Зеркало отражает все прожитые годы, но в глазах еще осталась какая-то живость. Та, что, должно быть, горела в них на баррикадах Мюнстера или в крестьянском войске в Тюрингии. Нечто такое, что не смогло потеряться в пути, потому что даже пройденный путь не убил этого. Сумасшествие? Нет, как сформулировал это Перна — просто желание узнать, что будет в конце пути.
У мужчины в зеркале длинные волосы. Да и борода уже чересчур выросла. Одежда не слишком элегантна: явно не венецианские ткани — старые немецкие тряпки.
Отраженное в зеркале лицо почти прижимается к стеклу, пронзающий насквозь взгляд устремлен в небеса, чтобы время от времени проконсультироваться с Отцом Небесным.
— Вчера я спросил у ребенка пяти лет: кто такой Иисус? И он ответил: статуя…
Старый сумасшедший восторженно ухмыляется.
Я нашел анабаптиста.
Письмо, отправленное в Тренто из папского города Витербо, адресованное Джампьетро Караффе, датированное 1 января 1547 года.
Мой внимательнейший и заботливейший господин.
Странное обстоятельство, о котором я собираюсь сообщить вам, потребует надлежащего размышления.
Я знаю наверняка, что «Благодеяние Христа» вновь начало циркулировать на различных рынках. В течение нескольких последних месяцев эта книга продавалась в Равенне, Анконе, Пескаре и даже еще дальше к югу, на Адриатическом побережье. Это значит, распространители передвигаются по морю на судах, способных перевозить определенное количество книг. И мы должны иметь в виду тираж не из нескольких сотен копий, мой господин, а из нескольких тысяч — он так объемен, что верится с трудом, можно ли напечатать его в одной типографии. Учитывая размах распространения, мы должны, без сомнения, иметь в виду типографию в Венеции или в Ферраре, причем продаются книги в государствах, наиболее враждебных усилению римской инквизиции.
Мне известно, что власть Вашей Милости не распространяется на территорию Венецианской республики, но тем не менее может оказаться небесполезным, если мы возбудим подозрения венецианской инквизиции или герцога Эрколе II д'Эсте.
Вообще-то я не считаю, что венецианцы горят желанием, чтобы их сочли людьми, которые позволяют печатать книги, преданные Собором анафеме.
Странная вещь, но здесь, в Витербо, кажется, никто и не догадывается о том, кто стоит за распространением книги. Наиболее вероятным представляется, что кардинал Пол и его друзья на сей раз действительно не имеют с этим ничего общего. Есть причины подозревать, что речь идет о масштабной операции, разработанной блестящим умом, который не принадлежит к кругу спиритуалистов.
Что ж, как известно моему господину, в Венеции нашли убежище многие радикалы из скрытых лютеран. И будет очень полезно собрать как можно больше информации о их деятельности, не возбуждая подозрений у жителей Венеции, которые, как известно, проявляют особую щепетильность, когда Святой престол вмешивается в их внутренние дела.
Целую руки Вашей Милости и надеюсь на Вашу благосклонность и в дальнейшем.
Дневник Q
Витербо, 14 января 1547 года
О Соборе
Император не терял времени. У старого льва еще не затупились когти. Он притащил своих ландскнехтов на юг, в Трентино. А с ними — и ту чуму, которая теперь всегда их сопровождает.
Смысл всего этого вполне ясен: после поражения императорского паладина на Соборе кардиналам придется соблюдать особую осторожность. Этот глупец, папа, начал демонстрировать свое желание договориться с французами.
Но Карл всегда останется Карлом, правителем Священной Римской империи, и никому не удастся плести интриги у него за спиной.
Собор затягивается, его собираются перенести в Болонью, подальше от опасного дыхания ландскнехтов. Так говорят.
