Лекция 11
Презренный овладевает царством. Последнее сражение света и тьмы
Продолжая рассказ о своем воздействии на персидских царей, ангел сообщает:
«... Итак, я с первого года Дария мидянина стал ему подпорою и подкреплением...» (Дан. 11, 1)
Слово ???? <амди?>, т. е. «мое стояние», «мое пребывание» (в Синодальном переводе – «стал ему»), указывает на постоянное присутствие ангела при Дарии. «Подпора и подкрепление» свыше требовались для того, чтобы внушить Дарию (который, как мы помним, был назначен Киром править Вавилонией) расположение к иудеям, дабы он содействовал мерам Кира по возвращению изгнанников и восстановлению Иерусалима и Храма. Ведь от деятельности местных властей на Древнем Востоке весьма зависела скорость исполнения царских решений.
Вдумываясь в слова ангела, мы начинаем лучше понимать, насколько вся политика Кира и его сатрапов по отношению к иудеям направлялась свыше (II Пар. 36, 23; Ездр. 1, 2–11; 6, 6–13; 7, 21–24; 9, 9; Неем. 2, 7–9; Ис. 44, 28; 45, 1–6).
Переходя к предречению дальнейших событий, ангел говорит:
«...Теперь возвещу тебе истину...» (Дан. 11, 2)
Очевидно, с этого места и начинается изложение записанного в «истинном Писании» (Дан. 10, 21).
Поскольку далее исторические события излагаются достаточно подробно, встает вопрос: насколько их ход и взаимосвязь предопределены свыше? Обязательно ли, например, должны свершиться упомянутые далее беззакония, влекущие за собой различные бедствия? И как можно соотнести такую предопределенность со словами Моисея? —
Жизнь и смерть предложил я тебе, благословение и проклятие. Избери жизнь, дабы жил ты и потомство твое... (Втор. 30, 19)
Ведь все благословения и проклятия, изложенные в Торе, осуществляются в зависимости от верности сынов Израиля завету со Всевышним (Лев. 26, ст. 3–12, 15–17, 27–33; Втор. 28, ст. 1–2, 7, 15, 45, 64–67; 30, 1–5). А среди этих благословений и проклятий есть и обещания побед над врагами при верности завету и поражений от неприятелей при его нарушении (Лев. 26, ст. 6–8, 17, 25, 32–33; Втор. 28, ст. 7, 10, 25, 33, 36–37, 41, 48–52, 68; 30, 7).
Итак, смены царств, господствующих и над Святой землей, и над потомками Израиля во всех местах их расселения; и войны, и победы – все это зависит от исполнения или нарушения воли Божьей Его народом. В то же время, главы 11–12 Книги Даниила излагают грядущие исторические события как нечто предопределенное, неотменимое, как реализацию ясно выраженных предначертаний Господних.
Как же увязать такую предопределенность событий с утверждениями Торы о свободе выбора?
Здесь мы встречаемся с одним из сложнейших теологических вопросов: о соотношении предопределения Божьего со свободой воли человека. Над этой проблемой размышляли величайшие мудрецы всех эпох. Но, какой бы ответ каждый из них ни предлагал, все они утверждали, что у каждого человека есть возможность в любое время и при любых обстоятельствах быть верным Богу и исполнить Его волю. Ибо ход мировых событий не сковывает свободы нашего выбора относительно исполнения или нарушения заповедей.
Иисус, сын Сирахов, свидетельствует об этом так:
Он от начала сотворил человека и оставил его в руке произволения его.
Если хочешь, соблюдешь заповеди и сохранишь благоугодную верность.
Он предложил тебе огонь и воду: на что хочешь, прострешь руку твою.
Пред человеком жизнь и смерть, и чего он пожелает, то и дастся ему. (Сир. 15, 14–17)
... Возвратимся теперь к конкретным пророчествам о судьбах Персидской империи. Ангел предвещает Даниилу:
«... Вот еще три царя восстанут в Персии.» (Дан. 11, 2)
Эти «три царя», как нам известно, – важнейшие из правителей страны после Кира (выражение ????? ???? <йаамду? ле-Фара?с>, «встанут для [защиты] Персии», может относиться лишь к сильным царям – защитникам своего народа). К таким важнейшим царям относятся трое: Дарий Гистасп (522–485 годы до н. э.), Ксеркс I (485–465 годы до н. э.) и Артаксеркс I (465–424 годы до н. э.), причем все трое правили подолгу, в отличие от прочих Ахеменидов (представителей той же династии).
