«Лошади доехали нормально?» спросил Джейк.
«В общем, да. Загородки не были готовы и им пришлось несколько часов ждать погрузки, а полет продолжался тридцать три часа.» Потом, увидев полный ужаса взгляд Джейка, он продолжил, «но все они в порядке и уже прошли карантин. Смелый уже успел укусить Мэлиса, так что он чувствует себя просто прекрасно.»
«Мы можем поехать прямо к конюшням?»
Руперт, казалось, был удивлен. «Если вы в сотояние.»
Фэн иногда хотелось, чтобы Джейк не был таким уж добросовестным. Она до смерти хотела принять ванну и переодеться, на тот случай, если она столкнется с Дино.
Во время поездки в машине, которую Руперт взял напрокат, даже легчайший ветерок не шевелил листья пальм, когда они проносились мимо.
«Сейчас час-пик?» нервно сказал Айвор.
«Это еще ничего,» ответил Руперт, проворно обганяя по внутренней стороне дороги кадиллак, потом объезжая с правой стороны понтиак. «Если хоть раз суметь прокатиться в час-пик, то все эти индивидуальные состязания покажутся легче падения с бревна.»
«Конюшни далеко от Олимпийской деревни?» спросил Джейк.
«Ну, в этом состоит еще одна небольшая проблема,» сказал Руперт. «Около девяноста минут езды на олимпийском автобусе.»
«Черт,» сказал Джейк, в ужасе переглянувшись с Фэн.
«Мне повезло,» сказал Руперт не без некоторого самодовольства. «Хелен и я остановились у приятелей в Аркадии, так что я всего в пяти минутах от ипподрома.»
«Хороший дом?» спросила Фэн, понимая, что Джейку действительно начинает надоедать.
«Ужасно спокойный,» жизнерадостно сказал Руперт. «По ночам слышны только редкие всплески, когда перезрелые плоды авокадо падают в бассейн.»
К конюшням нельзя было придраться. Они были огромные и просторные, с кнопочными дверями, кондиционерами воздуха в стойлах, а на крыше весь день работала водяная система охлаждения, поддерживавшая температура на шестидесяти пяти градусах. Кроме того поддерживалось нормальное давление. Конюхов разместили в общих спальнях наверху.
Сара, покрасившая волосы в рыжий, белый и синий цвета, чуть не затряслась от радости, увидев их. «Фантастическое везение,» сказала она Фэн. «Меня только что пригласил мексиканский наездник по имени Иисус.»
Дездемона пришла в еще больший восторг, увидев Фэн. Она казалась маленькой в огромном стойле. Обнимая ее и проверяя нет ли опухолей и ушибов, Фэн, пытаясь говорить ровным голосом, спросила:
«Американская команда уже приехала?»
«Мэри Джо и Лиззи Дин приехали сегодня утром. А Керола Кеннеди и мистера Ферранти,» Сара подмигнула Диззи, выглядывающей из-за дверцы, «не будет до завтрашней ночи.»
«Привет, Фэн,» сказала Диззи. «Очевидно, Дино в этом году одержал полную победу над всеми. Мэнни за три месяца не сбил ни единого препятствия. Он готовый фаворит для индивидуального золота.»
«Так что страдайте молча миссис Кэмпбелл-Блек,» сказала Сара.
«Не будь непатриотичной, дорогая,» произнесла Диззи.
Обе они уже приобрели золотой загар. На Диззи были шорты из флага соединенного королевства. Из-за них Фэн чувствовала себя еще более серой и усталой, чем когда-либо. В этот момент появился Мэлис, как всегда стройный, в кремовом костюме и панаме со старой лентой от кепки для регби.
«Вы уже успели и сюда. Не застревайте здесь слишком долго. Вам надо выспаться. Когда будете готовы, я отведу вас в олимпийскую деревню и мы разберемся со всеми аккредатационными карточками. Лучше спать с ними. Послезавтра вам не дадут никуда пойти без них.»
Через полтора часа езды до Олимпийской деревни в автобусе без кондиционера, выгрузившем их около мужского и женского секторов, Джейк совершенно точно понял, почему Руперт нашел дом в Аркадии. В конце концов, наделенному аккредатационной карточкой с его именем, фотографией, нацинальностью и классами, в которых он будет выступать, ему пришлось прорыватьсч сквозь плотнейший кордон безопасности. Целая вечность ему понадобилась, чтобы найти свою комнату, так как вся охрана на каждом этаже стремилась проверить, куда он идет. Наконец разыскав ее, он обнаружил, что будет жить здесь не Авором, а с двумя штангистами, которые, к счастью ушли в город. Кроме трех кроватей, в комнате находились три маленьких комода, платяной шкаф, душ, газовая горелка и холодильник. Он подумал, что духовку не осмелились поставить только потому, чтобы кто-нибудь не сунул в нее голову.
