Пронзительные голубые глаза бородача просканировали сначала его, потом Никифорова. Немного потеплели в узнавании и в бороде блеснули белые здоровые зубы. Наверное так он улыбается.
— О! Ба-а! Да какие ж люди к нам пожаловали! — В ответ на его восклицания за забором снова послышался лай.
— И тебе Петрович не болеть. Примешь гостей? — Вячеслав подошел к здоровяку и они обнялись, похлопывая друг друга по спинам.
— А як жжешь. Прыйму. Гарни хлопцы завсегда в моём углу сугрев знайдуть. Загоняйте свою таратайку и пошли до мэнэ новинами поделимся. — Петрович подал знак и исполняющие обязанности мотора парни толкнули ворота. Те ржаво скрипнули, освобождая проезд. Олег правильно понял происходящее и повернул ключ в замке зажигания. Машина покатилась в глубь территории, вслед за вошедшим Бером, Вячеславом и гостеприимным хозяином. Александр, проходя мимо охраны присмотрелся и определил для себя, что они не военные, по крайней мере давно. Повадки другие, больше похожи на сытых кладовщиков, чем на людей привыкших носить форму. С другой стороны в армии таких кадров тоже хватало. Немного поломав голову, решил выкинуть их из головы: — "Да какая разница кто они".
Идти пришлось недолго. Они миновали огромный вольер, на обтянутую сетку рабицу при виде чужих, бросились два огромных кавказца. Казалось вот-вот порвут хлипкое ограждения и тогда всё…. Конец.
— Это они Роман и Прохор? — задал вопрос Александр. — Не типичные клички для собак.
Петрович хмыкнул в свои заросли.
— А собачки сами по себе не типичные. Если бы вы бачили, як воны окаянных тварюг рвали на запчастыны. Любо дорого было глянуть. Красота. А назвал я их в честь сынков своих. Остались они там, на той стороне с матерью. Эхехех.
— Извините я не знал…
— Ты шо! Подумал, шо воны мэртвы? Та тьфу на тэбэ парубок [5], шоб язык твий видсох. Живы воны, я с женой да-авно в разводе. В Ростове-на-Дону они жили, колы бухнуло.
Бер сильно смутился и проклял себя за несдержанность.
— Да будет вам, — попытался разрядить обстановку Никифоров, — главное все живы и здоровы. На вот держи, специально для тебя приготовил, — Вячеслав вытащил из разгрузки плоскую флягу. — Настоящий пятизвездочный армянский коньяк.
— Оце добре, це по нашински. Уважил, так уважил, — Петрович взял флягу отвинтил крышку и сделал глоток. — Ох хорош. Ну лады, чего встали? Пошли.
Вслед за хозяином миновали не очень длинные склады с закрытыми дебаркадерами и подошли к одноэтажной конторе в конце двора. Всё это время уазик медленно ехал за ними.
— Проходьте, и гавриков своих кличьте, — Петрович сделал приглашающий жест в сторону открытого входа в здание, — оружие можно в машине оставить. У нас не крадуть, — и сам своим словам рассмеялся.
Сашка приглашающее махнул сидящим в машине Старицкому и Нику.
— Автоматы в салоне оставьте, — громко сказал он им. Когда ненавязчивое пожелание хозяина было выполнено, впятером прошли внутрь.
— Вы сидайтэ, где глаз полюбит, — предложил гостям Петрович, — я мигом стол накрою.
Пока все рассаживались Петрович выскользнул в смежную комнату, из которой сразу послышалась возня, звон посуды и его басистый голос напевающий:
Наконец хозяин появился. В обеих руках он нёс поднос, заставленный всякой снедью вокруг графина с прозрачной жидкостью. Петрович поставил на стол доставленное и снова скрылся, что бы тут же появиться с тарелками и рюмками. Он сноровисто разложил в посуду бутерброды с копченой колбасой и сыром, бутерброды с красной икрой. Разлил жидкость по рюмкам и поднял свою к бороде. Никто не выказал удивления, хотя очень хотелось.
— За встречу, — прокомментировал свой жест Петрович и опрокинул жидкость в рот, взял бутерброд и в два укуса отправил его вслед выпитому.
Когда гости сделали то же самое, Никифоров взял слово.
— Хорошо живёшь. Икра, холодная водочка. Неужто холодильники работают?