«... Потом четвертый превзойдет всех великим богатством, и когда усилится богатством своим, то поднимет всех против царства Греческого.» (Дан. 11, 2)
Понятно, что выражение «еще три царя» в начале рассматриваемого стиха исключает современника Даниила – Кира: последующие три выдающихся правителя появятся после его царствования. Под «четвертым» царем подразумевается четвертый не по счету (от Кира), а по значимости: этот последний царь из династии Ахеменидов запомнился потомкам уже тем, что сражался против Александра Македонского – и тем обессмертил свое имя.
Весьма интересно, что слово ????? <йааши?р>, «обогатит(ся)» (Синодальный перевод: «превзойдет богатством») – того же корня, что ???? <асара?>, «десять», и может поэтому пониматься как «завершит десятку». И, действительно, последний Ахеменид, Дарий III (336–331 годы до н. э.), был как раз десятым по счету – «завершающим» представителем своей династии.
Не считая самозванцев и быстро сходивших со сцены узурпаторов, предшествующие девять царей – это Кир, Камбиз, Дарий I, Ксеркс, Артаксеркс I, Дарий II, Артаксеркс II, Артаксеркс III и Арс.
Но возвратимся к буквальному смыслу стиха: четвертый царь «... превзойдет всех великим богатством.». Это понятно, ведь сокровища, собранные всеми предыдущими Ахеменидами в течение их более чем 200-летнего правления огромной империей, достались последнему царю – Дарию III, который и надеялся с их помощью вооружить достаточное войско для отпора Александру Македонскому.
Плутарх в «Сравнительных жизнеописаниях» сообщает:
В это время Дарий двигался из Суз по направлению к морю. Он полагался на численность своего войска (под его началом было шестьсот тысяч)... («Александр», XVIII)[12]
Столь огромное, особенно для древнего мира, войско царь мог собрать только благодаря своим баснословным богатствам. О них Плутарх говорит следующее:
Александр овладел Сузами, где нашел в царском дворце сорок тысяч талантов в чеканной монете, а также различную утварь и бесчисленные сокровища. Обнаружили там, как рассказывают, и пять тысяч талантов гермионского пурпура, пролежавшего в сокровищнице сто девяносто лет, но все еще сохранявшего свежесть и яркость. Персидские цари хранили в своей сокровищнице сосуды с водой, привезенной из Нила и из Истра, что должно было свидетельствовать об огромных размерах персидской державы и могуществе власти, покорившей себе весь мир. (Там же, XXXVI)
Приведенный отрывок – свидетельство небывалых богатств Дария III. Вес «таланта» в древнем мире колебался от 26 до 36 с лишним килограммов. Взяв приблизительную среднюю величину – 30 кг, мы насчитаем в сокровищнице Дария II тысячу двести тонн золота только в чеканной монете! Кроме того, сообщение о пурпуре, хранившемся в казне «сто девяносто лет», т. е. практически весь период власти Ахеменидов, указывает на то, что сокровищница со времен Кира не разграблялась, и богатства в ней только умножались на протяжении двух веков.
Все это подтверждает пророчество Даниила о царе, который «превзойдет всех великим богатством». Именно понадеявшись на богатство (в Синодальном переводе – «усилится богатством своим»; в оригинале – глагол ??? <хаза?к>, означающий «укрепиться [чем-либо]»), Дарий III и был уверен в своей победе.
Однако вышло наоборот – далее говорится об Александре:
«... И восстанет царь могущественный, который будет владычествовать с великою властью, и будет действовать по своей воле.» (Дан. 11, 3)
12
Здесь и далее Плутарх цитируется по изданию: Плутарх. Сочинения: Пер. с древнегреч. – М.: Худож. лит., 1983. – (Б-ка античной лит-ры).