28 июля эта дивизия прибыла. Она состояла из двух стрелковых полков и двух артиллерийских дивизионов и называлась 3-й Ленинградской стрелковой дивизией народного ополчения. Третий полк с дивизионом остался в районе Сиверской. Командовал соединением Герой Советского Союза полковник В. Г. Нетреба, комиссаром был бывший заведующий военным отделом Ленинградского обкома партии Д. Н. Соболев.
С подходом дивизии ленинградских ополченцев оборона на реке Тулоксе стала более прочной. В одной из оперативных сводок Южной группы говорилось: "В ночь на 3 августа в районе деревни Сяндеба произошел бой между подразделениями 2-го стрелкового полка 3-й дивизии и частями белофиннов численностью до батальона. Зайдя в тыл противника, наша атакующая группа уничтожила 12 автомашин и небольшой палаточный городок. Было убито 4 офицера и 12 шоферов машин.
Подразделение, охранявшее гараж и палаточный городок, разбежалось. Деревня Сяндеба была окружена. В этих боях многие бойцы и командиры показали высокие образцы в выполнении боевых приказов. Бойцы А. П. Хороший, А. В. Самоходов, Н. В. Трусилов, К. А. Канурин и И. К. Алабушев были посланы в разведку.
Несмотря на сильный минометный огонь, они удачно зашли во фланг оборонявшихся финнов, затем пробрались в их тыл. Все вернулись обратно и принесли очень ценные сведения о противнике.
3 августа силами до батальона противник снова пытался форсировать реку Тулоксу, но все его попытки были отбиты. К исходу дня 4 августа части 3-й дивизии овладели деревней Сяндеба и тем самым значительно улучшили позиции нашей обороны.
5 августа 2-й стрелковый полк 3-й дивизии вел упорные бои в районе севернее Кукшегоры. 7 августа ему удалось выбить противника из его укреплений. Финны стали отходить в северо-западном направлении. Весь день полк продолжал преследование противника.
8, 9 и 10 августа оба стрелковых полка дивизии вели упорные бои в районе деревни Сяндеба, встречая возрастающее сопротивление противника. Однако они продолжали теснить его на северо-запад..."
16 августа на батальонном командном пункте был тяжело ранен командир дивизии полковник Нетреба. Его отправили в госпиталь в Лодейное Поле. Вместо него командовать дивизией стал начальник штаба 71-й дивизии полковник 3. Н. Алексеев.
В Южной оперативной группе произошли некоторые изменения. Мотоциклетный полк был преобразован в 719-й стрелковый, и вместе с 452м полком он вошел в состав вновь созданной 67-й стрелковой дивизии.
2 сентября в Лодейное Поле начала прибывать по железной дороге 314я дивизия. Предполагалось, что два ее полка сменят на позициях 3ю дивизию народного ополчения, нуждавшуюся в пополнении и отдыхе. Но 314я не успела полностью сосредоточиться у Тулоксы.
Бои на реке Тулоксе продолжались 42 дня.
Противник сосредоточил на олонецком направлении четыре пехотные дивизии. Сюда же пришла и пополнившаяся 163я немецкая дивизия, и только что сформированная 1я финская бронетанковая бригада. Здесь действовали три отдельных егерских батальона и около трети всей артиллерии финской армии. Надо было ждать наступления.
И оно началось 4 сентября. Неприятель своим 6м корпусом форсировал Тулоксу, прорвал нашу оборону и стал быстро продвигаться в восточном направлении. 5 сентября он занял Олонец, а через четыре дня подошел к реке Свирь в районе Лодейного Поля.
314я дивизия оказалась очень кстати. Она заняла оборону по левому берегу. Бригада морской пехоты двигалась на указанный ей рубеж берегом Ладожского озера. 3ю дивизию народного ополчения противник отрезал от основных сил Южной оперативной группы. Она продолжала отбиваться, оттянув на себя значительные неприятельские силы. Этим воспользовались части 67-й дивизии и без больших потерь переправились через реку.
