Изменить стиль страницы

— Да уж, это точно.

— Так вы знакомы с ним? Ну конечно! Наверное, мой сын и есть ваш невыносимый клиент?

Кэйла виновато кивнула.

— Боюсь, что да.

— Не расстраивайтесь. Слышали бы вы, что я о нем иногда говорю. Я тщетно пыталась помочь Джеку, когда он сломал ногу. Даже я, его мать, не смогла с ним справиться. Он обозвал меня наседкой. Выходит, вы и есть тот сюрприз, о котором говорил мой брат Ральф?

— Да. Я слышала, что Ральф частенько подкидывает Джеку сюрпризы. — Кэйла покраснела при мысли о том, что Коки могло быть известно об экзотической танцовщице, его подарке племяннику на день рождения.

Коки О'Мелли наверняка знала, потому что усмехнулась.

— Ральф на самом деле глубоко уважает Джека. То же самое могу сказать и про себя, я его люблю всей душой. Он отважный, преданный и заботливый. Джеку нравится помогать людям, он очень отзывчив. Хотя все это не уменьшает некоторых недостатков его характера.

— По-моему, ваш сын весьма популярен у женщин.

Коки кивнула.

— Так было с тех пор, как Джек начал учиться в старших классах. Девушки липнут к нему, как мухи к меду. А он, соответственно, забавляется с ними. Я даже не знаю, когда это ему приестся. Хотя уверена, что когда-нибудь он станет хорошим мужем.

— Надо же, какое совпадение: вы мать Джека и управляющая Центром, который посещает Эшли!

— Мир тесен.

— А вы знаете, как сладить с упрямством Джека? — поинтересовалась Кэйла.

— Боюсь, что нет. Но радует то, что рано или поздно Джек доходит до всего своим умом. И его категорически нельзя подгонять. А как вы нашли его самочувствие?

— На восемь, если по десятибалльной шкале.

— А его квартира? — спросила Коки и, увидев замешательство Кэйлы, добавила: — Не стесняйтесь. Поверьте, не было ничего ужаснее комнаты Джека, когда он был подростком. Но я всегда поражалась тому, что он всегда мог найти нужную вещь. И при таком беспорядке в комнате, неряхой Джек никогда не был. К тому же я учила его готовить. Вам нужно обязательно попробовать его коронное блюдо — тушеную баранину с картофелем и луком.

— Я даже не знаю, что вам сказать…

— Чем же все-таки он вас сегодня огорчил?

Кэйла, конечно, не стала рассказывать о поцелуе, а сосредоточилась на других происшествиях.

— Я наняла для квартиры Джека уборочную бригаду, но он отказался впустить их. Потом меня оштрафовали за длительную парковку у его дома, когда я завезла ему его проклятый эль.

— Это вина моего мужа, он пристрастил Джека к этому сорту пива.

— Мама, мамочка! — завопила Эшли, появившись на пороге офиса. — Я здесь! Посмотри на мой рисунок!

— Давай-ка его сюда, — сказала Кэйла, обнимая дочку.

— Смотри, это чудовище. Как тот дядя с палками. Он сломал бедные деревья и теперь протыкает ими стены.

— Это были не деревья, а костыли, а дядя сломал ногу, поэтому ходит с ними. С дядей Джеком произошел несчастный случай.

— А-а-а, так же, когда я проливаю молоко?

— Что-то типа этого.

— Мне он не понравился. И Хагс его не любит. — Девочка показала на медведя.

— Так, значит, Джек и есть то самое чудовище, о котором лепетала Эшли последние два дня?

— Понимаете, случилось небольшое недоразумение, когда мы первый раз приехали к нему, — пробормотала Кэйла. — Но это уже позади.

— Джек никогда не ладил с детьми, — с сожалением произнесла Коки. — Он и сюда не заезжает, пока всех ребятишек не заберут. Не знаю, почему он сторонится малышей: может быть, они напоминают ему о тех временах, когда он сам был неблагополучным ребенком.

— Кушать, мам, — заныла Эшли. — Хагс тоже проголодался. Он хочет на обед шоколад.

— Хагс будет есть то же самое, что и мы. А на обед у нас спагетти.

— Тогда я буду есть голой, — заявила Эшли.

— Она не в ладах с соусом для спагетти, — пояснила Кэйла удивленной Коки.

