Кайлин оборвала смех. Медленно поднявшись со стула, она повернулась к нему и голосом, в котором не осталось ни капли теплоты, ни толики той нежности, что он мог услышать ранее, произнесла:
- Ты ненавидишь меня? Презираешь? Что ж... Я оправдаю эти твои чувства. Я оправдаю ненависть каждого из вас ко мне. Я - первопричина всех ваших проблем. Я - источник вашей боли и презрения. Это я тот человек, которого ненавидит весь Мир.
- Что ты такое говоришь? - произнес он.
- Сакар - это и есть я. Я и мой брат. Саша и Катя Рудецкие. Это было так легко понять, Гийон, - покачала она головой. - Так легко... И не нужно было со мной спать. Рано или поздно, ты все равно бы нашел ответ. Я бы открыла тебе его сама, точно так же, как и передала разработку Жене.
Гийон смотрел на нее и не двигался. Он все никак не мог осмыслить ее последние слова. Кто же она, эта женщина? Кто она? И почему, предоставив Сианне возможность надавить на нее и получить ответы, сломив ее самым низким образом из всех возможных, унизив ее своим молчанием, и, в конце концов, узнав правду о ней, он не почувствовал презрения и ненависти? Нет, он испытал боль от того, что это ему не хватило смелости во время признаться в очевидном. Он унизил ее, он оказался тем человеком, которому удалось сломить ее. Непроизвольно поставив на чашу весов ее откровение и свои чувства к ней, он с такой легкостью получил то, что, казалось, было более важным. Но для кого? Для него или для них, стоящих рядом?
- Вы думаете, с этим легко жить? - прошептала Кайлин. - Я знала, чем все это закончится. С самого начала знала.
Сианна присела на стул за барной стойкой. Налив себе в стакан виски, она залпом осушила его.
- Прекрасная работа, Гийон, - как ни в чем не бывало, произнесла она. - И тебе, Сойя, тоже спасибо. Ты как раз вовремя приехала.
- Что? - прошептал Гийон.
- Это я позвонила Сойе. Извини, но если бы прошло еще немного времени, ты бы точно определился с тем, что собираешься делать дальше. А Кайлин уже попалась. Ты не заметил, как же. Еще в туалете я поняла, что она "зависла". Разве я могла упустить такую возможность? Ты же знаешь, удачный допрос зависит от многих обстоятельств. И главное из них - это представление о слабом месте жертвы. Ты не был еще голов столкнуться со своим прошлым лицом к лицу, а она не была готова к твоему замешательству. Я надавила, и она раскололась. Все просто. Допрос удался.
- Замолчи! - прошипел он в ответ.
- Ты сам предоставил мне эту возможность.
- Заткнись!
- Ты спал с человеком, который собственными руками сотворил все это. И теперь она живет здесь на деньги, которые ей заплатили. И теперь она говорит, что ей тяжело! Тяжело терять близких, Кайлин. Детей тяжело терять. А ты...- Сианна засмеялась. - Ей было только двадцать пять... А ему - два с половиной. И не воскреси ты того предурка, они были бы живы...
- Я не могу исправить прошлое, - ответила Кайлин.
- Тогда не говори, что тебе тяжело!!! - закричала Сойя.
Гийон продолжал смотреть на Кайлин. Она опустила свои руки и взглянула на него. И в глазах ее он ничего не увидел, ничего, кроме пустоты.
- Что смотришь? - с вызовом произнесла она.
Он молчал.
- Это я создала их всех! Я!
Она резко отвернулась и пошла в сторону холла. И только тогда до Гийона, наконец, дошло, что же он все-таки наделал. В его голове все разложилось по полочкам и понятно стало, что главное, а на что он может закрыть глаза. И главным оказалась она.
Он кинулся следом за ней, догоняя и пытаясь схватить за руку, но она ловко вырывала запястье и трясла им, словно отмахиваясь от какой-то грязи.
- Как ты можешь? - закричала ему вслед Сойя.
- Замолчи! - рявкнул он в ответ. - Кайлин! - позвал он, глядя, как она поднимается на второй этаж.
Она остановилась и обернулась:
- Ты получил то, что хотел. Доволен? А теперь возвращайся к своим друзьям - со мной спать тебе больше не придется.
