- Полиция тела несчастных, разумеется, не найдет, - заметил Астин.
- Мы таких ошибок не допускаем, - проговорила женщина.
- Шон Лусмол, - прочитал вслух канотец. – Идиотская фамилия. Да еще и по профессии я школьный учитель.
- Извините, ничего другого предложить не можем, - сказала тасконка. – Вы привыкните. А с работы при отъезде на Униму вы уволились. Изобретайте, импровизируйте… Здесь у Лускола друзей не было. Обычный, ничем не примечательный человек.
Вскоре Ворх и Миллан покинули явочную квартиру. Перед уходом самраю пришлось запомнить длинный ряд цифр: два банковских счета и номера спутниковых телексов для экстренной связи. Отправляться сразу на Оливию Астин не рискнул. Он намеревался пару дней провести на Униме. Да и улетать лучше из другого космопорта. Потерявшие их из виду окрианские шпионы наверняка дежурят там и днем, и ночью.
Лана неспеша прогуливалась по парку. Вокруг удивительная, божественная тишина. Городского шума абсолютно не слышно. Сириус клонился к горизонту. На Фланкию опустилась вечерняя прохлада. За спиной девушки раздавались тяжелые шаркающие шаги. Два крензера, хотя и держались на значительном расстоянии от аланки, неотступно следовали за ней.
Лана остановилась, села на скамью рядом с развесистым кустом азолии. Крупные ярко-красные цветы источали восхитительный пьянящий аромат. К сожалению, даже этот приятный запах и идиллическая картина парка не способны поднять настроение девушки. Аланка мучилась от скуки и одиночества. Пожалуй, она напрасно ушла из школы. Там было хоть какое-то общение.
Во дворце ей поговорить не с кем. Гвардейцы стоят, словно истуканы, слуги лгут и льстят, а профессорам категорически запрещено беседовать с юной графиней на посторонние темы. Мать много времени дочери тоже не уделяет. Октавия постоянно занята государственными делами, а все свободное время посвящает Грегу Хейвилу. Она безумно в него влюблена и не скрывает этого.
Надо честно признать, впервые за долгие годы Торвнил сделала удачный выбор. Майор совершенно не похож на предыдущих фаворитов матери. Честен, прямолинеен, порядочен. Офицер принадлежит к древнему дворянскому роду, хорошее воспитание сразу чувствуется. Хейвилу чужда алчность и тщеславие. Денег и высоких должностей он не требует. Его даже статус военного советника тяготит. Раньше любовники матери вызывали у Ланы отвращение, а к маркизу девушка относилась с уважением. Грег всегда вежлив, учтив и приветлив.
Чего не скажешь о родной сестре. Хитрая, самолюбивая, злопамятная фурия. Она ни за что не простит Лане ее эффектное появление на балу. Девушка своей красотой затмила Эвис. Для сестры это тяжелый удар. Достойных конкуренток у нее никогда не было. И главное, кто унизил Эвис? Жалкое, убогое создание, над которым она так долго насмехалась. Тут поневоле впадешь в депрессию.
Аланка грустно вздохнула. Что с ними происходит? В кого они превращаются? Лана стала такой же мерзкой стервой, как и сестра. Страшно признать, но страдания Эвис доставляют ей удовольствие. Месть – сладкое чувство. Не стоит забывать и о сирианском троне. Октавия Торнвил не вечна. Рано или поздно встанет вопрос о престолонаследии. Быть вечно в тени старшей сестры девушка не собиралась. Тем более что у нее появился отличный шанс заполучить престол. Эвис больна, а потому недееспособна. Надо лишь доказать это.
Лана покачала головой, поморщилась, горько усмехнулась. Какая глупость! У сестры есть муж. И напрасно Дейл время не теряет. За довольно короткий срок он сумел наладить хорошие отношения с оппозицией в Сенате. Достойный отпрыск могущественного правителя Плайда. Берд Видог не случайно отправил его во Фланкию.
А если Эвис родит ребенка? Тогда рухнут последние надежды Ланы. Хотя, на беременность сестры нет и намека. Да и откуда ей взяться? Эвис определенно избегает мужа. Что тоже очень странно. Дейл не красавец, но и не урод. С чего вдруг сестра отказывается от секса? Она не настолько целомудренна. Тут что-то другое.
