- Смелее, - ободрил Сумачако воина. - Говори что знаешь, я пойму.
- Ревун сказал, что сами они размножаться не умеют, - Мишо ожесточенно почесал затылок. - А как же не умеют, если я ему как раз это место головешкой и прижигал? Говорил, что им помогали темные браться. И с тех пор, как адептов не стало, ревуны вымирают. Те, что пришли сюда - весь народ вонючих тварей, и все они очень старые. Поэтому, говорит, вы нас и побеждаете, а иначе мы убили бы вас всех.
- Значит, их осталось несколько сотен... - прикинул жрец. - Хорошие новости, уж скоре бы уроды перевелись. Еще что он сказал? Ты спрашивал о крабах, моллюсках, карликах и пориаках?
- Карлики - народ с побережья Лантика. Слуги Зверя держат в заложниках их семьи. Крабы морской народ, но с ними умеют говорить только пориаки. Их у Зверя как песка на берегу Лантика, так сказал ревун. Моллюски... Он называл их рьен-моол.
- Рьен-моол, - повторил жрец. - Звучит лучше, чем выглядит. Так что ты узнал про этих силачей?
- Они в самом деле моллюски. Носят с собой раковины, они лежали в джунглях. Им нужна вода, причем соленая. Поэтому соль они тоже принесли с собой.
- Надеюсь, они не засолят наше озеро? - испугался Сумачако.
- Не знаю, - протянул воин. - Про это ревун ничего не сказал... Эх, верховный жрец, если бы мы знали! Надо было отрезать их от джунглей, и тогда на равнине, под солнцем, они не продержались бы долго!
- А мы продержались бы долго? - меланхолично спросил Сумачако и немного помолчал. - Все это очень ценно, то, что ты узнал. Но спрашивал ли ты про пориаков? Я знаю, что они тоже очень нуждаются в воде.
- И пориаки морской народ. Они ближе всех к Зверю, могут со всеми говорить, даже с Хозяином. Они как рыбы, и могут дышать под водой, отдыхают в реках. А вот про Зверя ревун ничего не знает. Так и сказал перед смертью, много раз сказал.
- Я верю, что ты старался как мог.
Жрец помолчал опять, глядя на луну. Потом посмотрел на Ларимму и обнаружил, что она не спит, а с любопытством прислушивается к разговору. Что ж, пусть, от этого не произойдет ничего, кроме пользы.
- Как ты думаешь, Мишо, где прошла к нам эта армия морских существ? Ведь западные джунгли отделены от Лантика великой пустыней, что пришла с севера.
- Чуть не забыл! - воин даже подскочил. - Ревун сказал, что Зверь настолько могуч, что прислал из Лантика огромную волну, которая смочила пустыню! Войско шло среди озер! Пока песок победил воду, прошло время, они успели.
- Может быть, Зверь устал?
- Про это ревун ничего не сказал.
Зверь, который умеет присылать из Лантика такие волны, что они перехлестывают пустыню и достигают джунглей... Сумачако попробовал представить себе это явление и не смог. Песок пожирает воду, сколько ни дай, как можно создать на нем озера?
- Почему же они не пошли через Квилу? - вдруг спросила Ларимма. - Чиптомака и Салакуни рассказывали, что река доходит в своих Верховьях до самого Большого Болота, а оттуда до Чамка-Ти дня три пути, я сама сколько раз ходила!
- В самом деле, - жрец посмотрел на Мишо. - Зачем Зверю пришлось вести армию через пустыню? Может быть, он не хотел терять время... Чтобы идти через Квилу, надо много воевать. Ревунов и карликов перебили бы там всех, верно?
- Верно, - согласился воин. - Значит, у Зверя не такая уж могучая сила. А еще ревун сказал, что в джунглях погибло много крабов. Тот сломал лапу, другой заболел - они тут же их съедают. Не умеют охотиться на суше, сказал ревун, поэтому всегда голодные.
- Крабы в джунглях погибают... - протянул жрец. - Но в озере им будет хорошо. И для моллюсков есть вода, а неподалеку соль. Они будут размножаться здесь.
- Что же делать?!
- Торопиться убивать. Надо больше воинов, а нападать будем из засад.
