Изменить стиль страницы

Большая перемена произошла и с самим доктором Сабомом. Свою научную, во многом статистическую книгу он завершает на религиозной ноте. Он пишет, что, встречаясь лицом к лицу со смертью, люди восприняли многое от Духа и это сохранилось в их жизни. Заключительная фраза его книги — цитата из 1-го Послания апостола Павла к Коринфянам: «Теперь знаю я отчасти, а тогда познаю, подобно как я познан. А теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше» (1 Кор. 13, 12–13).

ГЛАВА 5

Новые научные данные о смерти. — Их оценка. — Что стало яснее и что нет. — У всех ли будет жизнь за гробом? Восприятия за порогом смерти: время и пространство, реальность восприятия, трудность понимания. Функция и материя. — Эмоциональные и ментальные изменения личности. — У личности не две жизни, а одна.

В предыдущих главах говорилось о том, что встретили «по ту сторону» люди, испытавшие временную смерть. Это были описания их наблюдений, изложенные часто их собственными словами, без каких-либо выводов и комментариев. Рассказы правдивы и очень интересны, им хочется верить; однако тому, кто до сих пор никогда серьёзно не размышлял о том, что ждёт его после смерти, трудно вот так сразу принять новые данные. Они противоречат духу нашего времени, и человеку, живущему материальными интересами, кажутся непривычными и неправдоподобными. Кроме того, собранные факты ещё неполны и отрывочны, мы лишь начали их собирать и осваивать. Многое было непонятно и самим людям, поведавшим о своих переживаниях.

Чтобы глубже понять суть и смысл того нового, что сейчас меняет наше миропонимание, необходимо время, однако возникает несколько вопросов, о которых хочется подумать немедленно и получить хоть какой-то ответ. Прежде всего — все ли прошедшие через временную смерть имели описанные восприятия или только часть из них? Все ли свидетельствовали о продолжении жизни после смерти тела? Вопрос этот близко касается каждого из нас. Буду ли я существовать после смерти тела, или моё существование закончится без следа? Мы знаем, что феномен продолжения жизни после смерти тела существует, но у всех ли?

Учёные-медики не смогли дать ответ на это вопрос. К 1980 году было собрано свыше 25000 случаев возвращения к жизни недавно умерших. Кюблер-Росс сообщает, что по её материалам лишь 10 % опрошенных имели ясные воспоминания о пережитом. Другие авторы говорят о 25, 40 и более процентах. Осис и Харалдсон разослали врачам и медсестрам вопросник и получили много ответов. Из 3800 больных, умиравших в полном сознании, более одной трети, находясь на грани смерти, видели разные бестелесные фигуры или, покинув тело, имели те или иные восприятия. Осис и Харалдсон отмечают, что у верующих видения были чаще, чем у неверующих. Все свидетельствуют о том, что их восприятия совпадали с теми, что были описаны выше. Пятилетние дети и 75-летние старики видели и чувствовали одно и то же. Чем дольше они пребывали вне тела, тем ярче и сильнее были их переживания.

Следовательно, лишь меньше половины людей, приблизившихся к смерти, свидетельствовали о потусторонней жизни, большинство же говорило о пустоте, о потере сознания.

Означает ли это, что только некоторые из нас, а не все, обретут потустороннюю жизнь? Объективная наука ответить на этот вопрос пока не может. О потусторонних восприятиях говорят не все. Многие из спрашиваемых не хотели отвечать, опасаясь, видимо, недоверия и насмешек. Да и сами мы, проснувшись утром, всегда ли помним наши сны? Многие восприятия, особенно беспокойные, в памяти не сохраняются.

Христианство даёт на этот вопрос совершенно определённый ответ: душа человека бессмертна и будет жить вечно. Однако качество этой бестелесной жизни у разных людей будет самым различным. Мы приводили выше цитаты из Священного Писания, но позже ещё вернёмся к этому вопросу.

Почти все мы, в той или иной степени, смерти боимся. Как мы умрём? Будем ли страдать? Почувствуем ли боль? Очень ли сильную?