Позже вечером, когда Кэйла уложила Эшли спать и сама собиралась уже лечь в постель, она наткнулась на листок бумаги со списком поручений, который ей дал Джек.

Она провела пальцем по отчетливым строчкам, и тут же в ее сознании всплыли слова Джека перед их расставанием. Но ведь ты вернешься? Не откажешься от этой работы? Ты не похожа на тех, кто легко сдается.

В любом случае нельзя бросить Джека одного, неважно, удовлетворяет она его требованиям или нет.

Удовлетворяет… На ум ей сразу пришло другое. Поцелуй Джека. Неповторимое ощущение его близости. Ощущение, подобное огненному танцу. Кэйла никогда его прежде не испытывала, хотя и была замужем несколько лет.

Но в любом случае она не намерена заводить с Джеком романтическую интрижку. То, что произошло между ними, всего лишь случайность. А теперь у нее хватит сил, чтобы противостоять соблазну. Нельзя отказываться от столь выгодного контракта только из-за разыгравшихся гормонов.

Она останется на этой работе и докажет себе и Джеку, что сможет контролировать ситуацию.

Кэйла протянула руку к телефону, собираясь позвонить Джеку, и в этот момент раздался звонок.

— Кэйла, это Брюс.

Звук его голоса вызвал болезненные спазмы в желудке. Брюс звонил только тогда, когда ему было что-то нужно.

— Я просто хотел еще раз тебе напомнить, что не смогу взять Эшли в эти выходные, потому что уезжаю на медицинскую конференцию в Орландо.

— Я впервые об этом слышу.

— Да ладно, я тебе говорил, что буду занят на прошлой неделе.

Он лгал, но Кэйла не собиралась вступать с ним в перепалку. Она знала, что Брюс наслаждался спорами с ней, и не желала доставлять ему такое удовольствие.

— Это уже второй раз за месяц, когда ты отказываешься от своих прав на встречи с ребенком, — напомнила Кэйла.

— Только из-за твоей вечной неуступчивости я не могу видеть Эшли в другие дни недели. — Надменный голос Брюса действовал Кэйле на нервы.

— Решением суда ты имеешь право видеть ребенка по выходным.

— Если до тебя по-хорошему не доходит, я могу обратиться в суд…

Брюс и раньше угрожал ей, но теперь, когда он женился на Тане Уэлдон и имел за спиной ее богатую семью из Оук-Брука, Кэйла стала бояться этих угроз.

— Я уже говорил тебе, что семья Тани очень любит Эшли, — продолжал Брюс. — А так как мы узнали, что Таня не может иметь своих детей…

У нее нет никаких прав на мою дочь!Эшли не вещь, которую богатенькая жена Брюса может себе купить, словно «мерседес».

— Подумай об этом, — заявил Брюс, вешая трубку.

Телефон вновь зазвонил. Все еще ошеломленная, Кэйла ответила, содрогаясь от нервной дрожи:

— А-а-алло? — Женщина проклинала свое нервное заикание.

— Кэйла? У тебя странный голос. Что случилось? — спросил Джек. — С тобой все в порядке? Эй, что такое?

— Откуда у тебя мой номер телефона?

— Из телефонной книги. Так что с тобой?

— Это тебе неинтересно.

— Мне что, приехать и добиться от тебя ответа? — В его словах было скорее разочарование, нежели угроза. — Какие проблемы?

— Ну хорошо, с чего начать? — Кэйла размышляла вслух, наматывая на палец телефонный провод. — Может, с невыносимого клиента, который вышвырнул уборочную команду, ту, с которой меня уже давно связывают деловые отношения?

— Постой, я кое-что обдумал и…

— Решил вернуть их?

— Нет, это совсем не связано с уборкой. Я хотел сказать, что на самом деле я не твой клиент, ведь это Ральф тебя нанял, так что твой поцелуй ничего не нарушил.

— Это тыпоцеловал меня, — напомнила Кэйла.

— Ты не должна чувствовать какую-то вину, словно сделала нечто незаконное.

— Насчет незаконного: меня оштрафовали за незаконную длительную парковку.

— Мне очень жаль.

— Мне тоже. — Штраф проделал значительную брешь в недельном бюджете.

— Я не поцелуй имел в виду. О нем я не жалею.

— Я счастлива, что хоть один из нас не жалеет, — съязвила Кэйла.

— Вот теперь ты наконец заговорила в своем стиле.

— Откуда тебе знать мой стиль, мы знакомы всего два дня!