- Скорее бы пришел Салакуни, - вздохнула Ларимма, снова вытягиваясь на земле. - Принесет амулет и станет еще сильнее. Он прогонит пришлых чудовищ.
- Как я мог забыть! - вскочил жрец. - Да, остается только надеяться. Мишо, а ревун не сказал, как воины Зверя поступят с пленными и теми, кто останется жить под их властью?
- Я не спросил... - виновато развел руками воин.
4
Не все жители Озерной страны отправились воевать с пришельцами или прятаться на островах. В большей степени это коснулось жителей западного побережья, куда вышла армия Зверя, и южного, города которого первыми подверглись набегам ревунов. Шерешенцы почти все ушли из своего города, мужчины - воевать, семьи - скрываться.
Воры, которых в Шерешене, самом большом городе Озерной страны, всегда было много, с утра собрались на рыночной площади и в открытую посмеивались над жителями, запиравшими остающийся скарб на все замки. Напрасно храмовники подходили к ним и предупреждали, что за все проделки им придется жестоко заплатить. С некоторых пор, а именно с того дня, как Двенадцать покинули свои храмы и установили власть в селениях, профессия вора стала слишком опасной, чтобы бояться пустых угроз.
Когда лодки отчалили, а тучи пыли, поднятые прошедшей через город армией, стали оседать, воры принялись за дело. Сначала они трудились в поте лица, перетаскивая награбленное в тайные схроны у прибрежных скал. Потом, изрядно разбогатев на дармовщинку выпив, начали ссориться, драться, то есть веселье полилось через край. К середине дня Шерешен запылал. Отступившие от огня к морю грабители продолжили веселое пиршество. По присущей людям этого сословия непредусмотрительности, они и не подумали прятаться.
Утром первые проснувшиеся обнаружили себя окруженными крабами. Кое-кто из воров закончил прошедшей ночью свою жизнь с ножом в спине, и теперь, к ужасу их собратьев, чудовища с аппетитом разрывали трупы. Воры сбились в кучу, попытались уйти вдоль воды, но щелкающие клешнями крабы загнали их обратно.
Удивительные существа вовсю обживали берег. Они учились добывать рыбу и озерных животных себе на пропитание, но пока больших успехов не добились, и поэтому предпочитали иметь запас провизии в виде нескольких десятков людей.
Пориаки, побродив по Шерешену, покинули город, не найдя в нем ничего для себя интересного. Теперь, командуя большой группой рьен-моол, рыбоподобные существа собрались вокруг храма. Почти все завалы быстро были разобраны, и вскоре пориаки уже колдовали над пультом в комнате верховного жреца храма Поленша, стараясь разобраться в управлении древней магией. Ведь именно за этим прислал их сюда Зверь, покоящийся до поры в Лантике.
В сотне шагов от скалы начиналась узенькая бухта, которая, петляя среди очень похожих на храмовую скал, могла привести пловца к озеру. Противоположный берег Чамка-Ти можно было рассмотреть лишь в очень хорошую погоду с высокого места. Сегодня над серединой великого озера клубился легкий туман, так что даже острова, вытянувшиеся редкой цепочкой вдоль южного побережья, едва виднелись.
Несколько пориаков пришли туда вместе с большой группой крабов прямо по дну озера. Оно вовсе не было необычайно глубоким, как предпочитали считать никогда не нырявшие туда, опасаясь крокодилов, озерцы. Часть островков оказалась покинутой беженцами, а вот на двух других действительно решили дождаться утра. Вместе с первыми лучами солнца из воды вышли враги, и беженцы стали пленниками.
Между тем мудрые пориаки, хорошо проинструктированные Зверем, наконец нащупали способы управлять древней магии. Пройдя по цепочке, они установили примерное местонахождение остальных одиннадцати храмов, два из которых, впрочем, уже были захвачены. Однако для того, чтобы разбудить настоящую магию, великую, ту, что скрывалась под волнами и толстым слоем ила, требовалось занять их все.
Пориаки высыпали из храма, бросились к крабам, ревунам и рьен-моол, стали торопить, подгонять их. На островах захватчики нашли много лодок, на которых разумные моллюски и крабы могли передвигаться куда быстрее, чем по земле или даже дну. К вечеру все храмы оказались в руках пориаков, которые закрыли двери и приступили к главному таинству.