Беглый осмотр деревни и окрестностей занял минут двадцать. И, если верить следам, кроме отряда орков, здесь уже дня три никого не было.
Недобитка я нашел. Удивительно, но орк не только был еще жив, но и даже пытался куда-то ползти. Неужели надеялся добраться до своих? И не значит ли это, что где-то поблизости может быть еще один отряд зеленомордых или даже целая база?.. Орка я добивать не стал, решил, что он пригодится мне для разговора с другим пленником.
Вернулся к Саже, сгрузил стонущего, изрыгающего проклятия недобитка наземь.
Пока я прогуливался, пленник, которого сторожил мальчишка, окончательно пришел в себя.
Это был типичный орк из касты воинов (к слову, всего каст девять, и воинская занимает второе место после касты жрецов и шаманов). Совсем еще молодой, вряд ли больше двадцати пяти лет. Но в бою уже отличился не раз, о чем свидетельствуют десятки ритуальных шрамов на плечах и предплечьях орка. Не удивлюсь, если окажется, что мой пленник был главным в тройке, а то даже и во всей шестерке зеленомордых… Внешность тоже более чем обыкновенная: рост метра полтора, плечи широкие, чуть сгорбленная спина. Руки длинные, до колен, шестипалые. На лицо красавец: тяжелый, выступающий вперед подбородок, из-под нижней губы торчат небольшие желтоватые клыки, нос приплюснутый, глаза маленькие, черные, глубоко и близко посаженные, лоб низкий. Ни ресниц, ни бровей, ни какого-либо намека на бороду или усы, только длинный смоляной хвост на затылке. Кожа бледная, с ярко выраженным оливковым оттенком.
Воины орков не носят доспехов, их им вполне заменяет одежда из кожи ящеров. Вот и на моем пленнике были мокасины, штаны и безрукавка.
Я вынул изо рта пленника кляп.
— Ну, поговорим? — спросил я по-ургски.
В ответ воин выругался и зарычал.
— Это ты зря, — миролюбиво улыбнулся я, так чтобы зеленомордый мог оценить длину моих клыков. — Я ведь по-хорошему поговорить с тобой хотел.
Орки не боятся смерти, они верят в перерождение души. У представителей этой расы высокий болевой порог, они вообще чрезвычайно упертые создания, так что даже виртуозу пыточных дел разговорить орка нелегко.
К счастью, я знаю, как сделать так, чтобы пленник сам захотел мне все рассказать.
— Сажа, лучше не смотри, — предупредил я мальчишку, а затем поднял недобитка с земли. Встал так, чтобы связанному пленнику был прекрасно виден не только я, но и раненый орк. Вгрызся недобитку в шею…
Всего пара глотков, больше нельзя!
…Отшвырнул тело мертвого зеленомордого прочь.
— Ну, орк, теперь ты будешь говорить? — спросил я у пленника, вытирая текущую по подбородку кровь. — Или ты хочешь, чтобы я выпил и твою душу?
Зеленомордые панически боятся вэров. И все почему? Они верят, что тот, кого укусил вампир, уже никогда не сможет переродиться… Так оно на самом деле или нет, я не знаю. Я вообще во все эти перерождения не верю.
— Ты! Кровосос! Как ты смеешь так называть меня!!! Я принадлежу к могучему племени ургов! — За яростью орк пытался скрыть страх.
— Хорошо, — покладисто согласился я, — орком я тебя больше называть не буду. Но, видишь ли, у меня проблемы. Есть ряд вопросов, на которые мне позарез нужны ответы. И есть голод, который мне все труднее сдерживать. А у тебя в жилах течет такая вкусная, сладкая кровь. — Я наклонился к ургу и плотоядно облизнулся.
Пленник дернулся и от страха еще больше позеленел.
— Если расскажу… Если отвечу… Ты не убьешь меня?
— Почему, — усмехнулся я, — убью. Ты в любом случае сегодня умрешь. А вот как, решать тебе.
— Если отвечу, обещаешь, что не попробуешь ни капли моей крови?
— Ответишь на все мои вопросы, тогда обещаю.
На лице пленника отразилась целая гамма эмоций: упрямство, страх, ярость, неуверенность…
— Ты кровосос! Лживая тварь! Тебе нет веры!
— Кажется, мы договорились обойтись без взаимных оскорблений. Верить или нет, решать тебе.
С минуту орк раздумывал, а потом сквозь зубы вздохнул. Сдался.
— Хорошо, что ты хочешь узнать?
