Валькери ухмыльнулась.
— Выбей из них подозрения. В конце-концов ты самый ужасный из тёмных магов. Сострой им страшную рожу, и они заткнутся. Только не забудь при этом сказать «Крусио!», а то не пройдёт.
— Есть, генерал! — отчеканил Вольдеморт, вытягиваясь по стойке «смирно!» и отдавая честь.
— К пустой голове руку не прикладывают, — небрежно бросила она. Ну давай, вперёд. Как говорят испанцы, «Бьенто эн попа!»
Реддль поперхнулся.
— Что-что?!
— Это значит: «Попутного ветра!» А ты что подумал?
— Что в этом пожелании упоминается и место назначения, — хмыкнул Вольдеморт.
— Ну-у… я и правда вкладывала в эти слова именно такой смысл, — протянула Валькери.
Тёмный Лорд полузадушенно хрюкнул и, безнадёжно махнув рукой, открыл портал и исчез в нём.
Дамблдор проводил его задумчивым взглядом, затем обернулся к Пэнтекуин.
— Я вот никак не пойму… вы друг друга любите или терпеть не можете?
— Ты не один, — вздохнула Валькери, — я и сама ничего не понимаю.
Вдруг сзади раздался шипящий голос Асмодея (он прибыл в Ашкелон раньше них, но на время исчез, так как Пэнтекуин дала ему какое-то задание, а вернулся лишь этим утром):
— Это ещ-щё что, Альбус-с! Ты бы видел их раньш-ше! Они не могли и дня прожить без-с драки! С-сколько с-синяков друг другу нас-ставили — прос-сто ужас-с!
Валькери вызывающе вздёрнула голову.
— А я всегда побеждала!
— Ес-стес-ственно, — усмехнулся змей, — ты же не человек. У него не было ш-шанс-сов. Наш-шла чем хвас-статьс-ся!
— Ну… не каждый ведь может сказать, что надрал задницу Тёмному Лорду, — усмехнулась девушка. — Насколько я помню, кроме меня это удалось лишь одному человеку на земле.
— Бедный Вольд, — засмеялся Асмодей, — кровные брат с с-сес-строй над ним из-сдеваютс-ся!
Валькери улыбнулась было, но вдруг замерла и поражённо выдохнула:
— Асм, ты навёл меня на одну мысль… Гарри ведь, получается, мой брат?!
— Вообще-то не совсем, — усмехнулся Дамблдор. — В жилах Вольдеморта течёт и твоя кровь, и кровь Гарри. Но его крови нет ни в ком из вас двоих. Хотя, по магическим законам вы тоже можете считаться кровными братом и сестрой.
Гарри улыбнулся.
— Выходит, у меня теперь и брат, и сестра? Да, ещё немного — и я обгоню Рона!
— Уже обогнал, — ухмыльнулась Валькери. — Во мне течёт кровь сотен существ, то есть они тоже мои кровные братья. А значит, и твои. Ну а если учесть, что и у них есть свои братья и сёстры…
Драко в ужасе схватился за голову.
— Кошмар! Полтысячи братьев и сестёр! Пол-Хогвартса! Сейчас ты скажешь, что и я каким-то боком его брат!
Пэнтекуин задумчиво провела пальцем по подбородку — в точности как Вольдеморт.
— Это легко проверить. За мной, в библиотеку!
Библиотека Ашкелона оказалась просто гигантской — здесь были все книги мира, это точно! На стене, прямо напротив входа, висел гигантский гобелен — генеалогическое древо. Нет, целый генеалогический лес! Тысячи имён, окружённых замысловатыми рисунками, составляли этого монстра.
Они подошли поближе. Написано было на языке Хаоса, но они уже знали его достаточно хорошо, чтобы без особого труда читать надписи. Из мельтешения имён Гарри выхватил несколько знакомых по магической и маггловской истории: Соломон, Беовульф, Мерлин, король Артур, Салазар Слизерин, а рядом — Годрик Гриффиндор и Ровена Равенкло, Влад Дракула, Александр Невский, Ян Собесский, Мария Медичи, Наполеон, Ванга, Адольф Гитлер… Совершенно различные нации, эпохи, культуры… Гарри замер, потрясённый. Казалось, все известные маги и магглы были как-то причастны к семье Валькери.
Подавляющее большинство имён были бледно-синего цвета, но в центре древа имена были густо-синие. Видимо, это была основная ветвь рода.
Драко странно вздохнул. Его род был одним из самых древних в Англии — но по сравнению с этим… Словно само Время смотрело на них с этого гобелена.
