Но сейчас любопытной владелице замка представилась прекрасная возможность исследовать этот образчик готического стиля.
А готика просто обязана иметь загадочную начинку — на то она и готика.
Да и скучно без тайн и секретов.
Не считать же тайной века идиотскую привычку старого мужа сношаться в ночной рубашке для пят.
Может, Томас, ее Томас, просто стесняется увядшего тела.
Джессика представила старческое морщинистое безобразие и твердо решила, что когда в отдаленном будущем превратится в старуху, то тоже будет трахаться в такой же рубашке.
Если, конечно, найдется желающий поиметь старушку.
Впрочем, если эта старушка окажется богатой вдовой и к тому же владелицей баварского замка, то от желающих юнцов не будет отбоя.
Но до богатой и обеспеченной всем необходимым старости было ой как еще далеко.
Джессика, ведомая тем азартом, который свойственен искателям сокровищ, начала исследовать весь замок, не пропуская ни этажа, ни комнаты, ни тупика.
Одиночество усиливало эмоции, и молодой хозяйке все казалось еще более заманчивым и сказочным.
Джессика вновь и вновь ощущала радость от того, что эта сказка действительно принадлежит ей, что она может открыть любую дверь, подняться по винтовой лестнице на самую верхнюю башню и взглянуть на шедевр средневековой архитектуры изнутри — и не как экскурсант или гость, а как полноправная хозяйка.
Джессика никак не могла определить, чем же особенным очаровывает замок: то ли сочетанием примет древности с удобствами цивилизации, то ли скрытыми шокирующими ужасами, когда-то происходившими в этих стенах по прихоти сумасшедшей баронессы.
Особенно хозяйку восторгало изобилие огромных зеркал.
Джессика представляла, сколько людей в роскошных нарядах отражалось за прошедшие века в этих туманных поверхностях, окантованных золотом и серебром.
Молодой особе, еще ни разу в жизни не сталкивавшейся с инфернальными явлениями, хотелось узреть, хоть на мгновение, чужое лицо, канувшее в Лету.
Пару раз Джессике даже показалось, что в зеркальной глубине мелькнула чья-то бесформенная фигура.
Но оба раза виноваты были портьеры, тронутые сквозняком.
А новой хозяйке упорно хотелось провести окончательную и полную инвентаризацию мрачных владений.
Все равно в замке отыщется уголочек, напоминающий о зловещем прошлом.
И, кажется, судьба дала новой владелице шанс вплотную соприкоснуться с ним.
В результате свободного поиска образовалась лишь одна и, похоже, совсем не романтичная загадка.
Въедливая хозяйка обнаружила в коридоре, соединяющем спальни молодоженов, секретные крутые ступени, ведущие куда-то вниз.
Ступени таились за тяжелым настенным панно, изображающим охоту на льва. Царя зверей, нещадно нашпигованного стрелами, бойкие всадники добивали остро отточенными копьями.
Джессика наткнулась на тайную лестницу совершенно случайно.
Молодая особа в который раз проходила мимо коридорного панно — охотники все никак не могли добить упорного льва.
И вдруг со стороны тканной схватки раздался то ли вдох, то ли выдох.
Джессика остановилась, обернулась и пристально уставилась на подыхающего зверя.
Но лев только беззвучно скалился.
Тогда бдительная хозяйка решила проверить изнанку панно.
Задрав грубый край, обрамленный кистями, она ловко присела и, смело поднырнув под тяжелый полог с изображением умирающего льва, разглядела темную нишу и крутые ступени.
Джессика на ощупь спустилась по мрачной лестнице, круто ведущей вниз.
Она уперлась в дверь, окованную железом.
Джессика подергала витую ручку, отдающую могильным холодком.
Но дверь оказалась надежно запертой.
Джессика присела к замочной скважине, пытаясь заглянуть внутрь.
Но из непроницаемой черноты лишь потянуло затхлым сквозняком.
Так вот что имитировало дыхание умирающего существа!
Джессика вернулась в коридор.
Наверное, эта дверь вела в какой-нибудь заброшенный подвал с бешеными крысами, скелетами, прикованными к стенам ржавыми цепями, или просто в чулан, забитый хламом.
