачиваясь с бывшими плантаторами за землю и переданный семенной материал как минимум половиной полученного урожая. В первые годы после войны в рядах кропперов числилось 40 % белых и 80 % чернокожих фермеров Юга США. Уже к середине 70-х гг. XIX в. благодаря постепенному отказу от ручного труда, быстро растущей механизации аграрного сектора и развитию методов селекции сельскохозяйственных культур урожаи хлопка достигли довоенных цифр, составлявших ок. 4 млн кип[155]в год (к 1890 г. на Юге ежегодно собирали уже 3 млн кип). Столь же быстро росла урожайность зерновых и расширялось товарное производство пшеницы и кукурузы. Рост механизации, повышение урожайности и объема сбора хлопка и табака имели, однако, и негативно отразившиеся на экономике Юга последствия. Так, цена на хлопок катастрофически упала с 15 центов за фунт в 70-х гг. до 5 центов в 90-х гг., что обрекало фермеров-издольщиков южных штатов на нищету или вынуждало их покидать сельские районы и переезжать в города, где их труд находил приложение на металлургических заводах, деревообрабатывающих, текстильных и табачных фабриках, а также на активно строящихся железных дорогах.
Бурными темпами росла техническая оснащенность промышленных предприятий. Хотя вокруг расширяющихся производств росли новые и развивались старые города, 92 % жителей южных штатов проживали в городах с населением, не превышающим 2,5 тыс. человек. Большинство населения сельских местностей составляли чернокожие, от найма которых воздерживались владельцы фабрик и заводов и которые могли найти работу в городах лишь в качестве прислуги или чернорабочих.
Гражданская война способствовала развитию американской экономики, прежде всего отраслей, обеспечивающих успешное ведение боевых действий — металлургической и электротехнической промышленности, а также транспорта и связи. Ускорению процесса промышленной революции в Соединенных Штатах способствовали крупнейшие технические изобретения и открытия второй половины XIX в.
155
Упаковочная мера текстильного сырья, объем которой составляет 0,3–0,59 м3, а вес — от 120 до 220 кг.