Тем не менее, мы все кинулись освежиться в океане. Вода действительно оказалось очень тёплой, но… освежиться в океанской воде не получилось. Нас сначала удивил тот факт, что никто не купается. Причина этому стала мне сразу понятна, как только я сам сунулся в воду. Проблема пустоты побережья не была связана с акулами, хотя периодически и случались случаи нападения акул на человека. Причиной пустоты пляжа в вечернее и ночное время оказался коралловый риф!!! Да, да, именно коралловый риф! Всё дело в том, что вечером, а тем более, ночью в воде ничего не видно. Моя попытка искупаться закончилась неудачей, так как двигаться ночью в воде при наличии коралла в принципе невозможно без того, чтобы не пораниться, или даже сломать себе руку или ногу. Я ничего себе не сломал, но в нескольких местах поранился о кораллы. В темноте каждый шаг в коралловом рифе — шаг в неизвестное!
Ты можешь провалиться одной ногой в довольно-таки глубокую яму или удариться об острые выступы коралла. Данное обстоятельство несколько расстроило меня и всех остальных, и нам ничего не оставалось, как вернуться «не солоно хлебавши», точнее — не искупавшись!
Наутро следующего дня, вооружившись опытом предыдущего вечера, мы все сначала отправились в спортивный магазин, в котором загрузились специальной обувью, перчатками, ластами и масками, и уже во всеоружии отправились на пляж отеля. На этот раз, при солнечном свете и при такой амуниции всё прошло замечательно! Я впервые видел живой коралл и его обитателей, так что, как только находил свободную воду среди коралловых зарослей, с крайним любопытством наблюдал за жизнью этого удивительного организма-мегаполиса и его «квартирантами»!
Кроме разноцветных обитателей коралловых рифов, мне удалось наблюдать и небольшую морскую черепаху, которая не захотела позировать для моего фотоаппарата и быстро удалилась из моего поля зрения. Для пробы я купил несколько одноразовых фотоаппаратов для съёмки под водой, которые совсем не оправдали надежд. Позже, когда я проявил уже в Сан-Франциско плёнки, ничего кроме размытых силуэтов людей, не говоря уже о рыбках, на них разглядеть не удалось. Но тогда я ещё не догадывался о «качестве» одноразовых фотокамер и с вдохновением «щёлкал» обитателей коралловых рифов. Я не находился в воде долгое время, не желая превратиться в «варённого рака», со всеми вытекающими из этого последствия, зато Светлана часами лежала на солнцепёке, обретая океанский загар и несколько дней её невозможно было загнать в воду, чтобы полюбоваться красочными обитателями тамошних вод.
Только за два-три дня до отъезда, она, устав от моих уговоров хоть одним глазом, хоть на одну секундочку взглянуть на жизнь коралловых обитателей, решила всё-таки надеть маску и ласты и окунуться с головой, в прямом и переносном смысле этого слова, в жизнь морских обитателей. И… минута, на которую она согласилась, поддавшись на мои уговоры, растянулась на несколько часов! Её уже невозможно было выгнать из воды и пришлось, чуть ли не силой, вытаскивать её из коралловых джунглей. И все оставшиеся дни её было уже невозможно вытащить из воды, так же, как до этого невозможно было её туда затащить! Она даже совсем забыла о своём загаре…
Кроме посещения кораллового рифа, в один из дней мы отправились на самый большой потухший вулкан Гавайских островов — вулкан Халеакала (Haleakala). Вокруг вулкана создан национальный парк (HaleakalaNational Park) площадью в 118 кв. км, большая часть которого — дикая, нетронутая природа. И вот мы в машине едем к потухшему вулкану острова! От нашей гостиницы ехать пришлось более двух часов, сначала вдоль побережья океана, потом через джунгли, окружающие сам вулкан. Гавайские острова — не только основной центр массового туризма для граждан США, но на них выращивают и тропические фрукты и овощи.
По дороге к вулкану мы миновали огромные плантации растущих прямо из земли… ананасов, да, да, именно ананасов! Я знал, что бананы — разновидность древовидных трав, но я не мог себе предположить, что ананасы растут прямо из земли, как привычная для нас капуста! Так что для меня было открытием, что ананасы относятся тоже к травянистым растениям с колючим стеблем и листьями, в центре розетки которых зреет плод ананаса. Для нас, никогда не видевших, как растут ананасы, огромные плантации последних были чем-то удивительным, наверно, примерно также удивились бы жители экватора, впервые увидев землю, покрытую снегом или падающие с неба снежинки. Но, как говорится, каждому своё, кого-то удивляют растущие из земли ананасы, а кого-то падающие с неба холодные снежинки.
