– Откуда вы знаете?
– Видите царапины на бетоне? Мальчик пытался освободиться и сумел на несколько дюймов сдвинуть эту здоровенную штуку. Сильный был парень.
– Господи. Какие ублюдки.
– Не думаю, что это работа местных банд, сержант. Это сделал один человек.
– Со всем моим уважением, я так не думаю, инспектор. Тревору Уилмоту было всего пятнадцать, но, как вы верно заметили, парень он был здоровый. Его скрутили по дороге из школы домой. Он просто испарился. Ни одному человеку не удалось бы это сделать без подмоги, да и то была бы ужасная драка.
– Если только он не знал убийцу. Или по какой-то причине доверял ему.
– Полагаю, так и было, сэр, другой возможности просто нет.
Ньюсон увидел, что на место преступления приехала Наташа и разговаривала с кем-то из следственной бригады. В этот ужасный момент Ньюсон не думал об убийственной правде, которую узнал от Джеймсона: кошмарное откровение, что Наташа его презирает и подумывает подать на него жалобу. Он уже давно отказался от мысли, что она может обратить на него внимание, но было невыносимо осознавать, что он был объектом ее презрения. Он чувствовал себя жертвой вдвойне, потому что знал, что не заслужил такого отношения. Ведь он только недавно спросил, нужно ли ему изменить свое поведение, и она убедила его, что все в порядке. С другой стороны, он ведь старший по званию, и Наташе тяжело его критиковать. Именно на нем лежит ответственность за свое поведение, и он все испортил.
Но сейчас не время. Сейчас важно было поймать убийцу, и Ньюсон впервые чувствовал, что наконец-то взял след.
– Спасибо, что приехали так быстро, сержант Уилки, – сказал он.
– Все в порядке, – ответила она, но по ее виду он бы так не сказал. Она выглядела усталой и больной. Ньюсон хотел спросить, в чем дело, но не имел права. Его отношения с Наташей теперь должны носить сугубо деловой характер, и, несмотря на тяжесть в сердце, он знал, что и их нужно прекратить в самое ближайшее время.
– Сержант, – сказал он. – Я хочу, чтобы вы допросили Хелен Смарт и Генри Чамберса из «Кидкол». Нужно выяснить их местонахождение во время всех убийств из этой серии.
– Черт возьми, Эд, – сказала она, и Ньюсон удивился, почему она назвала его по имени, если испытывала к нему такую неприязнь. – Думаешь, в «Кидкол» работают убийцы тиранов?
– Нет… ну, возможно. Есть такая возможность. Нужно наконец узнать это наверняка. Единственное, что я знаю точно, это что наш убийца находил жертв через компьютер «Кидкол». И Генри Чамберс был на похоронах Тиффани Меллорс.
– Ничего себе! Вот это да!
– И Хелен Смарт написала мне только вчера о… Ну, я почти уверен, что мальчик, которого здесь сожгли, частенько обжигал своего одноклассника, мальчика, обращавшегося в «Кидкол» за помощью.
– Твоим подружкам в этом деле словно медом намазали, – сказала Наташа.
Ньюсон промолчал.
Они вместе ушли с места преступления, и Ньюсон проводил Наташу до машины. Нагнувшись, чтобы сесть за руль, она изменилась в лице, как будто от боли.
– Наташа, у тебя травма. Что с тобой?
– Ничего. Все в порядке, – ответила она и закрыла дверь.
Возможно, раньше Ньюсон бы так просто не отстал и потребовал объяснений. Но не теперь. Все в прошлом.
Ньюсон попросил местных полицейских подбросить его в город. Он чувствовал, что нужно торопиться.
«Твой парень набирает обороты, да? Лови его быстрее, пока он не поубивал половину школьников Лондона».
Это слова Джеймсона. Казалось, он тоже в этом не сомневался. Что еще знал Джеймсон? Что он задумал? Ньюсон чувствовал, что нужно обязательно поговорить с ним, снова встретиться с бывшим детективом из Нью-Йорка лицом к лицу.
– Отель «Росситер», Марбл-Арч, – сказал он водителю.
Пока они ехали, Ньюсон пытался сосредоточиться на убийствах, придать форму подозрениям, которые кружились у него в голове. Но его преследовали мысли о Наташе и ее тайной ненависти, которую она копила все то время, пока он сильнее и сильнее в нее влюблялся.
