Сама по себе Миэна была весьма посредственной магичкой. Если каких успехов эта лоэл’лина и достигла, то разве что в целительстве. Другие разделы магии супругу не интересовали. Но защита на девушке стояла весьма неплохая, за авторством моего дяди. Только после пяти бессонных ночей, которые я убил на изучение окутывающих жену защитных плетений, я был уверен, что смогу усыпить Миэну так, что ни одна ниточка силы тревожно не зазвенит.
К телепортационному артефакту, который эльфийка никогда не снимала, я тоже внимательно приглядывался. К счастью, на амулете я не обнаружил ни меток, ни маячков.
И вот настал долгожданный день, точнее — ночь. Сегодня, по недавно заведенной традиции, я ужинал у супруги. За столом эльфийка беспрестанно болтала, рассказывала последние сплетни, новости. Я же, как обычно, был молчалив, лишь изредка огрызался, бросал какие-то ничего не значащие фразы. Щебетание жены я большей частью пропускал мимо ушей, а сам тем временем осторожно распутывал защитный кокон Миэны. С работой я управился в срок: когда пришло время встать из-за стола и переместиться в спальню, в защите эльфийки красовалась довольно-таки внушительная брешь. Можно было ударить прямо сейчас, но я решил не рисковать, подождать более удобного момента…
Уставшая, но очень довольная, Миэна откинулась на подушки. Затем передумала, подползла ко мне ящеркой. Собственнически закинула на меня ногу, положила голову на грудь.
— Знаешь, подружки мне завидуют, — сонно пробормотала девушка.
Я уже приготовился обратить на жену сонное плетение, но передумал.
— Почему?
— Ну, как же, ты ведь т’раэн. — По голосу чувствовалось, что Миэна улыбается. — Так что и я теперь стала т’раэни.
— Ты и раньше принадлежала к королевской семье.
— Да, но… понимаешь, — Миэна подняла голову и посмотрела на меня лучистыми изумрудными глазами, — все считали, что наш брак сугубо династический, что он не принесет мне счастья. Но сейчас я знаю, что они ошибались, что между нами возможно нечто большее…
Не медля больше, я накинул на супругу сонное плетение. На долю секунды в глазах супруги мелькнуло удивление, а потом веки опустились, и голова эльфийки упала мне на грудь. Я осторожно выбрался из-под девушки, снял с шеи Миэны телепортационный артефакт. И когда укутывал спящую лоэл’лину теплым пледом, я, не удержавшись, прошептал:
— Это ты ошиблась. Между нами никогда не было и не будет ничего большего.
Я усыпил двух рабынь Миэны, затем вернулся в свои апартаменты и отправил в сонное царство своего единственного слугу… Готово! Время за полночь, все возможные свидетели нейтрализованы, так что мое исчезновение не обнаружат до утра или, что более вероятно, до полудня.
Быстро переоделся, рассовал по потайным карманам драгоценности, прикрепил к поясу ножны с латарой и кинжалом. Надел плащ… И пусть покрой плаща, как и прежде, был эльфийским, но зато глубокий капюшон надежно скрывал мои волосы, острые уши и бросал тень на нижнюю половину лица, а длинные рукава плаща прятали нечеловечески узкие кисти рук… Я закинул за спину небольшой дорожный мешок, в котором кроме фляги с водой и одеяла лежали кое-какие мелочи.
Сжал в руке Амулет Иракэны и мысленно потянулся к маячку, навешенному на с’кааши Ри. Так, координаты есть. Затем сбил точку выхода на пару десятков элай. Совершать недавнюю ошибку и открывать портал далеко от цели я не собирался, свалиться прямо на голову Ри мне тоже не хотелось — неизвестно, как девушка отреагирует на мое появление. Я планировал оказаться от цели всего в паре минут ходьбы. Остается надеяться, что мое появление посреди Лайэна — а координаты указывали на то, что новый хозяин с’каашей уже давно добрался до города, — пройдет незамеченным. В конце концов, в долине озера Лайа сейчас глубокая ночь.
Я резко выдохнул и активировал телепорт. В тот же миг пол ушел из-под ног, меня накрыло странное ощущение невесомости, внутренности скрутило в тугой комок, к горлу подступила тошнота… А потом все закончилось. Я почувствовал под ногами твердь, невольно пошатнулся, сделал шаг назад… и облокотился на… Кажется, это была стена дома. Порыв ветра швырнул в лицо ворох колючих снежинок, и это окончательно привело меня в чувство. Зябко передернул плечами: как же здесь холодно!