О Караффе
Караффе придется стать более осмотрительным: император — не тот человек, который позволит обвести себя вокруг пальца, как он только что продемонстрировал. Возможно, именно поэтому старик медлит вместо того, чтобы бросить инквизицию по следу «Благодеяния Христа», тех, кто его имеет, и тех, кто его отредактировал. Реджинальд Пол по-прежнему дорог сердцу большинства людей, он нравится папе, а еще больше — императору.
Или, быть может, это всего лишь нелепое промедление. Возможно, старик думает, что время еще не пришло — плод не созрел, что гораздо больше рыб должно попасться в его сети, и необходимо, чтобы книга оставалась в обращении.
Но он играет с огнем, так как вместе с книгой распространяются и идеи.
О распространении книги
Кто может быть насколько заинтересован, чтобы отчаянно рисковать, печатая и распространяя «Благодеяние Христа»?
Если Пол и спиритуалисты тут ни при чем, то кто стоит за всем этим?
Торговец, человек или несколько человек, обладающих деловым чутьем? Но с какой целью? Можно хорошо заработать и на печати других книг, не рискуя быть посаженным в тюрьму или лишиться жизни из-за вульгарного изложения кальвинизма?
В этом есть еще что-то, чего я пока не понял. Надо довериться собственной интуиции.
Тициан
ГЛАВА 19
Падуя, 22 января 1547 года
— Вчера я спросил у пятилетнего ребенка: кем был Иисус? Знаете, что он ответил? Статуей.
Заинтересованные лица, едва освещенные свечой. С дюжину студентов сгрудились вокруг единственного источника света, немногие, кто смог побороть сон и презреть суровый устав монастыря. С парой из них я познакомился этим утром в кабинете анатомии после лекции по теологии. Пары фраз, брошенных в коридоре, оказалось вполне достаточно, чтобы они предложили мне пойти с ними в бенедиктинский монастырь и провести там ночь.
Кто такой Христос в разуме простого человека? Статуя. Это богохульство? Нет, потому что желание оскорбить его отсутствует полностью. Значит, это ложь невежи? И это не так. Я утверждаю, что этот мальчик не врал, напротив, он дважды сказал правду. Во-первых, перед его глазами, когда его приучали преклонять колени, всегда было каменное распятие. Что вдохнуло жизнь в этот камень? Что отличает его от остальных? Знание о том, что он олицетворяет. Знание — только оно придает значение миру, вещам и даже статуе. Следовательно, чтобы сделать эту статую живой, мы должны знать Христа. Можно ли сформулировать в нескольких простых словах, кем был Христос? Да, любовью и милосердием. Он Бог, который из-за любви к людям пожертвовал собой на кресте, искупив их грехи, спас их от тьмы ада. И вера в один лишь этот поступок оправдывает людей перед Богом: это то благодеяние, которое Христос совершил ради нас. Благодеяние Христа распятого.
Значит, если знание и любовь делают статую живой, наша задача — взращивать и лелеять эти вещи, как ценнейшие дары, и, более того, бороться с теми, кто отдаляет нас от них.
Это подводит нас ко второй истине, высказанной младенцем. Сейчас мы действительно являемся свидетелями агонии Христа. Не с любовью и не со знанием церковь дает новую жизнь Христу, которого знают дети. Христос становится символом безоговорочного подчинения церковным властям, коррумпированной иерархии Рима, торгующим церковными должностями папе. Он превращается в страх перед божественным наказанием, выводя на сцену «Святую службу». Это — не живой Бог, а действительно статуя, бездушная и немая.
Значит, всем нам придется опять стать детьми, обрести неискушенный ум ребенка, полный мудрости, и вновь открыть в себе милосердие. Новое крещение снова сделает нас причастными к благодеянию Христа.
Уверенные в своей правоте, мы не будем бояться открыто исповедовать истинную веру, даже вопреки лицемерию трибуналов и продажных церковных властей. Именно поэтому я заявляю вам, если кто-нибудь когда-нибудь спросит вас, кто поведал это вам, не бойтесь — скажите ему, это был я, Тициан Креститель.