Я уже был готов обратиться за помощью к трактирщику — вдруг он узнает дикарку по описанию! — когда заметил огненную шевелюру в дальнем углу. Не раздумывая ни секунды, я бросился вперед, полетел, как мотылек на огонь, и, споткнувшись об очередного пьянчугу, растянулся на полу. Кружка вылетела из рук и улетела куда-то под стол.
Придерживая чуть не слетевший с головы капюшон, я начал подниматься… и замер. Девушка в дальнем углу действительно была той, которую я столько времени искал. Без всякого сомнения, — это Ри! Выглядела полукровка сегодня великолепно, право, я забыл, насколько же она красива! Дикарка заливисто смеялась, что-то оживленно рассказывала собравшейся за столом компании и явно сейчас была очень счастлива. Но вовсе не это заставило меня замереть, а черноволосый мужчина, который весьма собственнически обнимал мою Ри. Возможно, иногда я веду себя как непроходимый идиот, но сейчас я не сомневался, что девушка нисколько не была против этих объятий.
Осторожно я начал пятиться назад. Повезло, на мое падение никто не обратил внимания, лишь тот лайэнец, об которого я споткнулся, удостоил меня пьяного ругательства, да везунчик, который сидел рядом с Ри, скользнул по мне взглядом.
Пока я пробирался между столами к двери на улицу, меня раздирали противоречивые чувства. Я был безмерно рад, что… Ри жива! Здорова! Счастлива! И в то же время испытывал невероятную злость, обиду, даже ненависть, потому что… Дикарка была с другим!!! Творец, на что я только надеялся, о чем думал? Как мне вообще могла прийти в голову мысль, что такая девушка, как Ри, хотя бы на минуту может остаться одна? Почему я решил, что у меня с получеловечкой может что-то получиться? Какая же все-таки ирония судьбы… Я ошибся, совсем как Миэна!
Вот наконец заветная дверь. Я вылетел на улицу, вдохнул морозный воздух и устало прислонился к стене трактиpa — ноги держали с трудом. В голове на холоде как-то разом прояснилось — да так, что я еле сдержал нервный смех.
С дикаркой, похоже, и правда все в порядке — это главное. А что касается моих глупых надежд, то я сам, до последнего, боялся себе в них признаваться. Почему? Да потому, что понимал — Ри вряд ли когда-нибудь на меня посмотрит иначе, чем на проклятого лоэл’ли, рабовладельца, принца. Хотя, возможно, со временем мы с дикаркой смогли бы стать друзьями, возможно, даже… Впрочем, что об этом мечтать? Если бы Ри увидела меня сегодня, сейчас, то, скорее всего, выдала бы меня людям, а может, даже собственноручно попыталась убить.
Ареин прав, я придурок, полный идиот! Определенно у меня на фоне увлеченности ора дэйш’ли случилось помутнение рассудка. Ведь как иначе ко мне могла прийти мысль телепортироваться в загон свиней, который исключительно по привычке продолжают величать городом?.. Но самобичеванием можно будет заняться и позже, а сейчас у меня есть более насущная проблема. Нужно найти убежище — место, где я смог бы затаиться на пару дней.
Только вот где мне отыскать укрытие посреди ночи в незнакомом городе, полном праздношатающегося люда? Аррито хэт, какой же я все-таки идиот…
ГЛАВА 17
Рийна Ноорваль
10-й день Карэль-лин 223 года от О. В.
Я весело рассмеялась и сделала большой глоток из кружки — эль в заведении подавали весьма неплохой, разумеется, в том случае, если хозяин наливал его из правильной бочки. Ха, попробовал бы только этот старый хрыч угостить меня или Джареда не тем элем!
Компания за нашим столом собралась расчудесная: пара лихих наемных охранников, владелец небольшой оружейной лавки с помощником, бездельник, он же по совместительству племянник трактирщика, и, как ни странно, травник-полугном. Ребята все были неплохие, уже не раз мне с ними приходилось пересекаться в общем зале — здесь они были завсегдатаями. И, как мы с Джаредом подозревали, минимум двое из них работали на княгиню вэров.