С несколькими недолгими остановками мы добрались до пределов национального парка. На въезде в парк работница парка, принявшая плату за билеты, узнав, что мы хотим подняться на вершину вулкана, сообщила нам, что вершина вулкана в сплошной облачности, что там идёт дождь, и что она не рекомендует нам туда ехать, и пригласила приехать в другой раз. Но у нас не было времени для другого раза и поэтому все дружно повернули головы в мою сторону и, поблагодарив за предупреждение, решили двинуться дальше, возложив ответственность за солнечную погоду на вершине на меня, даже не спрашивая меня об этом!
В воздухе буквально «висел» вопрос — ну что тебе стоит разогнать какие-то «паршивые» облака? Причём, такой настрой был не только у Светланы, но и у Джорджа, который уже был свидетелем некоторых моих дел. Дорога к вершине была довольно-таки узкая и извилистая, Джордж вёл машину на довольно-таки большой скорости, да такой, что Светлану вскоре сильно укачало. В данной ситуации мне не оставалось ничего другого, как разгонять эти сами облака. Когда мы по дороге достигли вершины, всё было буквально залито Солнцем, а облака разбежались во все стороны, видно, испугавшись моего «грозного» вида. Так или иначе, свободная от облаков вершина вулкана была удивительной. Вся вершина вулкана была усыпана мелкими пористыми красновато-коричневыми камушками, чем-то напоминающими пемзу.
Вершина вулкана была практически стерильна, мы не обнаружили на ней никаких следов жизни, за исключением нескольких маленьких кустиков какого-то растения. Создавалось реальное ощущение того, что ты находишься на Мидгард-земле ещё до того, как её покорили первые растения. Налюбовавшись видами вершины вулкана, который возвышался над плывущими ниже облаками, и сделав несколько фотографий, мы отправились в обратный путь. Ощущение первозданности природы усиливалось ещё и тем, что на вершине вулкана кроме нас никого не было. Видно, никто другой не решился ехать дальше к вершине после столь неутешительного сообщения о шапке облаков, полностью закрывшей вершину. Так что нам с этим повезло, так как толпы гуляющих по вершине вулкана туристов испортили бы для нас впечатление о девственности и стерильности природы вулкана…
В один из дней я увидел объявление о подводной экскурсии с аквалангом. Я никогда не нырял с аквалангом, поэтому у меня возникло огромное желание погрузиться, в прямом и переносном смысле этого слова, в подводный мир. Сначала меня поддержали Джордж и Роберт, но когда утром следующего дня нужно было пройти подготовительное занятие с аквалангом в бассейне, со мной отправился только Джордж. После непродолжительных занятий с аквалангом в бассейне, группу энтузиастов-туристов старший нашей группы вывел к берегу океана, где все облачились в «доспехи» для подводного плавания и вошли в воды океана дружною цепочкой.
Конечно, даже в «доспехах» мы не выглядели, как тридцать три богатыря и дядька Черномор, хотя бы потому, что мы погружались в пучину морскую, точнее — океанскую, а они из оной выходили, но это уже детали. Вода вблизи берега была не очень прозрачной, волны, ударяясь о коралл, поднимали со дна и песок, и другие мини-включения, но… как только над головой сомкнулись воды океана, по крайней мере я почувствовал, что очутился в другом мире!
Время практически остановилось, необычайная тишина и… так и потянуло написать «…и мёртвые с косами стоят…», конечно, нам «не повезло», что «мёртвые с косами» нам не попадались. Зато попадалось великое множество разноцветных обитателей кораллового рифа, в основном, рыб, хотя «на крутом вираже» на нас вылетела довольно большая морская черепаха, которая, увидев таких «обитателей» океана, немного растерялась, но быстро справилась с этой растерянностью и понеслась дальше по своим неотложным делам, к моему великому сожалению. К сожалению, мне не пришлось долго любоваться подводной жизнью, так как воздух в моём баллоне странным образом очень быстро исчезал.