Ополченцы стали отходить сначала на восток, а затем на север, к Петрозаводску. Одиннадцать суток двигались они лесными тропами, через болота и топи, питаясь грибами, ягодами, рыбой, не убранной с полей картошкой, сохраняя кое-какое продовольствие для раненых. А их было около двухсот человек.
Преодолев полторы сотни километров и сохранив при этом часть артиллерии и обозы, 3я дивизия 16 сентября вышла на Кировскую железную дорогу между станциями Таржеполь и Ладва. Через два дня она получила приказ наступать на станцию Токари.
20 сентября ополченцы овладели станцией Токари, сковали здесь 7ю финскую дивизию и вынудили ее повернуть фронт на север. Связанная боем, финская дивизия до 3 октября находилась в этом районе и не могла попасть к Лодейному Полю.
Финны с ходу пытались форсировать реку Свирь. Это им удалось на нашем правом фланге. Они захватили плацдарм в районе от Булаевской до Подпорожья. Три недели тут шли кровопролитные бои. Наши подразделения сражались с невиданным упорством: бойцы понимали, что значила для нас река Свирь. За это время противник продвинулся всего лишь на 8-15 километров. На большее Карельская армия финнов уже не была способна.
В течение сентября и октября противник предпринимал несколько попыток форсировать Свирь. И всякий раз, понеся потери, откатывался на исходные позиции.
18 октября войска 7-й армии предприняли наступление на правом фланге и отбросили неприятеля к Юкковскому озеру. В этих боях показала себя 114я дивизия, прибывшая из резерва Ставки.
К концу октября противник перешел к обороне по правому берегу Свири от Онежского до Ладожского озера. План немецкого и финского командования относительно "мертвого кольца" окончательно провалился.
Последняя попытка захватить Ленинград совместными ударами была предпринята немцами из района Будогощи на Тихвин, а Карельской армией с рубежа Свири тоже на Тихвин. Но об этом несколько ниже.
Почти за полгода войны 7я армия, ведя подвижные оборонительные бои, уступила врагу часть советской территории, отошла на 150-200 километров. Имея ограниченные силы, она измотала и обескровила Карельскую армию финнов и остановила ее продвижение в направлении Ленинграда и Вологды, сохранила за собой восточный берег Ладожского озера, что имело важное значение для организации подвоза через него необходимых припасов для воинов Ленинградского фронта и жителей города.
Частные бои здесь продолжались в течение 1941 года на всей территории от Онежского озера до Подпорожья. Но они уже не вносили заметных изменений в линию фронта, хотя по интенсивности артиллерийского огня и бомбоштурмовых ударов авиации выделялись из ряда так называемых стычек "местного значения".
Вспоминая об этом периоде Великой Отечественной войны, Маршал Советского Союза К. А. Мерецков в книге "На службе народу" писал: "К середине сентября 1941 года обстановка под Ленинградом была очень сложной. На севере - финны. На западе - оккупированная гитлеровцами Прибалтика. На юге - тоже фашисты. На востоке - Ладожское озеро, лишь южный берег которого не был занят врагом - около 90 километров водного пространства по параллели. По этому водному пути и поддерживалась с ленинградцами кое-какая связь".
Не забудем при этом, что продовольствия в городе оставалось очень мало. С 8 сентября жители Ленинграда пользовались лишь теми запасами, которыми располагал горисполком. А это были весьма скромные возможности. Выдача продуктов на душу населения резко сокращалась. И от ладожской водной трассы зависела дальнейшая судьба города на Неве.
Рассказ порученца
Воспитанный в духе требований воинской дисциплины, я без устали штудировал документы объемистого тома, любезно принесенного капитаном Хохлиным. Не забывал и о журнале боевых действий - многие факты, которые здесь привожу, запечатлены в нем. С неослабевающим интересом слушал я и рассказы тех, кто с первых дней войны находился в армии и мог передать личные впечатления.
Как-то в присутствии порученца начальника штаба старшего лейтенанта Осипова я вслух прочитал запись в журнале боевых действий о том, что 3 и 4 сентября телефонная связь и радиосвязь с Южной оперативной группой войск часто прерывалась, а 5 сентября и вовсе отсутствовала. Александр Ефимович Осипов вдруг оживился и сказал: