Преподнесенный Купером материал потряс Ананьева. Испытав немалые психические нагрузки в связи со всеми переживаниями, которые он получил за последние двое суток, потрясение от идей Джона, окончательно расшатало ему нервы. Если б он смотрел художественный фильм на подобный сюжет, то, может, даже посмеялся бы над какими-то моментами, но эта съемка была документальной, отражающей логичную мысль ПРОФИ.
После часового просмотра видеоматериала и содержательной беседы с Купером, у Ананьева начался нервный тик. Он был потрясен материалами конференции. Но окончательно его сразили слова Купера:
— Мы снаряжаем экспедицию, чтобы отправиться на череповецкие болота. Существуют данные, что там есть, невиданный по силе источник паранормальной активности, способный управлять другими паранормальными явлениями. Мы хотим, во что бы то ни стало, его исследовать, так как искали именно властвующую аномалию. Господство этой аномалии над остальными феноменами того же рода — основной критерий выбора ее в качестве объекта исследования.
Веко так и задергалось, когда Ананьев, понял, что его ожидает. Тем не менее, работа и цель Купера имели свою изюмину. Они пробуждали исследовательский дух. Еще ни одному человеку не удавалось доказать существование загробного мира. Американец был близок к этому. А уж если ему удастся добыть это доказательство, станет не трудно найти проход в другой мир…
Где-то глубоко ночью, они вышли из машины на трассе Е-95 по малой нужде. Американцы оказались в кустах проворнее, а Ананьев замешкался. Тут у него прошел первый холодок по спине. Сначала лишь как неприятное ощущение нависающей угрозы, холодок постепенно, но очень быстро, разрастался, питаемый тем, что Ананьеву удавалось уловить в ночи. Прежде всего — его окружала тьма. Непроглядная, шелестящая миллионами листьев придорожного леса. Запах озона и травы усилился. А потом, где-то вдалеке, там, во тьме, раздался звук: гулкий, низкий. Может, это заскрипели могучие ветви какого-то дерева, а может и нет… Ананьев даже не хотел знать, что или кто издал этот звук, он поспешно закончил свое дело, обрызгав себе туфли, трясущимися пальцами застегнул ширинку и побежал назад к машине. Больше всего он сейчас желал, чтобы у служебной «Волги» не перегорели лампы в фарах, и не сломался генератор, иначе тьма поглотит их!
В машине Ананьев съежился, вдавившись в кресло, и так проделал оставшуюся часть пути, впав в полузабвение-полусон. Во время этого сна ему снились кошмары. Кошмары строились вокруг последней книги Купера. Вообще, тот выпустил три книги: «Экстрасенсорика», «Шаг на ту сторону» и «Психодиагностика духов». Если первые две Ананьев читал в рукописи, присланной американцем на его E-mail по электронной почте, то третью книгу он купил сам, неожиданно обнаружив ее в книжном магазине и переведенную на русский язык. Обложка книги имела устрашающее оформление.
В пригрезившимся ему сейчас кошмаре персонаж оформления ожил: из непроглядной тьмы, под стрекот цикад, на Ананьева выплывала женщина с чешуйчатой кожей и глазами змеи. Ее рот ухмылялся рядом острых, иглоподобных зубов. В остальном, ее можно было посчитать красивой: правильные черты лица, тонкий стан, высокая грудь. Но приближалась она не на ногах, а на четырех щупальцах, отвратительно чвакающих о землю.
Потом она протянула к Ананьеву руку, — бескровную, с обломанными ногтями…
Ананьев проснулся. Машина ехала по Невскому проспекту, из магнитолы весело играла музыка, а солнце щедро поливало своими лучами здания, шоссе, машины, пешеходов и все, что было вокруг — мир, в котором, казалось бы, нет места тому, что могло издавать те звуки в лесу, являться тебе в кошмарах и питаться твоим страхом.
Да, тех звуков тут, сейчас, точно не было, зато с переднего пассажирского сиденья раздавались звуки иного рода: усердное и мощное храпенье, — это спал человек, которого Джон представил ему как некоего Рэя.
