Мы мчались через болото, а потом через лес, как будто опаздывали на важную встречу. Когда мы подбежали к дому, Эмма повела меня в сад, где уже возвели небольшую деревянную сцену. Повсюду суетились ребятишки, перетаскивая декорации и реквизит, застегивая пиджаки вечерних костюмов и поправляя усыпанные блестками платья. Маленький оркестр, состоящий из аккордеона, помятого тромбона и музыкальной пилы, с которой мастерски управлялся Гораций, наигрывал обрывки разных мелодий.
— Что это значит? — спросил я у Эммы. — Вы что, решили устроить спектакль?
— Сам увидишь, — ответила она.
— Кто в нем участвует?
— Сам увидишь.
— О чем он?
Она меня ущипнула.
Раздался свисток, и все бросились занимать места на расставленных перед сценой складных стульях. Мы с Эммой тоже сели, и в этот момент открылся занавес. Перед нашими взорами предстала соломенная шляпа, парящая над броским костюмом в красно-белую полоску. И только услышав голос, я понял, что это означает. Разумеется, это был Миллард.
— Леди-и-и и джентльмены! — пропел он. — Я с огромным удовольствием представляю вашему вниманию шоу, равных которому еще не было в мире! Вам откроются настолько удивительные явления, что вы просто не поверите своим глазам! Уважаемые граждане, перед вами выступят мисс Сапсан и ее Странные Дети!
Зрители разразились аплодисментами, а Миллард поклонился, приподняв шляпу.
— В первом неповторимом номере вы увидите саму мисс Сапсан!
Он нырнул за занавес и мгновение спустя появился снова. Через одну руку у него была переброшена свернутая простыня, а на другой сидел сокол. Миллард кивнул оркестру, который заиграл бравурный марш.
Эмма ткнула меня локтем.
— Смотри, — шепнула она.
Миллард опустил сокола на пол, развернул простыню, закрыв птицу от зрителей, и начал обратный отсчет:
— Три, два, один!
На счет «один» раздалось хлопанье крыльев, а затем над краем простыни показалась голова мисс Сапсан — ее человеческаяголова! — вызвав еще более неистовые аплодисменты. Ее волосы были взлохмачены, и зрителям были видны только ее плечи, шея и голова. Одежда на ней явно отсутствовала. Насколько я понимаю, превращаясь в птицу, одежду с собой прихватить невозможно. Взяв простыню за края, мисс Сапсан целомудренно в нее завернулась.
— Мистер Портман! — произнесла она, глядя на меня со сцены. — Я счастлива, что вы вернулись. С этим маленьким шоу мы странствовали по Европе в старые добрые времена. Я надеюсь, что вы найдете его поучительным.
С этими словами она стремительно покинула сцену, спеша вернуться в дом и облачиться в привычную одежду. Один за другим странные дети прямо из «зрительного зала» выходили на сцену со своими номерами. Миллард сбросил костюм и, став совершенно невидимым, жонглировал пустыми бутылками. Оливия сняла утяжеленные туфли и продемонстрировала на брусьях гимнастический номер, отрицающий все законы гравитации. Эмма создала огненный шар, проглотила его и выдохнула обратно без малейшего вреда для себя. Я хлопал так сильно, что казалось, у меня с ладоней слезет кожа.
Когда Эмма вернулась на свое место, я обернулся к ней с вопросом:
— Я не понимаю, вы показывали это публике?!
— Конечно, — пожала плечами она.
— Обычнымлюдям?
— Ну конечно, обычным людям. Зачем странным людям платить за право увидеть то, на что они и сами способны?
— Разве это не нарушало вашей тайны?
Она усмехнулась.
— Никто ни о чем не догадывался. Народ приходит на всевозможные представления, чтобы полюбоваться на трюки и фокусы. Они были уверены, что именно этим мы и занимаемся.
— Значит, вы прятались у всех на виду?
— Именно так в своем большинстве странные люди зарабатывали себе на жизнь.
— И никто ничего не понял?
— Иногда за кулисами появлялись назойливые типы, которые задавали слишком много вопросов. На этот случай у нас всегда имелись вышибалы, которые брали их за шиворот и вышвыривали на улицу. Кстати, о вышибалах — вот и одна из них!
На сцену вышла мужеподобная девушка, неся в руках валун размером с небольшой холодильник.