«Она думает, что ты больной, мерзкий и мелкий кобель, и если ты не умеришь свой пыл, она обязательно донесет на тебя за домогательства. Понял, ты, мелкий озабоченный ублюдок?»
Как он мог этого не замечать? Неужели он что-то упустил в их общении? Не замечал ее неприязни? Не уловил, что она недовольна?
Нет, ничего в голову не приходило.
Оказавшись у «Росситера», Ньюсон вышел из патрульной машины и спросил у портье, у себя ли мистер Джеймсон. Казалось, ему повезло. Ночной портье, только что заступивший на вахту, сказал, что ключа Джеймсона нет в ящичке и он, должно быть, в номере. Однако на звонок никто не ответил.
– Может быть, он спит, – предположил портье.
– Тогда разбудите его.
– Извините, не могу.
– Это полицейское расследование. Проводите меня в его номер, – сказал Ньюсон, показывая свой жетон, и они пошли к номеру Джеймсона.
– Дайте мне запасной ключ, и я верну его, когда закончу, – сказал Ньюсон.
Портье неохотно протянул ключ, и Ньюсон вошел в дверь номера люкс. Здесь были гостиная, ванная комната и спальня.
– Роджер, – негромко сказал Ньюсон, вглядываясь в полумрак комнаты. – Роджер, ты здесь?
Тишина. Ньюсон включил свет и прошел по всему номеру. Джеймсона не было.
Вернувшись в гостиную, Ньюсон подошел к столу, заваленному бумагами и надписанными фотографиями. Стена за столом и зеркало были облеплены записками. Ньюсон узнал признаки частного расследования, и у него кровь в жилах застыла, когда он увидел на столе Джеймсона следы собственного следствия.
Здесь были фотографии группы девочек из школы Тиффани Меллорс; несколько лиц были обведены в кружок, включая лицо Тани Вэддинэм. Были вырезки из газет и компьютерные распечатки, содержащие детали убийства Фарры Портер. Была и сделанная телевиком фотография ее соседей: мистера и миссис Ллойд и их австралийской няни. Фотографии Гельдштейнов валялись рядом с фотографиями амбара Годдарда и казарм, в которых служил мичман Спенсер. На полу и под столом лежали папки и коробки. Ньюсон вытащил первую коробку с пометкой «Бишоп». Внутри он обнаружил полное досье по убийству в Уиллздене вместе с копиями своих личных писем на эту тему. На дне коробки он обнаружил старый школьный циркуль.
Ньюсон сел за стол. Главное – понять, собрал ли Джеймсон этот материал после убийств из ревностного интереса к делам Ньюсона или же до убийств, составляя планы того, что собирался сделать? И вдруг он увидел, возможно, самую важную подсказку.
На столе Джеймсона стоял закрытый ноутбук «Эппл Макинтош», прикрытый фотографиями и листами бумаги.
Джеймсон соврал. Он не ходил ни в какие интернет-кафе, у него все-таки был собственный ноутбук.
Ньюсон открыл крышку. Монитор моментально ожил, показав заставку с рыбками. Он отметил, что мигала лампочка подключения к Интернету. Джеймсон имел широкополосное подключение в своем отеле и постоянный доступ к Сети. Ньюсон просмотрел панель меню, открыл поисковую программу и ввел свое имя. Тут же появилось несколько ссылок, и первой была папка с пометкой «Эд».
Внутри была дополнительная папка «Скачанное». Под ней была ссылка на его собственный почтовый адрес. Ньюсон нажал «скачать», и тут же перед ним появились его недавние сообщения. Одно было от доктора Кларк, другое из офиса главного инспектора, а третье – от строителя, с которым Ньюсон обсуждал строительство веранды. Джеймсон имел доступ ко всем областям его жизни. Ньюсон открыл папку «Скачанное» и нашел там все, что получал и отсылал за последние два месяца: сообщения, документы, фотографии следственной экспертизы. Была и фотография «Это я». Ньюсон два раза щелкнул мышкой, и перед ним снова оказалась голая Хелен Смарт.
Он закрыл папку и с трудом сглотнул, пытаясь подавить раздражение. Сейчас не до этого. Нужно кое-что еще посмотреть.
Он снова запустил поисковик и ввел имя «Уилки». Появилось несколько ссылок, и первой была папка. Ее содержимое представляло точную копию его собственной папки, включая ссылку на электронный адрес Наташи и папку «Скачанное».