Я сбросил с лица снисходительную усмешку.
— Для начала, есть ли поблизости другие отряды твоих соплеменников.
— Зачем тебе?! — прорычал ург. — Я не предатель!
— А я не собираюсь их убивать. Наоборот, хочу избежать с ними встречи. Ну, отвечай. Или передумал? — Я демонстративно понюхал шею орка.
— Нет тут никого, — быстро заговорил орк. — Нас послали разведать брошенную деревню.
— В другие деревни тоже отряды послали?
— Да. В округе и дальше к горам. У реки никого из наших еще нет, но на эльфов и их рабов натолкнуться можно.
А нам с Сажей как раз надо к горам…
— Что вы должны были делать в деревушках?
— Разведать, закрепиться, ждать, пока подойдут основные силы.
— Основные силы?.. Что вообще вы, урги, делаете так далеко на юге?
Пленник ощерился в злой усмешке.
— Забираем принадлежащее нам по праву. Все эти земли уже наши, а скоро мы перейдем Велайю и вырежем всех эльфов подчистую. Или нет! Лучше! Сделаем высокомерных ублюдков своими рабами!
Ну, это вопрос спорный. Эти территории никогда не принадлежали оркам. Если уж говорить о правах, то эти земли испокон веков были людскими. Да и эльфов я бы слабыми противниками не назвал.
— Значит, война?
— Да…
Я задал пленнику еще множество вопросов. Выяснил, где располагаются ближайшие поселки дэйш’ли и что меня может ждать в предгорьях.
Узнал кое-что и о самой так внезапно начавшейся войне. Оказалось, что у орков был какой-то таинственный союзник. Я долго пытал пленника на предмет, кто же это такой, но внятного ответа так и не добился. Похоже, ург и сам этого не знал. Ясно одно: Ургостан в союз ни с гномами, ни с троллями не вступал… Но кто же тогда? Какая еще сила могла вмешаться в противоборство эльфов и орков, да так, что преимущество впервые за двести лет оказалось на стороне зеленомордых? Да так, что эльфы испугались и побежали?..
Сажа все это время сидел рядом и внимательно вслушивался в мою беседу с орком. Ургский язык мальчишка знал плоховато, но вполне достаточно, чтобы понимать, о чем шла речь.
Ну а когда у меня закончились вопросы, а у орка ответы, я сдержал обещание.
— А обязательно пленника было убивать? — тихо спросил Эрих.
Я окинул воспитанника задумчивым взглядом… Мальчишка бледный, лоб покрыт испариной, зрачки расширены. У ребенка шок. Слишком много крови и смертей даже для того, кто долгое время жил в Старом городе. Но держится малец хорошо, и, кажется, моя природа его совсем не пугает.
— Обязательно, малыш. Скоро тела орков и ящеров найдут, и тогда на нас с тобой объявят охоту. Урги всегда жестоко мстят за своих соплеменников. Так что оставлять свидетеля было бы неблагоразумно. Не с собой же нам его тащить, в конце концов?
— Да, вы правы, конечно, — вздохнул Сажа. — Думаете, все то, что он сказал, правда?
— Скорее всего. Урги — плохие лжецы. Во всяком случае, те, кто принадлежат к касте воинов.
— Ясно… Джаред, а почему пленник так завелся, когда вы назвали его орком? Нет, я знаю, что урги очень не любят, когда их орками называют. Но почему?
Не думаю, что Сажу сейчас очень интересовал этот вопрос. Скорее, он хотел отвлечься, перестать думать о бойне, которую я тут учинил.
— Это старая история. Очень старая. — Я посмотрел на солнце, не было у меня сейчас времени Саже байки травить. — Я расскажу тебе ее. Позже. У нас сейчас работы много, а времени совсем нет.
Первым делом я усадил Сажу на крыше казармы тэлиаков, откуда прекрасно просматривалась не только деревня, но и подступы к ней. Оставил воспитаннику три заряженных арбалета, найденных здесь же. (Эрих стреляет вполне сносно, но самому ему натянуть тетиву арбалета, предназначенного для дэйш’ли, силенок не хватит.) И наказал бдеть, если что — свистеть, ну если совсем припечет — стрелять.
Затем я во все той же казарме разжился чистой одеждой. Из старой оставил только плащ. Ничего, кровь потом отстираю, прорехи зашью, не впервой. Мой плащ относился к разряду вещей незаменимых: удобный покрой, глубокий капюшон, ткань прочная и, главное, уменьшающая негативное воздействие на организм вэра солнечных лучей.