— Может, она и не самая умная среди нас, — прошептала Эмма, — но у нее огромное сердце, и за своих друзей она жизнь отдаст. Нас с Бронвин водой не разольешь. Она моя самая близкая подруга.
Кто-то передал по рядам пачку открыток, с помощью которых мисс Сапсан рекламировала свое шоу. Когда открытки попали в руки ко мне, фотография Бронвин лежала наверху. Она была снята босиком и смотрела в камеру ледяным взглядом. На обороте открытки красовалась надпись: ПОРАЗИТЕЛЬНО СИЛЬНАЯ ДЕВУШКА ИЗ СУОНСИ!
— А где же валун, ведь именно с ним она работала на сцене? — спросил я у Эммы.
— У нее тогда испортилось настроение, потому что перед съемкой Птица заставила ее «одеться, как леди». В итоге она отказалась поднимать даже шляпную картонку.
— Похоже, она сочла, что туфли — это уже чересчур.
— Да, она их никогда не носит.
![Дом странных детей _30.jpg](https://litlife.club/books/147175/read/images/_30.jpg)
Тем временем Бронвин вынесла валун на середину сцены и на мгновение замерла, глядя на публику, как будто кто-то велел ей постоять так для достижения лучшего эффекта. Потом она наклонилась, обхватила валун своими большими руками и медленно подняла его над головой. Все захлопали и закричали «Браво!». Оттого что они видели все это уже не меньше тысячи раз, энтузиазма у детей нисколько не убавилось. У меня было ощущение, что я нахожусь на каком-то диковинном школьном концерте.
Бронвин зевнула и покинула сцену, небрежно унося валун под мышкой. Ее место заняла девушка с всклокоченными волосами. Эмма сообщила мне, что ее зовут Фиона. Та стояла перед ящиком, наполненным землей, вытянув над ним руки, подобно дирижеру. Оркестр заиграл «Полет шмеля» (во всяком случае они попытались его сыграть), и Фиона с искаженным от напряжения лицом начала месить пальцами воздух над ящиком. Музыканты играли все быстрее, а из земли проклюнулись ряды маргариток. Они тянулись к ладоням Фионы и росли на глазах. Мне казалось, ее руки соединены с растениями какими-то невидимыми нитями, за которые она и вытягивала их из клумбы. Дети пришли в полный восторг и повскакивали со своих мест, аплодируя девушке.
Эмма пролистала пачку открыток и нашла фото Фионы.
— Ее фотография нравится мне больше всех, — сообщила она. — Мы очень долго придумывали ей костюм.
Я посмотрел на снимок. На нем Фиона держала в руках курицу и походила на нищенку.
— Кого она изображает? — удивленно спросил я. — Бездомную крестьянку?
Эмма снова меня ущипнула.
— Она выглядит естественно, как дикарка, близкая к природе. Мы называли ее Джилл из Джунглей.
— Она действительно из джунглей?
— Она из Ирландии.
— В джунглях много кур?
Она ущипнула меня в третий раз. Пока мы шептались, рядом с Фионой на сцене появился Хью. Он открыл рот, выпустив рой пчел, которые тут же принялись опылять выращенные Фионой цветы.
— А что еще, кроме кустов и цветов, выращивает Фиона?
— Все эти овощи, — Эмма махнула рукой в сторону грядок. — А иногда и деревья.
— Правда? Целые деревья?
Эмма снова принялась перебирать открытки.
— Иногда мы играем в Джилл и бобовый стебель. Кто-нибудь хватается за верхушку молодого деревца на опушке леса, и Фиона начинает его растить, а тот, кто держится за дерево, поднимается все выше. — Эмма отыскала нужную фотографию и постучала по ней пальцем. — Это был рекорд, — гордо заявила она. — Двадцать метров.
— Я вижу, вам тут скучновато и вы развлекаетесь, как можете.
Она снова попыталась меня ущипнуть, но я перехватил ее руку. Я не специалист по части девушек, но, когда одна из них пытается ущипнуть парня четыре раза подряд, даже у меня не возникает сомнений в том, что она с ним заигрывает.
![Дом странных детей _31.jpg](https://litlife.club/books/147175/read/images/_31.jpg)
![Дом странных детей _32.jpg](https://litlife.club/books/147175/read/images/_32.jpg)