Джессика поправила растревоженное панно.
А может, именно за этой дверью баронесса Ульрика фон Кнаппе творила свои любовно-смертельные дела?
Молодой особе жутко хотелось, чтобы за этой таинственной дверью пряталась разгадка секрета мерзкой старухи, вероломно использующей любовь в целях продления своей никчемной жизни.
И тут Джессика вспомнила один приключенческий фильм о старинном замке — там герой находил план тайных подземелий в библиотеке.
Молодая особа, раззадоренная запертой дверью, проследовала в библиотеку.
Но там на простенках между шкафами висели исключительно черно-белые портреты угрюмых стариков с невероятными датами, отмечающими рождение и смерть:
400 лет…
500…
600…
700…
На цифре 800, разглядев узкие глаза и жидкую восточную бороденку патриарха, Джессика вспомнила рассказ Томаса, ее Томаса, о китайском мудреце и точке «Джи»…
Молодая особа заливисто хохотнула.
Вернее, о точке «Цзу-сань-ли», расположенной книзу от наружного края коленной чашечки, — точке, именуемой китайцами «точкой долголетия», а в самурайской Японии — «точкой от ста болезней».
Джессика продолжила знакомиться с галереей долгожителей.
Из представленных рекордсменов по длительности пребывания на белом свете баронесса Ульрика фон Кнаппе имела минимальную длительность жизни.
А у двоих, размещенных в торце на соседних гравюрах, вообще имелись только даты рождения, а там, где положено стоять дате смерти, зияла пустота.
Но Джессику быстро утомили как бессмертные, так и глубокие-преглубокие стариканы, которые явно были кумирами Томаса, ее Томаса, мечтающего как можно дольше продержаться среди живых.
Молодую особу интриговала запертая дверь и возможные тайны, скрытые за ней.
И хозяйка продолжила тщательные поиски какой-нибудь заветной подсказки.
Но библиотека упорно не давала ни малейшей зацепки.
Шкафы.
Секретер.
Простенки.
Ничего, даже близко похожего на план замка, не наблюдалось.
Джессика, вдоволь нагулявшаяся по этажам и застрявшая среди книг и гравюр, вдруг ощутила, что серьезно проголодалась.
Молодая особа показала язык древнему китайцу, а всем остальным черно-белым патриархам объявила меню, отнюдь не способствующее гарантированному сохранению долголетия.
Впрочем, гравюры остались гравюрами.
А Томас, ее Томас, был слишком далеко, чтобы произнести отрезвляющую речь.
Намереваясь изрядно засорить сосуды холестерином и тяжелыми жирами, Джессика вышла из библиотеки, — но странный звук, похожий на падение тяжелого предмета, заставил хозяйку вернуться.
На полу, недалеко от порога, лежала книга, выпавшая из шкафа.
— Только полтергейста мне и не хватало.
Джессика вознамерилась поскорей вернуть фолиант на место и отправиться безумствовать в кухню.
Подняв книгу, молодая особа узнала том, который ей демонстрировал супруг в первый день медового месяца.
Кажется, Томас, ее Томас, что-то говорил про труды, посвященные вызову призраков?
Джессика заметила между потемневшими страницами какое-то свежее белое вложение.
Выдернула лист формата А4.
Сколько такой бумаги прошло через ее руки в офисе при распечатке сканированных материалов!
Джессика бегло просмотрела рукописный текст, явно исполненный шариковой ручкой.
— Вот это да! — сообщила молодая особа гравированным старцам. — Это же современный перевод рецепта сумасшедшей баронессы!
— Нессы-нессы-нессы, — прошелестело, как книга на сквозняке, едва слышно библиотечное эхо. — Сы-сы-сы.
Джессика очень внимательно, не пропуская ни одного слова, перечитала уникальный документ.
— Рецепт для вызова призрака!
— Зрака-зрака-зрака…
Молодая особа удивилась простоте требуемых ингредиентов.
Штучная косметика и ограниченный алкоголь.
Никаких умерщвленных жаб, дохлых крыс и ободранных кошек.