Наемники наперебой травили скабрезные анекдоты, оружейник с помощником рассказывали многочисленные забавные истории из своей жизни. Травник практически без остановки вещал о красотах местной природы, повадках животных, тайнах, которые скрывают горы. Племянник трактирщика время от времени запевал какую-нибудь веселую песенку, которую тут же дружно подхватывали оставшиеся пятеро собутыльников. Общее у этой шестерки было одно — говорили они много и при этом всеми возможными способами пытались вызвать нас с Джаредом на откровенность. Притом моя персона их интересовала ничуть не меньше, а иногда казалось, даже больше. Еще бы! Ведь до сих пор никто, кроме Джареда, не знал, как именно я оказалась в городе. По ряду причин рассказывать свою невероятную историю еще кому-либо я не собиралась.
Я смеялась, пила, веселилась, но к разговору за столом прислушивалась лишь краем уха, да и к пьяному безумию, что творилось в трактире, не особенно присматривалась — мои мысли были далеко… Уже не раз я успела пожалеть, что уговорила Джареда пойти на праздник.
Меня очень интересовало, что же представляет собой Ночь Великого Прародителя — праздник, который отмечали на третью ночь после того, как озеро Лайя покроется льдом. Это единственная ночь в году, когда люди и нелюди могли разгуливать по городу и нисколько не опасаться за свою жизнь. Наоборот, сейчас лайэнцам настоятельно не рекомендовалась сидеть дома — сегодня нужно было плясать и веселиться, петь песни и пить вино, благо, что и культурную программу, и дармовую еду с выпивкой вампиры организуют. А ежели кто-то без видимых причин проведет эту ночь у себя дома, то могут и в неуважении к хозяевам города обвинить. В Лайэне такое обвинение может иметь далеко идущие и отнюдь не приятные последствия… При этом на празднество допускались не все лайэнцы, а лишь те, кому уже исполнилось пятнадцать лет. Так что Сажа на эту ночь был заперт у себя в комнате. Бедняга даже не представлял, насколько ему повезло!
Празднество началось чинно и благородно с костюмированного шествия и торжественных речей. Чуть ли не все лайэнцы высыпали на улицы, расселись вокруг столов. По всему городу горели костры, во множестве стояли разукрашенные и пока пустующие шатры… Первый час ничего особенного не происходило — люди набивали себе желудки и много пили. Поначалу я не могла понять, почему Джаред так мрачен и напряжен, почему он и сам не пьет вино, и запрещает мне, почему обходит вниманием мясо и румяную выпечку, а подкладывает мне в тарелку лишь легкие закуски. И зачем наконец установили столько шатров?!
Я не заметила, как изменилась атмосфера на улице, как горожане стали вести себя распущенней и раскрепощенней. А потом из переулка вышли музыканты, и тут же грянула музыка. Неистовая, чувственная, будоражащая… И лайэнцы утратили всякий стыд — пир превратился в распутную оргию.
Сосед слева повернулся ко мне, пьяно подмигнул и весьма недвусмысленно положил руку на мое бедро. Не знаю почему, но от такой наглости я вдруг растерялась.
Джаред собственнически обхватил меня за талию и стряхнул с бедра шаловливую конечность лайэнца.
— Извини, мужик, но девушка занята.
Горожанин ничуть не расстроился и тут же перенес свое внимание на другую соседку — неопрятную тучную тетку лет сорока. Только сейчас я заметила, что мужчины и женщины, за редким исключением, сидели за столами через одного.
— Думаю, нам с тобой на этом празднике жизни делать нечего. Прогуляемся? — тихо спросил полувампир.
Я кивнула и выбралась из-за стола. Чтобы тут же оказаться в объятиях Джареда. Попыталась скинуть руку бывшего контрабандиста. Не тут-то было, Капитан прижал меня к себе еще сильнее.
— Придется потерпеть, если не хочешь объяснять каждому встречному лайэнцу, что вовсе не желаешь уединиться с ним в шатре или ближайшей подворотне. Впрочем… — Джаред резко отпустил меня.
— Ты прав, не желаю. — Я поймала руку мужчины и положила себе на талию.
— Так-то лучше, — усмехнулся полувампир.
Не то чтобы мне прикосновения Джареда были неприятны, скорее наоборот. Но я не любила выставлять отношения на публику, ценила собственную свободу.