Просто сохранились в памяти кое-какие сведения из прошлой жизни. Сведения и навыки, которые приходилось применять в определенный период моей жизни.
Ширяй пошел ко мне, протягивая обмотанную какой-то тряпкой руку. Ну что за антисанитария! Я посмотрел на Трантона.
— Тут, вообще, что-то крепче эля есть?
Трантон кивнул головой и отстегнул какую-то фляжку от своего пояса.
— Это делают знахари, — пояснил он, — им поят человека, чтобы он не чувствовал боли.
Я вынул пробку и понюхал содержимое. Крепкий сивушный запах ударил мне в ноздри! Самогон. И это делают знахари? Да я могу тут наладить такой бизнес, что все знахари, вместе взятые, будут нервно курить в туалете. Кстати, о куреве, я уже и забыл, когда курил в последний раз…. Так! Не отвлекаться! Я осторожно размотал тряпицу. Ну, так и есть. Рана воспалилась и сильно покраснела. Сейчас будет сцена из садистских фильмов.
— Сделай глоток из фляги, — сказал я Ширяю, — а потом будет больно, ты уж извини!
Ширяй, испуганно глядя на меня, кивнул головой. Зажмурившись, глотнул, поперхнулся. Если бы я не подхватил флягу, он бы ее, наверное, выронил.
— Чистая тряпка есть? — спросил я Карвина, с интересом наблюдающего за моими действиями.
Тот кивнул головой и достал из сумочки на боку кусок белой материи. Вроде бы чистой. Я оторвал небольшой кусочек, смочил его самогоном и, сжав зубы, протер рану этим самодельным тампоном. Рев Ширяя был подхвачен всей окрестной нечистью.
— Терпи казак, атаманом будешь! — поучительно сказал я, крепко держа руку Ширяя.
Новый тампон был сделан быстро и лег на рану.
— Держи! — приказал я Ширяю. — И не пытайся падать в обморок! Ты не девка, а воин!
После этого, я тщательно замотал руку самодельным бинтом.
— Жестко! — заметил Трантон, вешая флягу снова на пояс. — Это не эльфийское, но, все равно, не знакомое мне врачевание.
— Есть такое понятие — заметил я, — как заражение крови. Знакомо?
Трантон кивнул.
— Чтобы уменьшить вероятность его, надо протирать рану этим средством. Может помочь.
— А может, и нет? — спросил Карвин.
— А может, и нет, — вынужден был согласиться я.
Глава 12
Похороны бандитов много времени не заняли. Да и сама процедура не отличалась изощренностью. Взяли, подняли, бросили в вырытую яму. Яму потом забросали землей и вся недолга! Но вот с обозниками, надо было совсем по-другому. Ритуал похорон в Тароге сильно отличается от того же ритуала на Земле. Хотя я сужу, конечно же, только по православному ритуалу. Есть несколько вещей, которые обязательно надо класть в могилу с умершими или убиенными. Гробы, в данной процедуре, не предусмотрены. Ну, нет у них гробов.
Трагедии начались, когда мы стали складывать тела на телеги. У одного из охранников в этой стычке убили брата. Всю ночь охранник просидел, положив голову брата на колени, покачиваясь и тихо что-то говоря (или, может, молился). Когда к нему подошли Филан с Горгоном с намерением взять тело брата, он вскочил на ноги и выхватил саблю. С искаженным от горя лицом, стражник стал размахивать саблей, крича: — «Нет! Он не умер! Он не может быть мертвым! Не отдам!».
Парни остановились, нерешительно поглядывая на Трантона. Тот, по-моему, и сам не знал, как быть в подобной ситуации.
Сцепив зубы, кривясь от отвращения к себе, я прыгнул к несчастному парню, взял на прием его руку. Сабля отлетела в сторону. Я бережно подстраховал падающего охранника. Страшно смотреть на рыдающего крепкого мужчину.
