— Ясно, — решительно кивнула Ксанта. — А что за дрянь там водится?
Москит пожал плечами:
— Я же говорю: может, и ничего. Но зачем рисковать зря?
Метрах в десяти от изгиба узкой и длиной, как трубка стеклодува, бухты громоздились несколько поваленных деревьев. Ксанта повесила на гниющие сучки сумку и куртку, велела Денису не подглядывать и расстегнула ненавистный бронежилет. Пропотевшая футболка противно липла к телу.
Девушка осторожно спустилась к воде. Озеро дышало спокойствием и чистотой, ленивые волны пощипывали глинистый берег, лишь непосредственно возле него становясь бурыми и мутными. Недалеко, в соседних кустах, негромко переговаривались сталкеры. Ксанта подумала, что вот они-то наверняка будут за ней подглядывать. На всякий случай, конечно, для безопасности. Не придерешься.
Ну и пусть. Она решительно стащила через голову футболку и блаженно зажмурилась, чувствуя, как ласкает кожу прохладный ветерок. Мужчинам не понять, как может быть приятно раздеться впервые за трое суток. Им дай волю, они будут неделями спать в одной и той же потной майке.
Ксанта быстро смочила футболку в озере, прополоскала на вытянутых руках и, памятуя предупреждение Москита, отступила подальше от края. На берегу выжала одежду и обтерлась мокрой тканью от шеи до пояса. От влажной прохлады по коже побежали мурашки: теперь уже ветер заставил девушку поежиться. Она обхватила плечи руками, накинув футболку на спину. Но долгожданного облегчения так и не наступило: девушка все еще чувствовала себя потной и грязной. Не сказать, чтобы вода здесь была идеальной чистоты.
Озеро оставалось все таким же спокойным и безмятежным, разве что волны побежали чуточку быстрее.
— Осе-ень! — крикнул Кузнец сверху. — У тебя все в порядке?
Ксанта ойкнула и прикрыла грудь правой рукой. Помахала Денису — все о’кей, мол, — и вернулась к воде. У самой кромки прибоя прислушалась и еще раз внимательно посмотрела на воду — ничего. Никаких подозрительных пузырей, стремительных теней в глубине, все тихо, мирно и совершенно безжизненно. Что тут может быть опасного, если фон в норме?
Она присела на корточки, зачерпнула ладонями воду и от души плеснула на себя. Холод ужалил Ксанту тысячью иголок, заставив ее тихо взвизгнуть. Она энергично растерлась ладонями, оглянулась — не переполошился ли Денис от ее непроизвольного писка — и снова нагнулась к воде.
И застыла.
Ее отражение на поверхности неожиданно зашевелилось и потянулось навстречу. Сначала вода немного заклубилась, как закипающий суп, потом по краям рамки, очертившей слепок лица девушки, пробежала судорожная волна, подбросила отражение вверх, словно услужливый невидимка и в самом деле протягивал Ксанте зеркало. Пленка воды вспучилась, помутнела, и из ровной и чистой водной глади начал расти тягучий полупрозрачный бугор.
Она попыталась отпрянуть или хотя бы оттолкнуть внезапно ожившее озеро, но почему-то не смогла даже пошевелиться.
— Ксанта! Не сиди там долго! Тебя же предупреждали!
Девушка поняла, что Кузнец ничего не видит, ее спина скрыла от него странное пробуждение озера и причудливое зеркало. Ксанта снова и снова пробовала отодвинуться, отползти, но тело отказывалось ей подчиняться.
Водяной горб все поднимался, сейчас он возвышался над водой уже на полметра, похожий на толстенную полупрозрачную колбасу. С боков его то и дело срывались капли, которые падали вниз, кипящее основание неведомого организма тоже издавало булькающие звуки, и Ксанта надеялась, что шум привлечет внимание Дениса. Она оставила попытки шевельнуть руками — все равно ничего не получалось, вместо этого девушка прилагала все силы, чтобы сместиться назад, перенести центр тяжести с носков на пятки и опрокинуться на спину.
Столб живой воды висел перед лицом, нервно поводя из стороны в сторону бугристым концом с размытыми осколками ее собственного отражения. Больше всего он походил сейчас на щупальце глубоководной морской твари вроде осьминога, которая изучает пойманную жертву, пытаясь понять, что же это такое досталось ей на обед.