- Кайлин! - Гийон побежал по лестнице вверх, следом за ней, но она, заскочив в первую попавшуюся комнату, закрыла за собой дверь на ключ.
- Кайлин!!! - орал он, пытаясь открыть замок.
Кайлин отошла от двери, и поток слез хлынул у нее из глаз. Она вытирала их рукавом своего махрового халата, но их было слишком много, невообразимо много для того, чтобы успеть остановить. Она всхлипнула и, почувствовав, что сил на сражение у нее больше нет, опустилась на пол и сжалась в комок.
Она слышала, как он колотит в дверь кулаком. Слышала, как зовет ее и просит открыть. Это слышали и те, кто сидел внизу. И только теперь Сианна поняла, что все они наделали. Только теперь ему стало понятно, что он на самом деле любит эту женщину, и ему все равно, в чем она виновата перед остальными и ним самим в первую очередь.
- Довольна? - спросил у Сианны Маркус, поднимаясь со своего места. - Не думал, что ты настолько нас ненавидишь.
- Это другое, - ответила Сианна, пряча лицо в руках.
- Это - одно и то же. Только я хуже, чем она. Она всего лишь создала надежду. А я ее купил.
- Это другое, Маркус!
- В твоем сердце не осталось места для чувств. Только работа. Браво, Сианна! Браво!
Маркус наигранно похлопал ей в ладоши и ушел.
- Ты тоже теперь меня осуждаешь? - спросила Сианна, оборачиваясь к Рихтору.
- Я предупреждал тебя, но ты, кажется, совсем ничего не поняла.
- Но, она раскололась!
- А он сейчас может ее потерять. Пять лет одиночества, Сианна, и он опять может все потерять.
- Он что, любит ее? - тихо произнесла Сойя, которая все это время стояла рядом с ними на кухне.
- Ты красивая женщина, - ответил Рихтор. - Но мы не выбираем, в кого нам влюбляться, а в кого - нет.
- Мы только выбираем, кого нам ненавидеть, - повторила собственные слова Сианна и налила себе виски в стакан.
Кайлин так и не открыла ему дверь. Он постоял еще немного, а затем развернулся и пошел вниз.
На кухне царила тишина. Сианна продолжала топить победу в виски, Рихтор молча потягивал пиво, а Сойя по-прежнему подпирала плечом холодильник.
- Ну, что, - громко заговорил Гийон, присаживаясь за барную стойку возле Сианны и протягивая ей свой пустой стакан, - такого поворота событий я не ожидал.
Сойя "отклеилась" от холодильника и села напротив него:
- Как ты мог?
- Что мог, Сойя? Мог после смерти жены спать с другими женщинами?
- Да, как ты смеешь?!
- Я смею? Какого черта ты вообще сюда заявилась!
- Мне позвонила Сианна.
Гийон "опрокинул" стакан и с грохотом поставил его на столешницу.
- А почему я об этом ничего не знал?! Вы что, решили, что вправе управлять моей жизнью?
- Ты сам не понимаешь, что делаешь, - заботливым тоном произнесла Сойя и положила свою ладонь ему на руку.
Гийон выдернул свою кисть и прошипел:
- Я, в отличие от тебя, знаю, что делаю. А вот ты, кажется, совсем забылась.
- Знаешь? Да ты тр...ешься с этой... этой... - Сойя закрыла лицо руками.
- Тр...ся можно со шлюхой, Сойя, а с Кайлин я сплю.
- Уже не спишь, - заметила Сианна и потянулась за бутылкой.
- Ты думаешь, что все кончено?
- Ты промолчал, когда следовало встать на ее сторону и защитить, если, конечно, ты относишься серьезно к тому, что между вами происходит.
- Я не был готов к этому.
- А теперь готов? - с презрением произнесла Сойя.
- Другим тоном, пожалуйста.
- Это какой-то бред...
- Хочешь правду? - злобно прошипел Гийон, пригибаясь к столешнице и зная, что его слова ранят Сойю очень глубоко. - У тебя всю жизнь были натянутые отношения с Мартой. Думаешь, я ничего не понимал? А теперь ты презираешь Кайлин. Признайся, ведь тебе наплевать на то, кто она.