Рея вздернула подбородок, страх отступил, уступив место размышлениям. "Ну ладно. Сейчас я почти могу гордиться тобой. Нам бы стоило объединиться и…"
"Где. Он?" Никогда Скарлет не попросила бы помощи у своей матери. Ни в коем случае. Вещи, которые эта женщина делала с ней…пыталась её заколоть, подсылала мужчин, чтобы изнасиловать её, унижала её на каждом шагу. Нет. Никогда.
Мгновения проходили в тишине. Затем глаза Реи сузились, еще больше подчеркивая её ненависть. "Я могу убить тебя за такую наглость, ты знаешь. Нет ничего, что бы помешало мне сделать это сейчас. Никакого проклятия, которое бы состарило меня."
"Попробуй." Скарлет почти хотела, чтобы она попыталась. Не то, чтобы она преуспела. Скарлет теперь прекрасно могла о себе позаботиться. Фактически, она убила многих Титанов, которые причиняли ей боль в тюрьме. Рея должна знать об этом. Рея должна знать, на что она способна.
Когда царица богов осталась стоять на месте, Скарлет почти улыбнулась. О, да. Рея знала. Сегодня она не бросит ей вызов.
"Гидеон обещал выполнить просьбу Кроноса," сухо сказала её мать. "Я доставлю тебя к нему, если ты пообещаешь мне и если ты гарантируешь, что эта просьба никогда не будет выполнена."
Пытается управлять ею. Она должна была догадаться.
“По рукам. ” Но здесь Рэя ничего не получит. Скарлет испытывала отвращение к Кроносу так же, как ненавидела свою мать. Не дать заполучить ему то, что он хочет, не составит затруднения. А, кроме того, Гедэон был лжецом, если он обещал Царю Богов что-то, это еще не значило, довести дело до конца.
Поэтому, ничего страшного не случиться, если она согласиться.
Беспроигрышно
“Ну, тогда покончим с этим. “ Рэя махнула тонкой рукой в воздухе и следующее что увидела Скарлет то, что она находиться в незнакомой комнате. Стены комнаты задрапированы красным бархатом, хрустальная люстра, под потолком мерцающая как звезды. Каждый предмет мебели полированного красного дерева, служил для обольщения. Кровать под балдахином с приведенными в беспорядок простынями. Комната для двоих, книжные полки заставлены снимками с обнаженными телами, а не книгами. Комод заставлен чашами с фруктами.
"Где мы?" Спросила Скарлет, не в состоянии подавить свой страх.
"Королевский двор." Рэя огляделась с отвращением. " Кронос имел обыкновение держать эту тайную комнату для своих любовниц. Она звонко рассмеялась. – Ну, пока он и я не сожгли все до тла. Тогда Зевс восстановил ее для своих любовниц. Я приехала сюда после обретения свободы из ада, что бы глянуть, что было сделано. Ты помнишь, не так ли? Ты пыталась прийти сюда, но мы отказали тебе."
Она вновь рассмеялась, но на этот раз более жестоко.
"Возможно, Кронос и твой Гидеон любовники."
Как будто. Гидеон не был таким. Если бы она уже не знала, то его поцелуй уверил ее в этом. Ему нравились женщины, даже больше чем следовало, ну да ладно.
"Где он?"
"Крон? Должна тебе сказать – я не слежу за ним каждую…"
"Ты испытываешь моё терпение, мама. Где Гидеон?"
Королева прошлась языком по своим зубам, волны обиды исходили от нее, указав на кучу в центре кровати. "Ты найдешь его там."
"Если ты врешь…" Скарлет позволила угрозе повиснуть незавершенной.
Она, дрожа, приблизилась к кровати, и конечно Гидеон был там, наполовину скрытый покрывалом. Ее облегчение было не долгим. Его бледное тело вздрагивало, и болезненный пот лил с него. Его зубы впились в его нижнюю губу, и он стонал.
Его волосы синими прядями прилипли ко лбу и вискам, окаймляя его кожу, глаза крепко закрыты. Что с ним? Она хотела наклониться к нему, но не позволила себе приблизиться хотя бы на дюйм. Пока еще нет. Не при свидетеле.
Рэя появилась с ее стороны. " "Он не очень привлекателен, не так ли?"? спросила она, разговор заставил веки Гидэона открыться. Его глаза были ярко-красными, светящимися, и он не мог сосредоточиться не на одной из них. «Эти синие волосы, пирсинг. Все эти страдания, никто не признает его настоящим воином, тем более не будут повиноваться ему".
"Говоришь как женщина, которая никогда не знала истиной боли". Ее ногти впились в ладони. Никто не говорит о нем плохо, кроме меня.
"С тобой, в качестве моей дочери, я испытала свою добрую долю. Поверь мне".
Ох. Скарлет могла не любить эту женщину, но ее замечания все еще ранили.
Возможно, потому что, в течение долгого времени, даже после того, как ее мать умаляла ее, намеренно терзая, она старалась быть хорошей дочерью. Скарлет была личной маленькой рабыней Реи, выполняя каждую ее прихоть.
Ее мать требовала дополнительную пищу, так девушка украла ее. Ее мать подумала, что богиня была слишком хорошенькой, и Скарлет сломала женщине нос. Ее мать хотела больше свободного времени за пределами ее камеры, и Скарлет покупала это для нее. Делая то, что требовал охранник.
