– Во что это ты играешь? – услышал он свой несколько неестественно добродушный голос.
– Все Хорошо, Что Хорошо Кончается, – ответила Джорджина и мечтательно улыбнулась. – Я слышала, что ты занялся политикой.
– Не очень-то я уверен, что из меня будет толк на сим поприще, – сказал Руперт. – Единственные детишки, которых я люблю целовать, женского пола и старше пятнадцати.
– О, Рыбка Золотая! – воскликнула Джорджина. – На прошлой неделе мне как раз исполнилось шестнадцать.
Билл Ллойд-Фокс, только что вернувшийся из Амстердама, смотрел, как его красивая жена кормила его красивого сына, и преисполнялся огромадной гордостью. В знак этой гордости он решил не ограничивать себя в выпивке. Он аж светился от счастья, что побывал на «Это – твоя жизнь». Так много старых знакомых высказывали ему так много удивительно прекрасных комплиментов.
– Знаешь, какая сплетня была сегодня в ходу? – сказала Джейн.
– Что за сплетня?
– Ну, Трейси сказала, что слышала это от Диззи, которой об этом поведала Сара, а ей – Бриди, которая заполучила этого потрясающе интеллектуального дружка, что и повел ее на оперу. Бедняжка Бриди была вынуждена проторчать на «Парсифале» весь вечер. Поговаривают, она чуть не умерла от скуки.
– Я весь одно большое ухо, – ухмыльнулся Билл.
Глаза Джейн вспыхнули.
– Угадай с трех раз, кого она увидела на балконе напротив себя и кто согнал с нее скуку.
– Ты же знаешь, что я не могу даже предположить.
– Мэлиза и Хелен.
– Бог ты мой, – пораженно промолвил Билл. – Она же для него совсем старушка.
– Вот и я о том же, – сказала Джейн. – Моника Карлтон определенно уведет его.
Тори становилось лучше. Однако Джейк, обеспокоенный тем, что она может не подпустить его к себе, не позволял себе оставить ее одну даже на секунду.
– И это не смотря на то, что он ее все время задирает и заругивает. Так можно подумать, что она – Маколей, – ворчала Фен.
Но она была рада за них обоих. Доктор сказал, что здесь не обошлось без чуда.
Тем не менее, несколькими днями позднее, когда Тори была уже определенно вне опасности, Джейк склонился к мысли спустится и поговорить с Гарфилдом Бойсоном.
– Все нормально, юноша? – поинтересовался Бойсон.
– Нормально, – ответил Джейк.
– Ты сделал правильный шаг в своей карьере, не так ли?
– Я не нуждаюсь в чьих то советах.
– Неужто я похож на навязчивого человека, играющего роль прилипалы к чужому делу? Ты так и не подешел ко мне. Ты мне не веришь, да? Я ведь говорил, что буду придерживаться своих принципов, если ты будешь придерживаться своих. Ты придерживался. Теперь ты получил свою медаль. Но я все еще готов обсудить наши дела.
– Меня собираются исключить из ассоциации.
– А ежели нет. Ты можешь заработать кучу денег.
– Меня это не интересует, – ответил Джейк. – Я не собираюсь возвращаться. Буду тренировать. Я больше не хочу быть без Тори и детей. Да и Дино с Фен уезжают обратно в Штаты.
Через кухонное окно он увидел как Фен прошла во двор и сунула Маколея в руки Дино. Если бы не был тому свидетелем, он никогда бы не поверил, что поцелуй может быть таким долгим. Бойсон вернул его на землю.
– Тогда тебе потребуется искать наездников. Мой мальчик может быть твоим первым жокеем.
Джейк смерял его скептическим взглядом. Бойсон продолжил:
– Я видел жеребенка Африки. Дино сказал, что сегодня утром она умудрилась прыгнуть на целых шесть футов.
Впервые с того вечера, как он выиграл свое серебро, Джейк рассмеялся.
– Полагаю, вы хотите убедить меня, что она и ваш пацан будут готовы к следующей Олимпиаде, – только и смог он сказать.