Валькери осторожно прикоснулась к полотну. Внезапно раздался глубокий, ясный мелодичный голос. Разумеется, это был язык Хаоса.
— Приветствую вас, леди Пэнтекуин Валькери де Сильвия Фиона Серена Октавия дель Чарна Аэнаин Шива Аделаида фон Циэль Адриэн эль Игнисса Драако-Морте Дракула-Цепеш. У вас есть вопросы?
— Да, пожалуйста, — невозмутимо произнесла Валькери. — Мне нужно выяснить степень родства двух людей.
— Имена?
— Драко Люциус Октавиан Интеус Кристиан Малфой Второй и Гарри Джеймс Поттер.
— Эпоха?
— Наши дни.
— Подождите минуту.
Внезапно изображение древа начало меняться. Все его ветви поблекли, кроме двух — род Малфоев и Поттеров. Юноши не удивились, увидев на этом древе свои имена — странно, если бы их там не было. Как-никак, даже семья Гарри довольно древняя, и она вполне могла пересечься с кем-то из рода Валькери.
Золотая нить, извиваясь между ветвями и отыскивая самый короткий путь, соединила два имени на концах ветвей Малфой и Поттер.
— Родство найдено, — произнёс голос. — Гарри Джеймс Поттер приходится племянником Драко Люциусу Малфою Второму в семнадцатом колене.
Валькери расхохоталась. Она смеялась так безудержно, что не устояла на ногах и осела на пол.
— Х-хорошо, что не внук, — выдавила она между приступами смеха.
— А ты неплохо сохранился… дядя, — такой язвительности в голосе удивился даже сам Гарри.
— Спасибо за комплимент… племянничек, — отозвался Драко с нескрываемым сарказмом.
Некоторое время они смотрели друг на друга в упор. Затем губы Гарри дрогнули, и он рассмеялся. Драко тоже. Звук их весёлого смеха громко раздавался в тишине библиотеки, отражаясь от стен и волнами перекатываясь по комнате, постепенно затихая.
Глава 14
Они вернулись в Хогвартс за день до окончания каникул. Этот день они потратили на выполнение домашних заданий — в Ашкелоне времени на это не было совсем. Много добрых слов было сказано в этот день о профессоре Снейпе, задавшем гигантское задание на каникулы — Северус стал чуть менее желчным, однако его требования к предмету только возросли. Хотя нельзя не признать, он изменился в гораздо лучшую сторону, в первую очередь внешне. Даже привычная желтизна кожи заменилась простой бледностью. Сейчас он выглядел лет на тридцать пять, не больше. Успев забыть за эти дни, как выглядел Снейп, они сначала и не узнали его.
Асмодей с ними не поехал. По просьбе Валькери змей остался в Ашкелоне, чтобы присмотреть за Хельгой и Ровеной, а заодно и за Сеидаром.
Вечером приехали остальные ученики. За каникулы их отношение к Валькери не сильно изменилось — все по-прежнему боялись её.
— Что бы они сказали, если бы узнали, что я все каникулы провела со своим любимым братом? — шепнула девушка Гарри за ужином.
— С двумя братьями, — поправил её Гарри. — Как ты думаешь, они сильно удивятся, если я буду звать тебя сестрёнкой?
— Проверим? — Пэнтекуин изогнула бровь.
Гарри хмыкнул. Внезапно в его глазах заплясали озорные чёртики. Он вскочил на скамейку и громко произнёс:
— Я хочу кое-что сообщить.
Все ученики и учителя притихли, с удивлением уставившись на него. Гарри же как ни в чём не бывало продолжал:
— На этот Новый Год я получил один из самых невероятных подарков. У меня теперь есть сестра — всем известная Валькери! Мы с ней узнали об этом несколько дней назад. Почему это так — долгая история. Но я очень рад этому событию и подумал, что все должны об этом узнать. Я закончил.
Гарри сел на место. Не обращая внимания на шепотки вокруг, он обернулся к Пэнтекуин и ухмыльнулся.
— Ну как?
— Да, они удивились, — задумчиво произнесла Валькери. — И я удивилась. Раньше ты бы так не сделал. Ты изменился, Гарри.
— Это плохо? — он посмотрел на неё, приподняв брови.
— Да нет, просто… необычно. Но мне нравится, — неожиданно заявила она.
— И это главное, — подхватил Гарри, накидываясь на еду.
Валькери усмехнулась и тоже взяла в руки вилку.