Медленно, осторожно я осматривался. Телепорт выбросил меня в какой-то подворотне. Под ногами старая, щербатая брусчатка. Стены каменных трехэтажных домов образуют узкий коридор. Похоже, для местных жителей данная подворотня служит чем-то вроде общественного туалета, во всяком случае, запашок здесь стоит характерный. Я раздраженно поморщился. В который раз убеждаюсь, что свиньи и то более чистоплотные животные, чем люди… И тут же одернул себя — нечего гневить Творца! Из портала я вышел удачно, кажется, мое появление никто не заметил. А вот если бы точка выхода оказалась на несколько элай севернее, то я бы появился на освещенной, полной праздношатающегося народа улице. И чего это людям не спится в столь поздний час? Слишком много народа для трех часов ночи!
Я проверил прикрепленный к с’каашам маячок — да, все правильно, цель совсем близко. Затем проанализировал собственное состояние. Как я и думал, магия мне сейчас недоступна, максимум смогу активизировать какой-нибудь слабенький артефакт. С физическими силами тоже плоховато. На меня волнами накатывала усталость, слабость, хотелось сползти вниз по стене и свернуться в клубок прямо в снежном сугробе… Встряхнул головой, прогоняя сонливость, затем активизировал артефакт с крохами силы — сразу полегчало. Слабость, конечно, никуда не делась, но теперь я хотя бы не боялся, что в самый неподходящий момент лишусь сознания… Артефакт дал мне лишь небольшую отсрочку — пару часов, может, чуть больше, а потом силы окончательно покинут меня. Так что нужно за оставшееся время найти Ри.
Чуть пошатываясь, я направился к выходу из подворотни. Кто бы знал, как тяжело давался каждый шаг, как хотелось опереться на стену, но я не мог себе этого позволить. Люди — они как шакалы, если заметят хотя бы малейшую слабость, то разорвут меня на куски.
Перед выходом на улицу я чуть было не споткнулся о тело какого-то пьянчуги. Или это был уже хладный труп? Не знаю.
Я ненадолго замер, пораженно рассматривая улицу. Похоже, этой ночью в городе был какой-то праздник. Странно, я немало читал про Лайэн, но о подобном ночном гулянии в книгах ни слова не было.
На улицах было установлено множество ярко раскрашенных шатров. Через каждую пару десятков элай горели костры, стояли столы с каким-то объедками, валялись бочонки с вином. Часть людей вповалку дремали на широких деревянных скамьях, устланных шкурами (кажется, местных жителей нисколько не беспокоили ни мороз, ни легкая метель), другие, пошатываясь, бродили по улице, третьи продолжали жадно набивать желудок выпивкой и едой, судя по всему, шатры тоже не пустовали… Разумеется, все это действо происходило отнюдь не в тишине. Одни пьяницы горланили похабные песни, другие переругивались, третьи оглушительно храпели. Музыканты, собравшиеся на ближайшем перекрестке, наяривали на плохо настроенных инструментах. Там же собралась наиболее трезвая часть жителей, которая вроде как пыталась танцевать. Под ногами у людей крутились многочисленные кошки, собаки, крысы, птицы — у них тоже сегодня был праздник…
Некоторые лайэнцы прямо на улице предавались распутству с раскрасневшимися от выпивки и легкого мороза существами женского пола — обозвать этих человечек иначе у меня язык не поворачивался. Большинство этих женщин были отнюдь не молоды и дурны собой.
Вдруг, слева от себя, я заметил какое-то движение. Тощий оборванный мальчишка склонился над одним из спящих горожан. Через несколько секунд человеческий детеныш выпрямился, испуганно оглядываясь и что-то старательно пряча за пазуху. Его взгляд скользнул по мне, мальчишка напрягся, замер на пару секунд, будто раздумывая — избавиться от добычи или нет. Наконец решение было принято, воришка развернулся и быстро зашагал по улице, с самым непринужденным видом насвистывая какой-то фривольный мотивчик… Но далеко человечек не ушел. Из соседней подворотни к нему метнулась черная тень и утащила тонко взвизгнувшего мальчишку.