— Страшное уже случилось, — напомнил я. — Так что нет никаких оснований скрывать что-либо и дальше. Сколько раз приходил к вам Танев?
— Но ведь я уже говорила вам…
— Да, но мне показалось, что это еще не все… А теперь подумайте хорошо и скажите точно: сколько раз приходил к вам Танев?
Мими нервно погасила сигарету в пепельнице, стоявшей на радиоле. Но это дало ей всего-навсего пять секунд отсрочки. Она посмотрела — на меня, потом на радиолу:
— Ух, какой вы… Дважды я с ним виделась… А с тем случаем, вечером, — три раза…
— А теперь расскажите подробно о каждой встрече: когда виделись, где виделись, что Танев вам говорил, что вы ему отвечали! И не опускайте никаких подробностей!
Мими хотела было отделаться чем-то вроде своего «ух, какой вы», но, поняв по выражению моего лица, что мне не до шуток, перевела взгляд на свои элегантные черные туфельки. Вообще Мими довольно элегантная женщина, со вкусом. Правда, о домашнем уюте она ни капли не заботится. Формы у Мими чуть-чуть пышнее, чем того требует сегодняшняя мода, но, может быть, именно это нравится старикам. Лицо приятное, даже милое, слегка усталое или апатичное. Что поделаешь! Человек «живет»…
— О первой встрече я уже упоминала: он хотел узнать все о Медарове. «Приходит каждый вечер, — говорю. — Спрашивает о тебе, выпивает рюмку-другую мастики, потом молчит как пень, сидит. Где его квартира и с кем он встречается — не знаю». — «Узнай, — велел принц, — и, когда приду опять, расскажешь». А когда пришел во второй раз, даже не спрашивал обо всем этом…
— Куда пришел? Опять в аптеку?
— Нет. Не в аптеку, и, вообще говоря, не пришел, а вызвал меня по телефону. Сказал, что звонит из автомата в судебной палате. Я отправилась туда. Он только поинтересовался, придет ли Медаров вечером. «Наверное, придет, — говорю. — Он каждый вечер припирается». Тогда принц дал мне бутылочку. «Нальешь этого ему в мастику, — говорит, — чтобы заснул. Нужно любой ценой осмотреть его карманы». Я хотела отказаться, но Танев так посмотрел на меня, что я согласилась. «Когда он заснет, — продолжал принц, — ты сразу вызовешь меня. Я буду ждать в «Золотой грозди». Это была вторая встреча…
![Искатель. 1971. Выпуск №4 i_009.png](https://litlife.club/books/132308/read/images/i_009.png)
— Когда именно?..
— Да с месяц тому назад… Или чуть раньше… Я как раз получила зарплату…
Мими умолкла и осмотрелась. Я достал сигареты. Закурили.
— Ну, а потом? Мими жадно затянулась.
— Вечером пришел Медаров. Я угостила его мастикой. У меня всегда стоит бутылка мастики специально для него. Сама я терпеть ее не могу. Конечно, я вовсе не собиралась ничего подливать ему в рюмку. Принц сказал — заснет, но откуда я знаю, на какое время он заснет и проснется ли вообще. Я фармацевт и знаю, что такими вещами не шутят. Я не только не стала подливать ему этой жидкости в мастику, но прямо сказала Медарову, что у меня предчувствие, будто его жизни что-то угрожает и что ему лучше прекратить эти постоянные визиты. «Ты видела Танева!» — крикнул старик. «Не видела я никакого Танева. Просто у меня такое предчувствие. А вы поступайте как знаете». Медаров, наверное, понял или хотя бы заподозрил что-то и с тех пор не приходил.
— А Танев?
Мими снова дважды затянулась сигаретой, затем положила ее в пепельницу.
— Таневу я соврала. Найдя его в «Золотой грозди», я сказала, что Медаров, видно, что-то заподозрил, потому что не пригубил даже рюмку и быстро ушел.
— И Танев поверил?
— Откуда я знаю, поверил или нет. Во всяком случае, ничего не сказал. С тех пор я его не видела.
— Вы в этом уверены?
— Абсолютно.
— А что вы сделали с бутылочкой?
— Должна быть где-то здесь…
Мими наклонилась и начала искать бутылочку в сопровождении совершенно неуместного сейчас «ча-ча-ча». Минуту спустя она достала из-под кучи тряпья маленькую бутылочку с прозрачной жидкостью и подала мне.
