— Может быть, ларо Орон, вы наконец-то представите мне своих спутников? — неожиданно обратилась к мужчине ларэ Риннэлис.
— Зачем вам это? — тут же насторожился оборотень. Не слишком-то хотелось сообщать имена своих родичей змее, созданию непредсказуемому и потому вдвойне опасному. — Вряд ли дознавателю вашего уровня следует беспокоиться по поводу простых стражников.
— Правила приличия распространяются на всех без исключения, — с улыбкой покачала головой человечка, переводя взгляд с одного перевертыша на другого. — Тем более вряд ли оборотень, умудрившийся оказаться в столичной страже, может быть простым…
И снова возникло желание придушить ее прямо сейчас. Вот просто кинуться и схватить ее за горло, чтобы с наслаждением смотреть, как ее лицо синеет, и слушать предсмертный хрип. Все инстинкты оборотня говорили, что человечку надо убить. Но разум услужливо подсовывал картину: невысокая, стройная ларэ Риннэлис с брезгливой гримасой разглядывает корчащегося от боли Арэйна. М-да. Придушить — не самая лучшая идея. Может, отравить? Хотя ходят упорные слухи, что она разбирается в ядах лучше любого зельевара и способна определить наличие отравы, даже если у той нет ни вкуса, ни цвета, ни запаха. Скорее всего, врут, но все-таки…
А ларэ дознаватель все улыбалась, чуть сощурившись, как сытая и довольная жизнью кошка. Разве что не мурлыкала. Поняла ведь, зараза, его метания и теперь взирает с видом победителя.
— Я могу сказать, что все присутствующие здесь ваши сородичи — каэ Ороны, — добила Раэна человечка.
Верно. Здесь только братья и кузены Раэна. Каэ Верр остался в их управе. Парень он не только сообразительный, но и бойкий на язык, так что его частенько ставили «прикрывать тылы», когда остальным перевертышам нужно было исчезнуть по делам, которые имели слабое отношение к интересам королевства Эрол.
— И какой из этого вывод?
— Я безмерно уважаю ваш клан, — многозначительно протянула ларэ Тьен. — Думаю, мне пора, — неожиданно сказала человечка, исчезая в слабом мерцании.
«Снег», — определил оборотень. Это заклинание было из разряда высших, требовавших высокой степени мастерства и больших затрат сил. Пользоваться такой волшбой могли только особо одаренные, но даже им потом приходится на несколько часов забыть о магии.
«Позерство чистой воды, — хмыкнул каэ Орон. — Однако красиво».
— Демоны раздери мою шкуру! — воскликнул Касс, завязывая последний узел на веревке, которой он старательно, с садистским удовольствием, скручивал кахэ. Ах да… Эта южная скотина каким-то образом бедному парню едва клык не выбила. — Перед этой стервой я готов встать на колени!
— С чего бы? — искренне изумился Раэн, не понимая причины такого восторга со стороны родича.
— Мы могли без особых трудностей угробить ее в течение минуты, но, заметь, вспомнили об этом, только когда ларэ Тьен соизволила отбыть. Истинный мастер.
«Пожалуй, да, — мысленно согласился Раэн. — Я вот вообще не вспомнил».
Оборотни. Терпеть не могу их в таком количестве рядом с собой: невольно начинают мучить дурные предчувствия. Не бывает добрых или мирно настроенных перевертышей, бывают только сытые. Это я усвоила еще будучи студиозусом. Кроме всего прочего, полезного и не очень, нам читали расовую психологию. После познавательных лекций старенького, видевшего, кажется, еще пришествие богов, профессора я твердо знала, что эльфы — самые жуткие существа в этом мире, орки — наши верные и надежные союзники, а оборотни… оборотни больше чем наполовину — животные, поэтому не следует рассчитывать на их цивилизованность. Глупо надеяться на то, чего нет. Оборотня можно заставить уважать человека только силой. Или заставить поверить, что эта сила у тебя есть.
Что ж, еще один раунд остался за мной, несмотря на численное превосходство врага, решившего притвориться союзником. И стальной стержень, на который я была нанизана весь этот демонов день, наконец-то исчез, давая возможность дышать и жить спокойно. Я дома. У мамы.