— Да какой там… — отмахнулся хозяин и разлил по новой. — Электричество тильки у генерала имеется, да в военном городке, на некоторых объектах. И всэ.
— Тогда откуда? — теперь по настоящему удивился Вячеслав. Остальные тоже уставились на Петровича, в ожидании ответа.
Тот загадочно улыбнулся:
— Так и быть скажу, — он выдержал театральную паузу и сказал. — Сухой лёд.
— Что сухой лёд? — Поначалу не понял Никифоров, но почти сразу сообразил. — А кто делает и как ты его хранишь?
— Тю. Так ребята Быстрицкого и робят. Это ж простой СО2 запрессованный. У Быстрицкого и установка, как полагается на триста атмосфер есть и епистричество всякое.
— Угу, — задумался Никифоров. — Понятно. А хранишь ты его как. Сухой лёд на воздухе испаряется.
— Я тебя не разумею майор. Где твий ум разведчика? А термоконтейнеры на что? — Петрович рассмеялся. — Эх ты, не узнаю я тэбэ.
— Твою мать, — осталось только выругаться, что Вячеслав и сделал. — Давайте выпьем, для прояснения в голове.
— Хорошо. Давно пора.
— Мне не наливайте. Я за рулём, — воспротивился Олег.
— Да ты шо, малый, — возмутился хозяин, — никак ГИБДД испугался? Так нету его. Те кому посчастливилось уцелеть или к генералу прибились, или у Дробыша дупу [6]лижут. Так што пей, никто лишнего глотать не заставит. Но эту выпей. За дружбу, та деловые сношения. — И не дожидаясь остальных махом проглотил содержимое стопки.
Спустя пять минут и очередной порции водки хозяин, по которому было видно, что он ни в одном глазу, сказал:
— А теперь хлопцы колитесь с чем пожаловали?
— Новостями поделиться…. - начал Вячеслав.
— И хотя бы парочкой военных радиостанций разжиться, — закончил Александр.
— Вон оно як. Што ж…. это можно. За сплетни вы армянским, считай, расплатились, вот за рации как будете?
— А что есть? — воспрянул духом Бер.
— Как не быть? У Петровича всё найдётся, на то я и Петрович, — он расхохотался.
— Что необходимо взамен? — Никифоров взял в руку бутерброд с икрой, а сам напряженно ждал ответа. Давно зная этого типа, Вячеслав морально готовился к нехилому подвоху. И дождался таки.
— Зазноба у меня была. Недавно узнал, шо жива и здорова моя Люба. Перед переносом к матери в Верхнюю Юзовку отправилась. Там сейчас и находится. Эти суки, эти гады ничтожные, в крепостные записали мою ненаглядную. Вытащите её, получите требуемое.
Никифоров чуть не подавился. Остальные тоже остолбенели.
— Ты понимаешь о чем просишь? Сколько мы должны людей потерять, чтобы твою Любу вытащить?
— Я же не за так, — обиделся Петрович, — я все разумею. К радио ещё двадцать ящиков патронов подкину и по ящику гранат ф-1 и вог-25.
Видно было, что клановцы задумались. Петрович, пройдоха, заметил это и сказал:
— Вижу покумекать вам трэба хлопцы. Пойду я проверю охламонов своих, а вы тут кушайте. Не стесняйтесь. — И вышел из конторы.
Глава тринадцатая
Когда за Петровичем захлопнулась дверь, клановцы задумались о возникшей ситуации, однако высказываться никто не спешил. Эдик и Старицкий просто ждали, что надумают отцы командиры. Их мнение имело значение, но не решающее. Слава молча дожевывал очередной бутерброд с икрой и искоса поглядывал на Сашку. Своё мнение он уже сформировал и просто ждал, к чему придет Бер.
Александр забыл об угощении и напряженно пытался сообразить, как поступить в сложившейся ситуации. С одной стороны цена предложенная Славиным знакомым, по нынешним временам достаточно высока, и даже можно попытаться уговорить накинуть пару ящиков но…. Но при неудачном проведении операции, а вероятность этого велика, ведь в клане нет никого кто имеет богатый опыт по освобождению людей, значит могут погибнуть или получить тяжкие ранения бойцы общины. После нападения гноллов клан итак испытывал кадровый голод и не дай Бог снова потери, то его дома вообще с дерьмом съедят.