— Надеюсь, содержимое в ней то же, — пробормотал я, пряча бутылочку в карман.
— Ух эти следователи! Человек вам все рассказывает, как на исповеди, а вы…
— Ладно, ладно… — остановил ее я. — Итак, у вас сложилось впечатление, что Танев и Медаров ненавидят друг друга?
— Еще как! Оба прямо налиты злобой друг к другу, так и кипят от ненависти… Они только ждали подходящего момента…
— Для чего?
— Чтобы свести счеты. Медаров не раз повторял, что хочет рассчитаться с Таневым. А Танев хотел найти что-то в карманах Медарова…
— Ясно, — кивнул я. — А как вы объясните, почему Медаров так быстро свернул знамена?
— Почему свернул? — удивилась Мими. — Я говорила, что он перестал приходить, но это не одно и то же. Перестал приходить он, но зачастил другой.
— Конкретнее, пожалуйста. До меня долго доходит.
— Все вы делаете вид, что до вас долго доходит. Пока не вытянете из человека все, что вам нужно. Конкретнее вам может рассказать Вера. Вы ведь были у нее? Но она небось об этом не говорила…
— А-а, пустяки, — пробормотал я с привычным добродушием, — может, так оно и лучше. С вами говорить приятнее. Ну так что же?..
Мими наклонилась ко мне:
— Как только перестал приходить Медаров, появился этот, молодой Андреев. Когда он пришел впервые, я была дома одна. «Мне нужен товарищ Танев», — говорит. «Если вы ищете товарища Танева, почему не позвонили один раз, как указано на табличке?» — спрашиваю. «Я слышал, что он в отъезде». — «А раз так, то зачем пришли?» — «Хочу узнать, когда он вернется». — «Мне это неизвестно, — говорю. — И вообще, звоните три раза, когда придете ко мне лично». И закрыла за ним дверь. А через два дня увидела, как он выходит из Вериной комнаты. «Познакомьтесь, — сказала Вера. — Товарищ Андреев, инженер-электрик…»
— Инженер-электрик?
— Что тут удивительного? — подняла брови Мими. — Инженер-электрик не такая редкость, это вам не космонавт.
— Дальше?
— А дальше ничего. Но я уверена, что его послал Медаров. Потому что только он перестал приходить, как появился Андреев. Он к Вере ходит…
— А вы что, ревнуете?
— Как же, ревную, — презрительно скривила губы Мими. — Осточертели мне мужчины.
— Разгоните их, если осточертели, — посоветовал я. — Начните с принца.
— Я так и думала сделать. Собиралась, а потом, как задумаешься… Жизнь одна, ее нужно как-то провести…
— Почему как-то? Почему не хорошо, а как-то?..
— Ах… — Мими виновато взглянула на меня. — Разве всегда знаешь, что хорошо, а что плохо?..
— То есть как так не знаешь? — удивился я, — Неужели вы этого не знаете?
— Выходит, не знаю. А вы знаете?
— Конечно. Разве вы забыли, чему учились в школе?
— Ну, в школе!.. — Мими снисходительно улыбнулась.
— Да, в школе. Самые простые истины усваиваются как раз в школе… и это не мешает им оставаться нужными истинами.
— Надеюсь, вы напомните мне некоторые из них… — так же снисходительно улыбнулась Мими.
![Искатель. 1971. Выпуск №4 i_010.png](https://litlife.club/books/132308/read/images/i_010.png)
— А почему бы и нет? Лишь бы вы этого хотели. — И я начал подчеркнуто менторским тоном: — Хорошо, к примеру, регулярно убирать в комнате, а не жить в беспорядке. Беспорядок вообще нельзя допускать ни в чем. Хорошо, когда человек умеет приятно отдохнуть, но, если отдых утомляет, это уже плохо. Хорошо, если у тебя есть настоящий друг, а не товарищ по застолью, собутыльник… Мне продолжать?..
Мими сидела, сжавшись в комок. Из радиолы все еще доносились синкопы какого-то джаза.
— Да-а… — протянул я, чтобы нарушить молчание. — Жизнь одна, говорите вы. Но одна жизнь — это не мелочь. Особенно если учесть, что другой нам не дано.
Мими молчала, не сводя взгляда со своих элегантных туфелек.
— Вы, например, уверены в своей честности, ибо не способны подсыпать кому-нибудь яду. А честны ли вы по отношению к самой себе? Думаете ли вы о яде, который пьете сами? Жоры, бутылки, драки и все такое — хорошо. А потом?..