Внезапно по краям густого и плотного, как глицерин, гибкого водяного ствола зазмеились тоненькие отростки. Быстрые и стремительные, словно жгутики гигантской инфузории, они заметались вокруг головы Ксанты. Некоторые тут же рассыпались пулеметными очередями сверкающих капель, но на их месте немедленно вырастали новые.
— Что за хрень?! Москит! Скай!!! Сюда!!!
Кузнец закричал во весь голос, спрыгнул с мыса и помчался к берегу.
Как раз в этот момент Ксанте удалось немного откинуться назад, одеревеневшее тело не смогло удержать равновесия, и она медленно завалилась на спину, так и не разогнув ног, словно по-прежнему сидела на корточках.
Прозрачный столб тут же сунулся вперед, вытянувшись из воды еще на полметра. Жгутики схватили девушку за волосы и рванули к себе. Бугристый конец монстра вспучился неровной сферой и с шумным плеском заглотил Ксанту почти до плеч. Теперь со стороны казалось, будто она зачем-то сунула голову в пластиковую трубу и опустила противоположный конец трубы в озеро.
— Ксанта!!!
Со стороны песчаного пляжа гигантскими прыжками летел Скай. Денис на бегу передернул затвор автомата и несколько раз выстрелил в сторону озера. Пули прошили прозрачную колонну насквозь, не причинив водяной твари никакого вреда. Шагнув вперед, он прицелился еще раз, но споткнулся о корни поваленного дерева и с руганью покатился вниз по склону.
Ксанта в панике заметалась, закрутила шеей… точнее, так ей показалось. На самом деле она, как и прежде, даже не пошевелилась. От недостатка воздуха уже шумело в голове, сердце стучало все медленнее, легкие требовали кислорода. Но вокруг ее головы мутно переливался густой серебристый пузырь жидкости, и, когда девушка попыталась судорожно вдохнуть, в горло хлынула вода. В груди захлюпало, бронхи скрутило судорогой, однако парализованная Ксанта не смогла даже откашляться. Она хрипела и едва заметно подергивалась в прозрачных тисках, а вода понемногу проникала все глубже, заполняя легкие. Сознание ее помутилось, и откуда-то сверху опустилась наконец спасительная темнота.
Денис с ужасом увидел, как его подруга обмякла, как ожившая водная гладь удовлетворенно колыхнулась и потянула жертву за собой, в спокойную и уютную глубину. Он судорожно вскинул автомат и нажал на спуск, но услышал лишь глухой щелчок — при падении АКМК щедро хлебнул песка. Кузнец матерился, глотая слезы, тупо дергал затвор, тряс автомат, снова и снова тянул спусковой крючок, уже ни на что не надеясь.
С шумным плеском в воду влетел Скай. Он вцепился падающей лицом вперед Ксанте в пояс и дернул на себя. Тело девушки немного подалось назад. Тогда сталкер выхватил из ножен десантный штык-нож и с хладнокровием профессионального мясника отхватил почти полметра вытянувшегося водяного жгута. Торчащий из воды кусок забился, словно хвост ящерицы, а отрезанный ломоть выплюнул голову Ксанты и с шумом обрушился на зеркальную поверхность озера миллионами капель, словно кто-то выплеснул ведро воды. Не теряя ни секунды, Скай крепко ухватил безвольно обмякшую девушку под мышки и выволок на берег.
Она не шевелилась. Каблуки армейских ботинок прочертили в песке глубокие борозды, когда помощник ведущего тащил ее прочь от голодного озера. Там, на поверхности, метался в бессильной ярости короткий обрубок водяного столба.
Скай опустил Ксанту на песок. Обнаженная по пояс, она привлекла бы не один заинтересованный мужской взгляд, но сейчас ему было не до глупостей. Розовая кожа девушки стремительно приобретала синюшный оттенок, приоткрытые веки с намокшими, слипшимися ресницами не шевелились. Из приоткрытого рта сочилась вода. Проводник сдвинул брови, положил ладони между соблазнительными округлостями грудей и с силой нажал. Потом еще раз, быстрее и сильнее. И еще раз. Наконец высокая грудь с набухшими сосками дрогнула и начала судорожно вздыматься. Девушка вырвалась из рук Ская и, перекатившись на бок, мучительно закашлялась, пытаясь выплюнуть из легких остатки воды.