— Так мы совсем замерзнем! Надо убирать­ся отсюда, и как можно быстрее.

 — У меня нет абсолютно никаких возраже­ний.

 Абигейл была рада любому предлогу, что­бы покончить с ситуацией противостояния, в которой они оказались. Сейчас ей хотелось од­ного: забраться в «пежо», выехать на шоссе и продолжить путь в Кег-Ривер. Ник Грант, воз­можно, и сошел бы за рыцаря, явившегося из снежной мглы для спасения попавшей вбеду дамы, но его поведение, напрочь, отбрасывало эту романтическую версию. Да, он выглядел самым потрясающим мужчиной из всех, кто ей когда-либо встречался в жизни, но за все свои двадцать пять лет она не знала характера более неприятного, чем у него.

 — Если бы вы помогли мне вытащить ма­шину...

 Но он решительно покачал головой, и Аби­гейл тут же осеклась.

 — Ничего не выйдет, леди. Тут без тягача и цепей не обойтись, но даже с такой помощью, вряд ли что получится. Да вы только взгляните на своего «пежончика».

 Она взглянула и поняла, что он совершенно прав. Передние колеса машины, нырнувшей в кювет под крутым углом, глубоко увязли в сне­гу, а поскольку буран не прекращался, и всю до­рогу уже порядком замело, надежд на успех спа­сательной операции не оставалось. Ее «пежо», казалось, застрял в этой точке земного шара на веки вечные. Чтобы она могла продолжить свой путь, требовалась профессиональная помощь.

 — Тогда, может быть, вы подбросите меня до ближайшего гаража или жилого дома?

 Обратившись к Нику с этой просьбой, она с надеждой взглянула на его машину у обочи­ны дороги. На капоте и крыше бежевого авто­мобиля тоже было много снега, но в целом, он выглядел не таким жалким, как ее «пежо».

 — До ближайшего гаража, моя дорогая мисс Барринг, больше десяти миль. Однажды, в подобную же метель, мне пришлось изрядно по­мучиться на этом же участке шоссе, так что все места в этой округе мне хорошо известны. Что касается жилых домов, то ближе моего кот­теджа, никакого другого жилья, вы здесь не оты­щете. Удаленность и заброшенность были для меня главными критериями, когда я покупал для себя это обиталище.

 — Но что же мне делать? Ведь я должна была сегодня добраться к матери. — В ее голосе зазвучали нотки отчаяния.

 — Полагаю, у вас широкий выбор. — Муж­чина равнодушно пожал плечами, на которые был накинут шерстяной пиджак цвета морс­кой волны. — Вы можете оставаться здесь до утра...

 Да он просто издевается, я замерзну еще до полуночи, мелькнуло в голове Абигейл, и, бросив, исполненный безнадежности, взгляд на Ника, она спросила:

 —Или?

 — Или вы можете поехать ко мне. До моего жилища отсюда — рукой подать. Но нам надо поторопиться, пока дороги не замело совсем. И ехать будем очень осторожно. А ваш автомобиль, боюсь, придется так и оставить в кювете. В такую непогоду с ним вряд ли что-нибудь случится. Даже если кто-то и наткнется на него, вытащить его из этой канавы не удастся ника­кому грабителю. Так что у вас есть шанс про­вести ночь со мной.

 — Благодарю за честь! — Наконец-то ее моз­ги, казалось, опять заработали нормально. Ее тяга к этому мужчине, бесследно, исчезла из-за его поведения. — Скорее, я останусь наедине со снежной стихией, чем с вами.

 Дикий порыв ветра тут же унес ее слова на край Вселенной. И она приготовилась услышать от Ника Гранта, как минимум, какое-то негоду­ющее междометие по поводу ее безмозглости, или еще что-нибудь похуже. Абигейл уже нача­ла привыкать, к его манере обращаться с ней, выдававшей, казалось, тайного женоненавис­тника. Как это можно было объяснить иначе?

 Но Грант не проронил ни слова. Однако спу­стя пару секунд, равнодушно пожав плечами, ее «благородный спаситель» сказал:

 — Выбор за вами, леди. — Развернувшись, он сделал шаг в сторону и добавил: — Спокой­ной ночи.

 Абигейл, не веря своим ушам, смотрела ему вслед. Не может быть, чтобы он сказал это се­рьезно! Неужели он, действительно, собирался оставить ее здесь одну?