По прибытии в Питер, Ананьев отпросился домой. Он проспал весь день, всю ночь и часть утра, опоздав в университет. Только после этого ему показалось, что усталость, хоть на время, но ушла.
Глубокий сон пошел на пользу: даже кошмары и страхи прошлой ночи ушли куда-то и казались теперь далекими-предалекими, полностью утерявшими свою силу.
Вскоре в его кабинете зазвонил телефон. Звонил Купер. Оказывается, американцы отдыхали не так долго, как он, и уже успели поработать.
Прежде всего, они приобрели необходимый транспорт. Продавцы-консультанты из салона, узнавшие, в каких целях станут использоваться машины, посоветовали им взять российские автомобили, т. к., по их мнению, в отличие от приглянувшихся Куперу Ленд-Роверов, эти штуки, случись чего, можно будет починить в любой сельской кузнице.
Самого же Ананьева Купер просил собрать походную амуницию и обязательно купить два скорострельных ружья или винчестера с боеприпасами, — так, на всякий случай.
Еще, Джон добавлял, что неплохо было бы начать подыскивать команду, то есть обслуживающий персонал, и дал точные инструкции, кто именно необходим для работы и сколько этим людям заплатят.
Ананьев и сам понимал, что нужно искать людей.
Надежда на Виктора оставалась в нем до последней страницы записной книжки.
Так и не найдя телефон парня, Борис Михайлович с досадой встал из-за стола и вышел из кабинета. В коридоре, боковым зрением, он заметил одинокую фигуру, спешащую явно к нему.
«Кто бы это мог быть?» — подумал Ананьев.
Но, когда он повернулся лицом к человеку, то не поверил своим глазам.
— Виктор! — воскликнул Ананьев, — Что ты тут делаешь?
— Здравствуйте, Борис Михайлович, — улыбнулся Виктор.
— Здравствуй, здравствуй!
— Я приехал из Череповца, в аккурат под утро, пришел к университету, когда он открывается, и надеялся застать вас тут, чтобы проконсультироваться по поводу дипломной работы. Мне сказали, что вас пока нет, и я решил зайти позже.
— Ах, дипломная работа, да…, пойдем немного прогуляемся по аллейке.
Они пошли по коридору, спустились на первый этаж, вышли на улицу и, углубившись в парк, окружающий здание университета, присели на скамеечку. В это время Виктор рассказывал Ананьеву то, что он изменил в своей дипломной работе с момента последней консультации, какие у него возникли сомнения и реальные нестыковки, что кажется ему ошибкой, а в истинности чего он убежден.
Ананьев слушал его, кивал, соглашался и кое-что объяснял, а потом, совершенно неожиданно для Виктора, выложил ему:
— Послушай Виктор, тут надо кое-что сделать для одного человека. Как только мне сказали об этой работе, я сразу вспомнил о тебе. Если интересно, давай поговорим о том, сможем мы организовать все необходимое или нет.
— Что организовать? — спросил Виктор.
— К нам в университет приехал американский ученый, Джон Купер. Он хочет произвести кое-какие исследования на болотах около Череповца…
Ананьев кратко посвятил Виктора в суть предстоящего путешествия, чем очень удивил парня (здесь станешь удивленным, ведь не каждый день тебе предлагают участвовать в таком деле).
— Исследования продлятся сентябрь, октябрь и, возможно, часть ноября, — пока погода не сделает это место вовсе недоступным, — закончил Борис Михайлович.
— На болотах…, — отметил Виктор.
— Да, и нам нужно подобрать обслуживающий персонал, а так же экипировку для предстоящей экспедиции. Ну, экипировку мы с Валерой сегодня — завтра, даст бог, купим, — Ананьев махнул рукой в направлении служебной «Волги» Цукермана, стоявшей возле входа в университет и от которой им сейчас был виден только багажник, все остальное скрывали кусты и деревья парка, — А вот людей лучше собрать на месте, в Череповце. Безработных, естественно, и срочно. Сможешь сделать такое, как думаешь?
— А кто требуется?
— Прежде всего, два водителя, — Ананьев загнул указательный палец.
— Могу я и Алексей. Если у меня категория «ВС», то он водитель первого класса, — мой сосед.