Видимо, на этот вопрос можно ответить вполне определённо. Никто из побывавших «за порогом» и, значит, перешагнувших через «момент» умирания боли не упоминал. Боль отсутствовала. Никаких физических страданий тоже не было. Боль и другие симптомы могли быть вызваны жизнью, но они продолжались только до критического «момента»; ни во время его, ни после их не было. Наоборот, появлялось чувство покоя, мира и даже счастья.

Самый «момент» перехода неощутим. Очень немногие упоминали о кратковременной потере сознания.

Интересно ещё одно. Большинство умиравших некоторое время не знали, что они умерли. Они продолжали жить, слышать и соображать, как и прежде, но оказывались в необычной обстановке — парили под потолком, видели своё тело со стороны и так далее. И только постепенно они начинали подозревать: «А не умер ли я?» Момента смерти перед этим они вообще не воспринимали. Но ведь это понятно и совершенно естественно. Личность продолжала жить, смерти личности не было. Значит, никаких ощущений того, чего не было, и быть не могло.

Вот отрывок одного интервью. Врач расспрашивает возвращённого к жизни пациента о том, как тот умирал: «В какой момент вы потеряли сознание?» Пациент отвечает с раздражением: «Я вообще не терял сознания. Я всё видел и всё помню». Продолжая свой рассказ, он говорит: «Сперва я не сообразил, почему над моим телом столпились, мне и в голову не пришло, что я мёртв… Никакой боли… смерти бояться нечего».

Исчезновения, небытия нет, а есть переход из одного состояния в другое, и переход этот безболезнен и сам по себе неощутим. Меняется обстановка, меняется характер восприятий, и только тогда приходит понимание: «Я умер».

Приятно сознавать, что в критический момент не будет ни боли, ни каких-либо неприятных ощущений, но сразу возникает следующий вопрос: Ну а потом? Что будет со мной потом?

Почти все имевшие опыт загробной жизни говорили о мире и покое. Они были окружены любовью и чувствовали себя в безопасности. Можно ли надеяться, что это относится ко всем и что никому из нас после смерти тела ничто дурное не угрожает? Наука ответить на этот вопрос не может; добытые ею сведения говорят не о загробной жизни, а лишь о её начале, о первых минутах, редко — о часах после перехода.

Большая часть описаний этих первых минут действительно носит светлый характер, но далеко не все. Мы уже упоминали жуткие видения ада в сообщениях Ритчи, Бетти Мальц и пациентов Муди и Сабома. Рассказы возвращённых к жизни самоубийц тоже безрадостны. Кроме того, известно, что неприятное нередко забывается, а трудные и нежелательные переживания вытесняются из памяти в подсознание.

Об этом пишет доктор Морис Роулингс в книге «За вратами смерти» (описание этого случая приводится по книге Тима Лагея «Жизнь за гробом»). Он был озабочен тем, что сообщения Муди, Кюблер-Росс и других создают ложное впечатление. Не все восприятия перехода приятны. Он рассказывает историю своего пациента, который после остановки сердца попал в ад. В процессе реанимации он несколько раз приходил в себя, но сердце снова останавливалось. Когда он оказывался в нашем мире и обретал дар речи, он продолжал видеть ад и в ужасе умолял врачей ускорить оживление. Спустя два дня у больного не осталось никаких воспоминаний о происходившем. Он всё забыл, как будто никогда не был в аду и никакого ада не видел.

После перехода личность попадает в новые условия существования. «В загробном мире, — пишет Ритчи, — все законы материи нарушены. Там можно проходить сквозь стены, не чувствовать прикосновения, «моментально» перелетать. Видимо, переступив порог смерти, личность вступает в какие-то иные отношения со временем и пространством. «Я могла мгновенно переноситься в любое место по своему желанию».

О времени, когда умиравшие были за порогом, никто не говорил и, видимо, не думал, будто его и вовсе не было, Потом оказывалось, что просмотр всей жизни, длительные видения, встречи и разговоры продолжались одну-две минуты земного времени, может, и того меньше. О «сжатии времени» в снах пишет Фрейд и приводит примеры длинных и сложных сновидений, занимавших менее одной минуты земного времени.