– А три недели назад, по предварительному заключению, наложил на себя руки Ник Веласкес.
– Об этом мне известно. Энтони Ричардсон тоже покончил с собой, но о Джеффе я ничего не слышала.
– Солнышко, все они мертвы – каждый, кто был в той комнате. Кроме вас с Кайлом. Другого объяснения нет.
– Нет, – Мими покачала головой, – это просто невозможно. Если б вы знали Кайла…
– Вы были парой? – спросила я. Любовь не только слепа, она частенько завозит людей в город Несущих-околесицу-идиотов.
Она наградила меня скептическим взглядом. Черт, да она профи по части таких взглядов.
– Нет, не были. Вы не понимаете. – Прикусив губу, она помолчала, а потом сдалась со вздохом. – Никто этого не знает, ни одна живая душа. Кайл гей. В ту ночь в ванной мы говорили о мальчишках.
Святые кукурузные оладушки! Чем дальше, тем лучше.
– Ладно, дайте-ка подумать, – сказала я, потирая лоб. – Зачем ты встречалась с Томми Запата?
Брови Мими сошлись над переносицей.
– Он попросил меня о встрече. А я боялась не пойти. Он сказал, что его шантажируют и что больше он не может жить в мире с самим собой.
Надо же, обычно жертва шантажа не может жить с тем, что он или она натворили, но чтобы с самим собой… Удивительно.
– Томми говорил, что виделся с Кайлом. Сказал ему, что пойдет в полицию, во всем сознается и возьмет на себя ответственность за свою роль в этом кошмаре. Спрашивал, поддержу ли я его. Он собирался рассказать властям, как угрожали нам с Кайлом и как нас всех заставили тогда поехать на кладбище.
Я по-прежнему ни черта не понимала.
– У семьи Кайла есть деньги, ты замужем за состоятельным бизнесменом, но ни его, ни тебя никто не шантажировал? – спросила я, все никак не находя выхода из подвала недоумения.
– Нет, но мы думали, что знаем, кто шантажирует Томми.
– И?
– Томми считал, что это Джефф Харгроув.
– Тот самый Джефф Харгроув, которого должны были посадить за решетку за изнасилование и убийство?
– Да. Томми думал, что у Джеффа появились финансовые проблемы и он выбрал Томми, который владел автосалоном, в качестве легкой цели. И Томми был прав. Я проверила финансовые отчеты Джеффа…
Да она молодчина!
– …и выяснила, что в те же дни, когда Томми снимал деньги со своего счета, точно такие же суммы поступали на счет Джеффа. То есть трижды.
Ничего себе! И все-таки и Джефф, и Томми сейчас мертвы.
– Потом мне позвонил Кайл, – продолжала Мими, – и сказал, что Томми принес ему свои извинения, потому что вроде как собирался разрушить его политическую карьеру.
– Это веская причина для убийства, – заметила Куки.
– Нет, Кайлу было наплевать. Он собирался сделать то же самое. Хотел плечом к плечу с Томми выступить сегодня с речью и всем рассказать, что произошло на самом деле.
Какой бесстрашный политик.
– Может быть, он передумал.
Мими вздохнула в отчаянии.
– Знали бы вы Кайла – не говорили бы такого. То, что вы пытаетесь на него повесить, совершенно не вписывается в его характер. Это просто невозможно. Ему и так кажется, что он живет во лжи, скрывая свою гомосексуальность.
Я провела рукой по лицу. Голова трещала, и не только из-за сотрясения. Я ведь думала, что решила задачку. Поди разберись теперь, что к чему.
– Ладно, – расстроенно проговорила я. – После того, как ты переехала в Альбукерке, что было с Кайлом? Его оставили в покое?
Помрачнев, Мими пожала плечами:
– Кайл прекрасный актер. Ему удалось убедить Джеффа, что он на их стороне. А как только начались каникулы, он сделал то же, что и я, – уехал на все лето к бабушке.
– После твоей встречи с Томми Запата тебе кто-то угрожал? Поэтому ты сбежала?
– Очень скоро я поняла, что все умирают. И что моя семья в опасности. Я была в списке и, оставаясь рядом, подвергала риску всю семью. Поэтому села в такси и сбежала. Если бы не загорелся двигатель, я была бы уже в Спокане.
– Ты сохранила себе жизнь, – сказала Куки, – и теперь нам надо доставить тебя в безопасное место.
Ага, а мне еще надо выяснить, что, черт возьми, происходит.
