– Трудно сказать, Джин…
– Ладно… Веди себя хорошо.
– Да я всегда так и делаю, – сказал он и, не дожидаясь пока она что-нибудь ответит, произнес: «Ну, пока!» – и закончил разговор.
Когда он вернулся в рекреацию, там царило возбужденное оживление. Арчи Теннант, скрестив руки и уткнувшись подбородком в грудь, стоял перед слушателями и, казалось, был погружен в раздумья. Там Баркли размахивал руками, будто хотел привлечь этим внимание остальных. Стью Сазерленд и Джаз Маккалоу, перебивая друг друга, пытались что-то сказать. Алан Уорд, казалось, вот-вот примет участие в общей суматохе, требуя объяснений, и только Грей выглядел островком спокойствия в бушующем море. Он сидел на диване, положив ногу на ногу, и его черный, до блеска начищенный ботинок качался из стороны в сторону, словно палочка в руке дирижера.
Ребус не сказал ни слова. Проскользнув за спиной Уорда, он присел на диван рядом с Греем. Луч закатного солнца, бивший в окно, неестественно удлинил тени, мельтешащие на противоположной стене комнаты. Ребус молча наблюдал за происходящим. Аналогия с оркестром исчезла, теперь ему казалось, что это перед ним разворачивается кукольное представление. И за ниточки дергает всего один человек.
Ребус так и не проронил ни слова. Он заметил мобильник, лежащий на коленях у Грея. Он достал из кармана свой, более обшарпанный и более тяжелый. Да к тому же и устаревший. Когда он принес свой прежний сломанный телефон в мастерскую, ему сказали, что дешевле купить новый, чем ремонтировать старый.
Грей, заметив мобильный Ребуса, сказал:
– Мне звонили.
Не отрывая глаз от неутихающей суматохи, Ребус спросил:
– Должно быть, хорошие новости?
Грей закивал:
– Через нескольких людей, которые мне многим обязаны, я распустил слух, что мы разыскиваем Рико Ломакса.
– И что?
– И мне позвонили…
– Эй, джентльмены, – позвал Теннант, махая руками. – Подойдите, пожалуйста, прошу вас.
Шум стих. Теннант оглядел подошедших своим острым, пронизывающим взглядом и опустил руки.
– Ну вот, мы получили новую информацию… – Он вдруг умолк и пристально посмотрел на Грея. – Ваша информация верна на сто процентов?
Грей пожал плечами:
– Ему можно верить.
– А что за новая информация? – спросил Уорд. Сазерленд и Баркли наперебой бросились объяснять, но Теннант строго оборвал их.
– Так вот, оказалось, что владельцем паба, где Рико пил в тот вечер, когда его убили, был некий Чиб Келли, и, как нам известно, вскоре он начал путаться с вдовой Рико.
– Как скоро?
– А это важно?
– При проведении расследования было известно?…
Вопросы сыпались один за другим, и Теннанту пришлось еще раз призвать своих учеников к спокойствию. Он посмотрел на Грея.
– Скажите, Фрэнсис, группе, которая вела первоначальное расследование, было известнооб этом?
– Понятия не имею, – развел руками Грей.
– Может быть, кто-нибудь из вас встречал упоминание об этом в документах? – Теннант обвел глазами присутствующих, но все отрицательно качали головами. – Тогда остается главный вопрос: важен ли этот факт для нашего расследования?
– Возможно.
– Должно быть.
– Преступление по страсти.
– Без сомнения.
Теннант снова задумался, а аудитория опять наполнилась гулом голосов.
– Может, стоит поговорить с самим Чибом, сэр?
Теннант посмотрел на того, кто это предложил, – на Джона Ребуса,
– Да, разумеется, – подал голос Уорд. – Наверняка он возьмет вину на себя.
Раздался приглушенный смех.
– Это правильно выбранная последовательность действий, – произнес Ребус, повторяя фразу, которую им вбивали в головы на занятиях по курсу «Руководство по расследованию убийств».
– Джон прав, – сказал Грей, глядя на Теннанта. – При проведении реальногорасследования мы бываем в нужных местах, где задаем вопросы, смотрим на лица людей, а не сидим сиднем, как школьники, оставленные после уроков.
– Я думаю, что смотреть на лица людей – это именно то, в чем вам надо совершенствоваться, детектив Грей, – холодно ответил Теннант.
– Очень возможно. Но именно благодаря этому моя работа в течение последних двадцати с лишним лет была результативной.
– Не исключено, что этим она и ограничится.