Весьма возможно у Эвис есть любовник. Вариант неплохой, грозящий сестре громким скандалом. Поймать бы ее! Благотворительность – отличный повод чтобы быть подальше от матери и мужа. Кроме того, собственный фонд дает Эвис деньги и независимость. Теперь она свободно перемещается по стране. А что еще нужно для тайных встреч?
Три дня Лана изучала маршруты поездок сестры. Должны быть какие-то точки пересечения. Увы, ничего серьезного, подозрительного девушка не обнаружила. Акции проводились и на Алане, и на Маоре, и на Тасконе. Некоторые города Эвис посещала дважды, но это стечение обстоятельств. Подобные мероприятия в крупных мегаполисах не редкость.
В списках официальных лиц и гостей часто повторялись одни и те же фамилии. Вот только радоваться нет смысла. Представители власти и бизнеса обязаны сопровождать герцогиню Видог. Этот метод поиска абсолютно бесперспективный. Таким образом вычислить любовника сестры при всем желании не удастся.
Если он вообще существует. Не исключено, что Эвис действительно больна, и участие в общественной жизни графства единственный шанс выйти из глубокой депрессии. В конце концов, ее осматривали лучшие врачи Фланкии. Неужели сестра всех обманула?
Лана саркастически усмехнулась. А ведь она может! В этом девушка ничуть не сомневалась. Точный расчет, тщательно изученная симптоматика и гениальная, талантливая игра. Из Эвис получилась бы великолепная актриса. Проблема в том, что постоянно контролировать эмоции сестра не в состоянии. Как любой человек, она иногда расслабляется и выдает себя. Главное в этот момент находится поблизости и внимательно наблюдать за ней.
Почему каждый визит на Таскону заставляет Эвис так волноваться? Да и не слишком ли часто она летала туда в последнее время? Увы, нигде ни намека на измену. Графики поездок расписаны буквально по минутам. Рядом с герцогиней всегда много людей. Ее трудно в чем-то обвинить. Тем не менее, Лана чувствовала, что это правильное направление. Чего-то она просто не видит, а потому не учитывает.
Сестра побывала даже на базе наемников. Осматривала лагерь, интересовалась условиями, в которых живут солдаты. Что за глупость? Мерзавцы напали на Велию, едва не убили Октавию Торнвил и Лану. Они хладнокровные, безжалостные выродки. Удивительно, как мать не истребила их после покушения. Даже владелец компании отделался легким испугом. Чудеса!
А что если Эвис причастна к заговору? Тогда ее контакты с Энгероном вполне объяснимы. Нет, это чересчур смелое предположение. Сестра такими возможностями не обладает. Она просто изображает из себя заботливую, милосердную женщину. И надо признать не без успеха. Эвис довольно популярна среди обывателей. Ее любят, ее боготворят. Подлая, коварная тварь! Явно метит на графский трон. Если Сенат выступит против, сестра поднимет народ.
В памяти Ланы вновь всплыла страшная сцена в горящем здании дворца. Девушка была на краю гибели, в одном шаге от смерти. Такое не забывается. Образ наемника тоже отчетливо запечатлелся в мозгу. Особенно его металлический шлем с темным забралом, опущенным на лицо. Демон ада! Очень точное сравнение. Он пришел за душой несчастной аланки. Тогда что-то помешало солдату нажать на спусковой крючок карабина.
Лана смотрела на наемника испуганно и зачарованно. Странное сочетание животного страха и безумного восхищения. Ничего подобного девушка раньше не испытывала. Она не могла вымолвить ни слова. Наверное, это ощущение человека, летящего в бездну. Какая-то неведомая, притягательная сила влекла ее к солдату. Почему? Вопрос, на который нет ответа.
Аланка встала, неторопливо двинулась к дворцу. Крензеры замерли у края аллеи. Лагерь наемников на Тасконе. Лана была там вместе с матерью и сестрой. Выжженная Сириусом степь, одинаковые серые казармы, узкие бетонные дорожки. Ничего примечательного. Хотя…
Графиня устроила жестокий поединок. Худощавый, невысокого роста юноша и огромный мутант. Они дрались на ножах. Зрелище ужасное, отталкивающее, но девушка не могла оторвать взгляда от солдата. Все считали, что раб обречен. Крензер должен был его убить. Однако юноша, сражавшийся, словно затравленный хищник, победил. Грязный, окровавленный он поднялся будто из преисподней. Распухшая правая щека, рассеченная губа, в глазах сумасшедший блеск. Вскинув руки вверх, наемник дико, по-звериному закричал. Справедливость восторжествовала.