Внезапно погас свет, и нас обступила зловещая тишина. Я шикнула, призывая всех молчать, присела и выглянула из кабинета. Дальше по коридору включилось аварийное освещение, и я смогла рассмотреть массивное тело, распростертое на полу. Тело, вероятнее всего, принадлежало Халку.
– Сукин сын, – прошипела я, не в силах поверить в происходящее. – Неужели за нами следили?
Надо обращать больше внимания на тех, кто у меня на хвосте. Это уже просто нелепо.
– Кто? – спросила Мими, и ее панический, хоть и приглушенный фальцет покатился по коридору.
Куки шикнула на нее, приложив палец к губам. Я схватила Мими за одну руку, Куки – за другую, и мы вместе бросились из кабинета в сторону запасного выхода, который я заметила по пути сюда. Нам пришлось как можно тише пробираться мимо коробок и сумок, пока наконец мы не добрались до двери. На ней была система аварийного выхода, но, если мы ею воспользуемся, включится сигнал тревоги, поэтому я не торопилась. А может быть, именно орущая сирена нам и нужна.
Я отвела всех в темный угол у двери, где мы и укрылись, пока я решала, нужна ли нам такая степень внимания здешних обитателей.
– Привет, босс, – сказал нарисовавшийся сбоку от меня Ангел.
Я подпрыгнула, перепугав Куки и Мими, мрачно глянула на него и шепотом спросила:
– Опять ты за свое?
– Что делаешь?
– Убегаю от плохих парней. Разве не этим я занимаюсь изо дня в день?
– С кем она говорит? – поинтересовалась Мими.
– М-м… – На несколько секунд Куки овладела паника, но она быстро справилась сама с собой: – Она репетирует пьесу.
– Сейчас?!
– Так мне тебя тут и бросить? – спросил Ангел с сиплым смешком.
Закатив глаза, я повернулась к Куки и прошептала:
– Так, держи телефон наготове. Вы вдвоем побежите на улицу через ту дверь. Не останавливайтесь ни за что на свете. Я закрою и попытаюсь забаррикадировать дверь снаружи.
– Чем? – пискнула от страха Куки, вместо того чтобы говорить шепотом.
– Кук, – я взяла ее за руку, – я когда-нибудь тебя подводила?
– Я не переживаю, что ты меня подведешь. Я переживаю, что ты подведешь саму себя. Эти люди – хладнокровные убийцы, Чарли.
– Кажется, меня сейчас вырвет, – прошептала Мими.
Их обеих трясло так сильно, что я начала сомневаться, что они доберутся до безопасного места, ни разу не упав и не схлопотав по паре переломов.
– Кук, ты должна вывести отсюда Мими. Она на нас рассчитывает. Ты справишься.
Куки сделала глубокий вдох.
– Ясно. Ладно. Я все сделаю. А ты поспеши. Ты стреляешь лучше меня, – добавила она и вытащила из сумочки пистолет калибром девять миллиметров.
– Черт возьми, – вырвалось у меня. Мой Глок забрали в качестве улики после случившегося в заброшенном мотеле. Но прямо сейчас Куки была моей героиней. Хотя, если судить по весу пушки… – А пульки к нему есть?
– Ой! – Она залезла в сумочку и вытащила полную обойму, которую вручила мне с улыбкой. – И поспеши, – напомнила она, когда я вставила обойму в магазин и дернула затвор, досылая первый патрон в патронник.
Щелчок прозвучал так громко, что я поежилась. Дождь, разгулявшийся снаружи, немного приглушил звук, и все же любой на расстоянии броска камня услышал бы и сразу понял, что у меня есть оружие.
– Ты знаешь, сколько их там? – обратилась я к Ангелу.
– Один. Подонок из мотеля.
– Злой Мертаф? – зачем-то спросила я.
Ангел пожал плечами:
– Как скажешь.
– Черт его дери. – Я обвела глазами помещение. – Черт его дери до самого ада.
– А она молодец, – оценила Мими, – тянет на Оскар.
– О, – я улыбнулась ей, – спасибо.
Пришла очередь Куки закатывать глаза. Испустив раздраженный вздох, она взяла Мими за руку и помчалась к закрытой двери, со всей дури врезавшись в нее. Вторая попытка была продуктивнее. Как я и думала, завыла пронзительная сирена, сильно напомнившая мне крик, которым нас встретила Мими. Я бежала за ними сквозь кошмарный шум, и тут одновременно случились две вещи: Куки споткнулась на ступеньках снаружи, а по моей спине прошелся самый гнусный на свете нож.