Напряженность в их отношениях становилась все более заметной.
– Мне кажется, было бы логично побеседовать с этим человеком, – сказал Ребус. – Ведь это не просто учебный тест, это настоящее незакрытое дело.
– Похоже, Джон, тебе не слишком-то хочется вновь заниматься этим эдинбургским делом, – объявил Джаз Маккалоу, засовывая руки в карманы.
– В том, что сказал Джаз, есть смысл. – Грей повернулся к Ребусу. – А ведь ты нам кое о чем не рассказал, так, детектив Ребус?
Ребус с трудом подавил желание схватить Грея и прошипеть ему на ухо: А что тебе известно?Но вместо этого он сунул мобильник в карман и оперся локтями о колени.
– А может, я мечтаю о поездке на Дикий Запад, – произнес он.
– А кто говорит, что именно ты туда поедешь?- спросил Алан Уорд.
– А я вот не представляю, как мы все набьемся в комнату Чиба Келли, – покачал головой Стью Сазерленд.
– А что? Для тебя это слишком трудная работа? – язвительно усмехнулся Уорд.
– Это ничего не даст, – раздался зычный голос Теннанта. – Поскольку детектив Ребус проявляет такую заботу о «правильно выбранной последовательности действий», первое, что нам необходимо сделать, выяснить, действительно ли это новое обстоятельство. А для этого необходимо вновь перелопатить все документы на предмет того, фигурировал ли Чиб Келли где-нибудь в качестве хозяина заведения… Кстати, а как назывался тот паб?
– «Клеймор» [13], – сказал Грей. – Теперь он называется «Собака с костью» и стал куда фешенебельнее.
– А хозяин все еще Келли? – поинтересовался Ребус.
Грей отрицательно мотнул головой.
– Какая-то английская сеть: все стены заставлены книгами, кругом беспорядок. Кажется, что пришел не в паб, а в лавку старьевщика.
– Вот что надо делать, – объявил Теннант. – Надо снова разобрать все документы и посмотреть, что мы сможем найти.
– Можно управиться за час, ну, может, за два, – предположил Грей, бросив взгляд на часы.
– Какие планы на вечер, Фрэнсис? – обратился к нему Теннант.
– Джон везет нас в Эдинбург, так что вечер мы проведем в городе. – Тяжелая рука Грея опустилась на плечо Ребуса. – Не все же нам торчать в рекреации, верно, Джон?
Ребус не сказал ничего, он не слышал, как остальные члены группы одобрительно гудели: «Здорово», «Неплохая идея!» – его мысли всецело сосредоточились на Грее, он старался понять, что, черт возьми, ему надо.
9
– Что, черт возьми, вам надо? – Спросил сердитый голос из-за плотно закрытой двери, а ответили ему приглушенно-спокойным тоном. Секретарша улыбнулась Шивон и Хайндзу. Она прижимала к уху телефонную трубку. Шивон слышала телефонные звонки, доносившиеся откуда-то из-за двери. Наконец трубку сняли.
– Что?
Секретарша непроизвольно вздрогнула.
– К вам два офицера полиции, мистер Кафферти. Вы им назначили…
Это было произнесено каким-то виноватым, слегка дрожащим голосом. Внимательно выслушав то, что говорил ей шеф, она положила трубку.
– Через несколько минут он будет в вашем распоряжении, а пока, прошу вас, садитесь…
– Вы, должно быть, получаете большое удовольствие от работы?
– Да. – Секретарша через силу улыбнулась. – Да, это правда.
– Секретари требуются во многих местах. Если бы я искал место секретаря, начал бы поиски с редакции пятничного выпуска «Шотландца».
Прихватив с собой Хайндза, Шивон направилась к трем стоящим у стены стульям. Места для журнального столика в приемной не было. Два письменных стола – один служил рабочим местом секретарше, второй был завален грудой бумаг. Вероятно, в этом помещении раньше располагался магазин. С одной стороны здания была пекарня, со второй – магазин канцтоваров; большое окно приемной выходило на унылую улицу. Район находился в юго-западной части города, недалеко от Толлкросс. Воспоминания Шивон, связанные с этим местом, были не из приятных, поскольку именно здесь несколько лет назад она разбила машину, не сумев преодолеть перекресток на Толлкросс-роуд. Этот треклятый перекресток пяти дорог, регулируемый светофором, – и она на подаренной родителями машине, с только что полученными правами…
13
Клеймор – шотландский обоюдоострый двуручный меч.