Старик возчик сидел около тела сына, которого он впервые взял с собой. Он не кричал, не плакал, но сама сгорбленная фигура выражала такую боль и отчаяние, что становилось не по себе. Эта фигура еще долго стояла у меня перед глазами.
Утром же, я поменял повязку у Ширяя. Краснота была уже не такая интенсивная, да и опухоль спала. Карвин, присутствующий при этом, с видом знатока поцокал языком:
— А ведь помогло!
Перевязывая руку свежим полотнищем, я кивнул головой.
После обеда мы услышали приближающийся шум со стороны Трогара. Мы быстро рассредоточились по поляне, заняв удобные позиции за телегами. Я приготовил лук, который нашелся среди товаров и был подарен мне уцелевшим купцом. Но это оказалась помощь, присланная Трогаром каравану. Портан и Жарук браво доложили Трантону о выполнении задания. Они сказали, что бургомистр обещал украсить виселицу цветами. Вообще, церемония повешения будет обставлена на должном уровне.
К сожалению, мы не могли почтить эту церемонию своим присутствием. Нам надо было двигать дальше. Готовься столица! Я, правда, пока не весь в белом, приближаюсь.
Посмотрев, как это надо делать у Карвина, я тщательно приторочил свой новый лук к седлу. Неплохой, кстати, лук. Это признал и Карвин. Мы с ним, тренировки ради, выпустили по несколько стрел в дерево, и были довольны силой выстрела и дальностью полета. А меткость зависит от меня.
По команде Трантона, я взгромоздил свое бренное тело на Тихоню. Гм, а седло вроде стало за эту пару дней удобнее? Или это я превращаюсь в всадника? Ну, как бы там ни было, я достаточно бодро влился в двинувшийся вперед отряд.
Дорога ложилась под копыта наших коней. Изредка были слышны всхрапы, тихое металлическое звяканье и переговоры стражников. Ширяй, ловко управляя одной здоровой рукой, поравнялся со мной.
— Так говоришь, ты всю жизнь у эльфа прожил? — жмурясь на солнце, Ширяй расслабленно сидел в седле.
— Да, — осторожно ответил я. — А что?
— Да нет. Ничего, — Ширяй шмыгнул носом.
Заинтересованные разговором стражники подтянулись к нам. Как я заметил, в группе людей обычно находится человек, берущий на себя роль весельчака и балагура. Если он по характеру соответствует этой роли, то его любят слушать, он является объектом легких незлобных подколок и над его шутками больше всего смеются. В нашем отряде с этой ролью успешно справлялся Ширяй.
— Я слышал у них жёнки красивые, — продолжал между тем Ширяй.
— Да, — кивнул головой я, — очень красивые.
— Эх, — вздохнул Ширяй, — мне бы одну такую!
Среди стражников послышались смешки.
— Да что бы ты с ней делать-то стал? — обернул к нам Карвин свое смуглое лицо. Его карие глаза весело поблескивали, в предвкушении доброй шутки.
— Что я, не знаю, что с бабой делать? — обиделся Ширяй, — женился бы, вот.
Среди стражников послышался хохот.
— Эльфы не женятся, — просветил я Ширяя.
— Это почему? — возмутился тот.
— Да вот, не принято это у них, — невозмутимо ответил я.
— Оно и понятно! — вмешался, едущий сзади, Амин, — Нам наши жены уже через тридцать-сорок лет надоесть успевают, а у эльфов через двести лет, они уже друг на друга и смотреть не могут!
— А Ширяй, через двести лет, и смотреть не будет, — хмыкнул Карвин — Он, через двести лет, подковы отбросит уже!
Дружный хохот всадников покрыл его последние слова.
— Эй, там! Разговорчики! — грозно рыкнул, едущий во главе отряда, Трантон, — Отряд, рысью! Посматривай!
Ну, рысью, так рысью. Посматривай, так посматривай. Мое дело теперь такое. Стражник я теперь. Никогда не думал, что ментом на старости лет стану! Впрочем, здесь это носит несколько иной смысл, и отношение иное.