И эта же самая мама с до боли привычными причитаниями вылетела мне навстречу с моим котом и ларо Таэллоном под мышками. Кот мрачно и обреченно молчал, по привычке пытаясь оттолкнуть ма лапами, кахэ сопротивлялся более активно.
— Ты в курсе, куда подевался твой нелюдь? — взволнованно спросила мама. В лиловых глазах младшего южанина я читала тот же вопрос.
— Не имею ни малейшего понятия. Мне как-то не до него сегодня было.
Ма была ошарашена и возмущена моими словами, так же, как и младший Аэн. И если ларо Таэллона я еще могла понять, то эмоции моей мамы оставались для меня полнейшей загадкой. Ей-то какое дело, где обретается еще один нахлебник? Можно подумать, нелюдь — ее близкий родственник, за которого она всей душой переживает.
Может, напомнить драгоценной родительнице, что кахэ, ни много ни мало, на мою шкуру покушается? Хотя мама вроде и так в курсе неправедных намерений ларо Риэнхарна… Определенно, логика — не женское качество. А я — лишь неприятное исключение из общего правила.
Я целенаправленно прошла мимо встречающей меня делегации и шлепнулась на табурет: плечи тут же опустились, и я бессильно оперлась на стол. Столько всего и сразу… Не то чтобы я была подавлена или напугана, просто устала. Хотелось свалиться на кровать и заснуть. Можно даже навечно, чем демоны не шутят? Я довольно близко подошла к той грани, за которой ненавязчиво маячит суицид. К счастью, я не настолько склонна к истерии, чтобы решать проблемы таким очаровательным способом.
— Есть будешь? — спросила со вздохом мама, видя, как ее единственное чадо полулежит на столе.
— Ага, — буркнула я. — И чаю с сахаром. Побольше. Устала как не знаю кто.
— Может быть, как собака? — решил потренироваться в использовании человеческих идиом ларо Таэллон.
Я фыркнула:
— Нет, именно как не знаю кто. Как собака я устала вчера.
Глаза упорно закрывались. Раньше в отчем доме я так на ходу не засыпала… Но раньше тут был незабвенный ларо Риэнхарн, который стимулировал выработку адреналина в моем организме не хуже встречи с голодным вампиром в темной подворотне. Рядом с кахэ особо не расслабишься. А вот его племянничка я не опасалась ни капли, даром что неплохой воин и магией владеет. Ма про таких говорила: «Телок», куда за веревку потянешь — туда и пойдет.
— А вы точно ничего не знаете о дяде? — уселся за стол напротив меня южанин.
Вот что ему еще от меня нужно?
— Ларо Таэллон, — с присвистом выдохнула я и подняла на него лицо, — вы что, не слышали? Я сказала, что не имею ни малейшего понятия, куда подевался ваш дядя. Необходимо повторить эту фразу персонально для вас?
Паренек как-то спал с лица.
— Я не…
— Очень рада, что вы «не», — прервала его я. — А теперь, ради богов, дайте мне спокойно отдохнуть.
В лиловых глазах плеснулась жгучая обида на мое хамство, но мне было уже все равно. Я мечтала только поесть и выспаться. Сегодня мне пришлось побывать в слишком щекотливых ситуациях, чтобы сейчас беречь ранимую душу нелюдя.
— А где тебя сегодня носило так долго? — решила уточнить мама. — Опять в управе за бумажками сидела?
— Если бы, — скривилась я. — С оборотнями танцевала…
Она понимающе улыбнулась, зная, что я подразумеваю под словом «танцевать». Сцепиться с кем-то, рисковать собственной жизнью, а уж никак не кружение под музыку. Я любила танцевать и в обычном смысле… Вот только не с кем. Да и некогда.
— И как?
— Партнеры они идеальные, — мечтательно улыбнулась я. — Но только одним богам известно, когда они из союзников пожелают стать противниками. Весьма нервирует, знаешь ли.
Ларо Таэллон смотрел на меня недовольно и возмущенно. Все-таки он сильно отличается от старшего родственника. Уму непостижимо. Между племянником и дядей общего настолько мало, что даже удивительно. Ларо Риэнхарн виртуозно держит удар и способен молниеносно ответить. Его нужно уважать и опасаться. А вот ларо Таэллон совершенно беспомощное создание, способное в сложной ситуации только свесить лапки и ждать, пока его спасут. Единственным более-менее самостоятельным решением кахэ был тот визит ко мне. Слюнтяй.