Итак, подумал он, что может быть лучше в деле воспитания расового равенства, чем объединенные военные отряды? Конечно, создать их за один день нельзя, особенно если вспомнить, что у него под рукой вообще не было такого цернианского отряда, с которым можно было бы иметь дело. Однако путь к подобному начинанию все же существовал. Этот путь и привел к возникновению «губернаторской сотни».
Мерикур поспрашивал кое-кого и узнал, что на борту корабля есть небольшой отряд морской пехоты, который находится в полном его распоряжении.
Ого-го! Ничто не может сравниться с властью, которую дает высший ранг! Если бы ту же идею предложил какой-нибудь младший офицер, то его осадили бы с самого начала.
Теперь, когда Мерикур добыл необходимых ему морских пехотинцев, он нуждался в цернианах, готовых воспринять его идею. Он подошел к Эйтору Сенде и объяснил задачу. Инопланетянин с энтузиазмом откликнулся. Так как проводимая сенатором спорная политика многим не нравилась, Виндзору понадобятся телохранители. И есть ли у него лучший способ продемонстрировать приверженность к полному равенству? Доверив инопланетянам свою драгоценную жизнь, сенатор покажет, что твердо придерживается собственных принципов, а также прибавит скандальной славы своей и без того сомнительной репутации. И то и другое очень много значит для любого политика.
Виндзор тоже пришел в восторг от предложения Мерикура и обещал свою поддержку. Он просто обожал очевидные политические выгоды. Кроме того, ему понравилась инициативность Мерикура - впрочем, и его приверженность делу межрасового равенства тоже. Когда Мерикур вышел из кают-компании, Виндзор повернулся к Сенде и сказал:
– Думаю, нам повезло с генералом. Он, кажется, способен мыслить, а не только отдавать команды.
С помощью офицеров Мерикур отобрал пятнадцать из сорока морских пехотинцев, составлявших десантную группу крейсера. В свою очередь, Сенда нашел такое же количество церниан. Как оказалось, большинство церниан из «обслуги» проходили службу в вооруженных силах Церны и уволились, когда срок их контрактов закончился. Они вовсе не стремились опять надеть военную форму, но соблазнились повышенным жалованьем и обещанием, что с ними будут обращаться как с равными. И пятнадцать добровольцев нашлись.
Мерикур подумал, что, когда они прибудут в Скопление Гармония, церниан надо будет набрать побольше. Под видом поиска новых рекрутов он сможет проверить множество церниан на предмет выявления шпионов и саботажников.
В конце концов то, чего Виндзор и Сенда не знают, не может им повредить. Но может убить.
Равенство - это одно, глупость - совсем другое, размышлял Мерикур. Любопытно, что так много цернианских ветеранов решили связать свою судьбу с Пактом. Принимая во внимание их статус здесь, жизнь на Церне, видимо, легкой не назовешь.
Когда в первый день совместных тренировок Мерикур вошел в спортзал, он сразу заметил, что, за исключением двоих, все добровольцы придерживались каждый своей расовой группы. Увидев его, те двое, морской пехотинец и цернианин, прервали свой разговор и отошли друг от друга.
На какой-то миг Мерикур подумал, что стоит произнести речь. Он мог бы сказать, что охрана - это объединенный отряд, что люди и церниане равны между собой, что они должны работать рука об руку. Однако он быстро отказался от своего намерения, осознав, что его речь сейчас будет пустым сотрясанием воздуха. Все, кто здесь был, должны это сами сообразить, как раньше это сделал он. Поэтому он отдал команды «построиться»и «смирно» (такой подход понятен военным любой расы) и указал на тех двоих, которые разговаривали друг с другом.
– Ты и ты! Выйти на середину!
Оба добровольца вздохнули (впрочем, почти незаметно), вышли из строя и промаршировали к центру зала. В чем они таком виноваты? Оба вытянулись по стойке «смирно» перед Мерикуром, и цернианский сверхсрочник сделал это так же четко, как и морской пехотинец.
Цернианская версия стойки «смирно» была почти подобна принятой в морской пехоте. Отличалась же она тем, что цернианин скрестил руки на груди. Позже Мерикур узнал, что такое положение рук зависело от принятого в армии Церны размещения военного снаряжения: скрещенные руки обеспечивали быстрый доступ к оружию и символизировали личную готовность.