Самым отвратительным было отдаваться мужчинам, которых она не любила и которые, не любили ее. Меньше всего она думала о себе. Скарлет чувствовала себя бесполезной без материнской любви и была настроена заработать ее снова. До первой попытки убить ее. Рэя была безумной, когда набросилась на ее горло.
"Они все смотрели только на тебя. Они жаждали тебя. Тебя маленькое ничтожество". Рэя кричала, пока капала кровь.
Кронос, который так же был в своей камере, находился рядом с ее. "Ты можешь быть ребенком моей жены, но ты не моя наследница, и никогда не получишь мою корону".
Аластор проходя мимо, увидел падение Скарлет. Он вошел в камеру, оттолкнул Рэю в сторону и помог Скарлет встать. "У Вас нет больше короны", сказал он экс королю. "И не будет никогда вновь".
Аластор вылечил и сопроводил Скарлет в ее тюрьму, где Кронос и Рэя ожидали ее. К этому времени, Аластор уже проклял пару. Но это не мешало им пытаться снова и снова. Прошло несколько месяцев, прежде чем они заметили, как быстро они стареют. Тогда только это остановило их.
Впрочем, их слова по-прежнему вспоминались ей время от времени.
Она горько усмехнулась. Эти отголоски прошлого были её личным маленьким ночным кошмаром.
"Я дам тебе знать, когда посчитаю нашу сделку оконченой," сказала она, не позволяя эмоциям отразиться в её голосе. Что получалось, ох, никогда. "Ты можешь идти."
Конечно, ее мать осталась стоять там же. "Я никогда не понимала, что ты нашла в нем, почему ты смотришь на него с такой жаждой. Парис, Люциен и Гален довольно симпатичные, хотя вряд ли можно назвать Люциена симпатичным". Лицо Рэи скривилось от отвращения. "Сабин сильный и решительный, Страйдер веселый. Любой из них был бы лучше, чем он, дикарь которому нравятся сражения.
Словно это порок. Тем не менее, Скарлет стиснула зубы, чтобы сдержать упрёк. Во-первых, она не хотела, чтобы её мать узнала, как много Гидеон всё ещё значит для неё. Ну не то, чтобы дьявольски много, заверила она себя. Вступиться за него будет подобно крику с крыши о своих чувстах(незначительных, какими они и были). Во-вторых, она ненавидела всех, особенно Рею, которая видела его таким, слабым и больным, да и поддержание разговора только поощрило бы богиню задержаться.
"Теперь они зло и подлежат уничтожению", продолжала её мать.
"Забавно, что ты говоришь об этом, ведь ты такая же, как они. Раздор." Ах, да. Рея была одержима демоном Раздора. Она могла это отрицать сколько угодно, но Скарлет знала правду.
Рея застыла, словно хищник, который выбрал жертву после слишком долгой охоты. "Произнесёшь это слово ещё раз, и я затащу твоего любовника в свою постель. Я могу сделать это, ты знаешь, и ты не сможешь ничего сделать, чтобы остановить меня. Я хорошею с каждым днём".
Не реагируй. Не дай выхода ревности или всепоглощающий ярости. Опять же, это лишь подстегнёт богиню. "Делай что хочешь. Позже. А сейчас просто оставь нас", сказала она, зная что приказ взвинтит нервы Реи. "Есть несколько вопросов, которые нам следует обсудить с ним, а затем ты сможешь забрать его." Так. Это должно заставить её мать отступить.
Сначала Рея не послушалась. Она медленно подошла к кровати с другой стороны и провела острым концом своего ногтя вверх по ноге Гидеона, по его животу и горлу. Гидеон схватил её за запястье и зарычал. Она засмеялась и её звонкий смех был словно сама смерть.
"Сука", прохрипел он, а затем со стоном согнулся пополам.
"Знаешь, я думаю, что заберу его в любом случае." С улыбкой, которая демонстрировала каждую частичку испытываемого удовольствия, королева исчезла, оставив Скарлет наедине с её мужем.
Наконец Скарлет смогла залезть на кровать, как она того хотела. Очень осторожно она устроилась рядом с ним, пульс бешено стучал у основания её шеи. "Теперь ты заключенный?" спросила она, приглаживая его волосы и убирая их с влажного лба.
Он наклонился, стремясь усилить её прикосновение. "Да."
Ложь, она знала это, потому что за его ответом не последовал еще один стон боли. "Тогда почему ты здесь?"
"Не для того…чтобы найти…Зевса."
Лед в её сердце начал таять; она не смогла остановить это. Так. Он хотел отомстить. "Его убийство не сделает тебя счастливее," тихо сказала она.
Их взгляды встретились, горячая смесь. "Я не желаю…узнать."
"Кронос не позволит тебе сделать это. Так зачем он перенес тебя сюда?"
Улыбка Гидеона была слабой, но всё же причинила ему боль. "Ему не нужна моя помощь с Ловцами. Я не просил его перенести меня сюда, чтобы я смог восстановиться после сказанной мной правды. Я не планирую проследовать в Тартар."
"Ты говорил правду? В лесу?" Скарлет провела ладонью по его щеке, большим пальцем обводя контуры синяка у него под глазом. "Глупый. Поверь мне, если бы я думала, что это облегчит мою боль, я бы нашла способ убить Зевса много лет назад."
"Скар". Он протянул дрожащую руку и обхватил ее затылок. Его прикосновение было слабым, но она знала, что он делал. Предлагал утешение. Утешение, в котором ей было отказано так долго.