 Суд по всему, да. Спина Ника уже, целе­направленно, удалялась от нее в сторону беже­вого автомобиля, и обочина дороги, где сто­яла его машина, показалась ей ужасно темной, холодной и страшной.

 — Вы не посмеете обойтись со мной таким образом! — Ее слова тотчас захлестнуло гром­кое завывание ветра. Вы не можете просто так уйти, оставив меня здесь одну!

 Но мужчина даже не обернулся. Все чувства, кроме панического страха, мгновенно остави­ли Абигейл. Парализованная ужасом, завязшая в растущем на глазах сугробе, она вскрикнула жалобно и пронзительно:

 — Подождите!

 Мужчина остановился, обернулся назад и, зажмурив глаза от снежных завихрений, не­брежно кивнул несчастной путешественнице, приглашая ее, следовать за собой.

 За свои тридцать четыре года, Ник Грант, еще ни разу, не оставлял женщину одну, когда она нуждалась в помощи и когда он эту помощь мог оказать. Но во всем, всегда, бывает первый шаг. И сейчас он его сделал.

 Эта женщина требовала к себе больше внимания, чем того заслуживала, и, по правде говоря, у него не было абсолютно никакого желания приводить ее в свой коттедж, кото­рым он с момента его приобретения превра­тил в убежище от всех треволнений жизни. Он не мог разобраться в этой женщине, не понимал, чем она могла так поразить и увлечь его. Он лишь знал, что с первой же минуты, как только увидел ее, все его мыслительные процессы, всегда отличавшиеся холодным рациональным расчетом, начали давать сбой.

 Но мог ли он, на самом деле, оставить ее здесь одну, без всякой защиты и в таких ужасных погодных условиях? Ник уже начал замедлять шаг, когда услышал ее голос:

 — Подождите! Ну, пожалуйста.

 Он резко обернулся и с облегчением поду­мал, что подол ее платья был, наконец, опу­щен, а, потрясшая его, ложбинка на груди скры­лась под наглухо застегнутым черным пальто. Нику трудно было определить, какое чувство из двух владело им больше — облегчение или разочарование. Но он четко знал, что теперь, когда она упрятала свое тело под одежду, ду­мать ему стало, гораздо, легче.

 — Передумали? — спросил он. — Вернулись к здравому смыслу?

 — У меня нет другого выбора. Я совсем за­мерзну, если останусь здесь. Так что если ваше предложение предоставить мне кров остается в силе, я согласна поехать с вами.

 — В таком случае нам следует поторопить­ся, — сказал Ник. — Вы что-нибудь хотите зах­ватить с собой?

 — Сумку. Она в багажнике.

Абигейл направилась, было, к «пежо» и уже вытащила из кармана ключи, но их тут же пе­рехватил у нее Ник.

 — Я достану ее, — сказал он, — а вы идите к моей машине.

 Когда Ник принес сумку и сел за руль, он снова остро ощутил присутствие этой женщи­ны. Она сидела рядом с ним, вытянув свои длинные, стройные ноги. Сейчас, когда впере­ди их ждал нелегкий путь, ему, ни в коем слу­чае, не следовало бы заглядываться на них и снова терять над собой контроль.

 Возьми себя в руки! — мысленно приказал он себе. Перед ним была одна задача: привезти ее в коттедж и дождаться Криса, который дол­жен забрать свою невесту.

 Обещание есть обещание. Но, обещая брату найти его девушку, он, естественно, и предста­вить не мог, что при встрече с ней возникнут такие осложнения. Крис позвонил ему рано ут­ром, прервав один из тех глубоких, крепких снов, какие приходили к Нику в последнее время до­вольно редко. Усевшись на диване, полусонный, он снял трубку и неохотно поднес ее к уху.

 — Ник! — Голос Криса был полон отчая­ния.

 — Что случилось? — Ник мгновенно про­снулся и был готов немедленно бежать на по­мощь.

 — Она ушла от меня. — Слова прозвучали гулким, пустынным ударом колокола. — Ска­зала, что у нее есть другой.

 — Ушла? Твоя невеста? Но ведь ваша свадьба...

 — Да, намечена на Новый год. Вернее, на­мечалась. Но Элоиз все отменила. И даже вер­нула мне кольцо.

 Почему эта невеселая новость не удивила Ника? На минуту он с каким-то мрачным ци­низмом задумался о женщинах. Ни одной из них нельзя доверять, это ему было хорошо известно из собственного опыта. Но он надеялся, что хоть его младшему брату повезет в любви больше!