Он сильно вспотел, но не только от жары. Выглянув на улицу, он внезапно осознал, что и множество фургонов службы безопасности, рыскающих среди выгоревших желтых газонов с разбросанными кое-где пальмами, и вертолеты и дирижабли в небе, все это части огромнейшей операции по обеспечению безопасности, когда-либо устраивавшейся в мирное время.
Крепкие парни с оружием и немецким акцентом на воротах, неприкрашенные коридоры, как в учреждениях, охрана, поставленная на каждом этаже, запах страха, анонимность, все это лишало его присутствия духа и напоминало детский дом.
Подавленный ностальгией и клаустрофобией, он принялся разбирать вещи. Под прекрасно выглаженными рубашками и новым красным камзолом, он обнаружил пачку телеграмм и поздравительных открыток, которых прежде не видел. Здесь было и письмо от Тори.
«Дорогой, я начала скучать по тебе еще до твоего отъезда. Когда ты получишь это письмо, ты уже будешь в Лос Анжелесе на пути к величайшему приключению в твоей жизни. Пожалуйста, ничего не бойся и, пожалуйста, ешь как следует. Не волнуйся, помни, что ты по-прежнему чемпион мира и величайший наездник на свете. Поцелуй Смелого. Эти подарки от детей. Люблю тебя, Тори.»
В одном свертке был черный китайский кот с лошадиной подковой на шее. В другом – зубная щетка со стеклянным шариком на конце, в котором находился крошечный Микки Маус, и колокольчиком, звонившем, когда чистили зубы.
Одна из телеграмм была от Грэфилда Бойсона, другая – от Элинор Бленкинсоп. Чувствуя себя гораздо лучше, Джейк разделся, помылся и, впервые за многие недели погрузился в сон без сновидений.
«Все слишком ужасно,» ворчала Фэн на следующее утро. «Я живу в комнате вместе с Гризел и огромной дамой – метательницей диска весьма сомнительной привлекательности, всю ночь храпевшей. Коридоры кишат охранниками. Я могу согласиться с присутствием в нашей комнате одного охранника, хотя в ней и так не хватает места для нас троих. Гризел уже начала строить глазки мускулистому велосипедисту из соседней комнаты, а напротив живут трое спортсменов-наездников, продолжающих повторять «Надо пойти и позвонить мамочке».» Она захихикала. Сегодня значение имело только то, что она увидит Дино.
Внизу, в качестве ободрения, они получили несколько телеграмм, хотя Джейк был немного обескуражен увидев три долгих, довольно истерических письма от Хелен, где она говорила, как сильно скучает по нему и просила его встретиться с ней, как только он сможет. Потом они изучали Олимпийскую деревню. Джейка устрашил полнейший шум и ее размеры. Здесь были спортивные магазины, парикмахерские, кинотеатры и театры, сауны, плавательные бассейны, даже дискотеки, и повсюду сувенирные магазины и телевидение. Он ожидал какого-то монастырского уединения. А здесь было так же легко уединиться, как и в обезьяннике.
Фэн была едва ли не больше напугана, увидев как в сувенирном магазине продаются плакаты с Дино. На одном, необыкновенно загоревший, он выглядел черезчур, до смешного, обаятельным, так что и словами не выразить, и был одет в бледно-серую рубашку. На другом, одетый в красный камзол американской команды с небесно-голубым воротником, он прыгал на Мэнни. В ужасе она смотрела, как две американские девушкигимнастки покупают по экземпляру каждого.
«Посмотри,» сказал Джейк, чтобы отвлечь ее, «здесь Себастьян Ко.»
«И Дэли Томпсон,» с благоговением сказала Фэн.
Потом они отправились на собрание, назначенное Мэлисом. Планы таковы, сказал он, начиная с завтрашнего дня команда будет вставать в четыре часа утра, выезжать в конюшни и с шести до восьми рабоать с лошадьми, а во время мучительной полуденной жары давать им отдохнуть. Потом по вечерней прохладе конюхи будут выгуливать их час или около того. Днем время будет более или менее принадлежать наездникам, за исключением периодических собраний или пресс-конференций. Их вниманию предлагаются пикники, бесконечные вечеринки, путешествие в Дисней-Ленд, Голливуд или Лас Вегас. Мэлис хотел, чтобы они расслабились, хорошо провели время, сработались и приберегли адреналин для соревнований. Сейчас суббота. Церемония открытия будет завтра, индивидуальные соревнования будут через неделю в понедельник, а командное состязание – в ту же неделю в воскресенье.