– Кругом!
Повернувшись через левое плечо, оба встали лицом к строю.
– Фамилии!
Цернианин отозвался первым:
– Меня зовут Вико Кедор, отче!
Мерикур уже знал из бесед с Сендой, что в старину цернианские отряды были организованы по кланово-семейному признаку. И хотя такой принцип военной организации давно уже не практиковался, в армии остались обращения к старшему по званию «отче»и «матерь», в зависимости от пола, и означали они «командир».
Морской пехотинец эхом отозвался:
– Мое имя Мануэль Костас, сэр!
Мерикур кивнул и повернулся к отряду.
– А теперь слушайте меня. Вы только что познакомились со своими офицерами. У кого-нибудь есть монета?
– Вот, - Костас порылся в кармане, выудил монету и бросил ее Мерикуру.
– Спасибо. Орел - Костас, решка - Кедор.
Мерикур подбросил монету.
– Решка. Вико Кедор назначается капитаном элитной гвардии. Мануэль Костас - ее лейтенант. Если они окажутся достойны своих новых званий и сохранят их и дальше, эти два офицера представят рекомендации к повышению в звании и некоторых из вас. Те, с чьими кандидатурами я соглашусь, станут сержантами. А сейчас капитан Кедор и лейтенант Костас могут назначить исполняющих обязанности сержантов. Вы все будете повиноваться их приказам в соответствии с уставом вооруженных сил Пакта. Вы сможете получить копии требуемых инструкций и выдержки из устава. Я рекомендую прочитать их тем, кто этого еще не сделал.
Мерикур сделал рассчитанную паузу.
– Вы являетесь элитным подразделением. Вам доверены жизни губернатора и его администрации. За отличное выполнение своих обязанностей вы будете представлены к наградам. Если подведете, вас накажут. Если вы подведете из-за лени, нечестности или из-за наркотиков, то вы пожалеете, что вообще появились на свет. Все ясно?
В ответ донеслось жидкое: «Да, сэр!»
– Не слышу!
На этот раз по-прежнему нестройный отклик «так точно, сэр»и «да, отче» был гораздо громче.
– Так-то лучше. Теперь разбиться по парам - один человек к одному цернианину.
На секунду обе группы оцепенело смотрели друг на друга, удивленные приказом Мерикура и неуверенные, что делать дальше. Затем, немного поколебавшись, Кедор и Костас взяли дело в свои руки. Голос Кедора напоминал рев нугианского болотного буйвола, и он хорошо умел им пользоваться.
– Слушай мою команду! Вы все слышали отче Мерикура! Живо, по парам! Один тролль к одному гувоту!
Позже оказалось, что слово «гувот» приблизительно означает «куча дерьма на ходулях». Так между собой церниане называли людей.
На мгновение воцарилась полная тишина, пока представители обеих рас усваивали слова Кедора и размышляли, как им поступить. Затем один из морских пехотинцев расхохотался, какой-то цернианин издал странный кашляющий звук, и весь отряд присоединился к ним.
Мерикур перевел дыхание. Рискованная игра Кедора себя оправдала. Но она могла вызвать и совсем другую реакцию.
Когда все разбились по парам, Мерикур вновь заговорил:
– Важно, чтобы вы узнали друг друга. Поэтому проведем небольшое ознакомительное занятие. Смысл упражнения - одолеть своего противника. Правило только одно: если твой напарник окажется в лазарете, ты сам отсидишь в карцере, пока его не выпишут. Ваша цель - подчинить себе противника, а не убить его. Понятно?
– Так точно, сэр!
Мерикур обратил внимание, что на это раз и церниане использовали ответ, принятый среди людей.
– Хорошо. Начинайте.
Поначалу они двигались настороженно, выжидая, что предпримет противник, и надеясь использовать свое преимущество. Первым атаковал цернианин. Он нырнул вперед и сделал тот же самый кувырок, какой использовал против Мерикура Сенда. Мгновение спустя другой цернианин повторил прием, и вскоре все в спортзале перемешалось: тела, стоны боли и победные крики.