– Предоставь это мне. Я могу справиться с Сабиной. Мы поедем медленно, переодетыми, чтобы не привлекать внимания. Это примирит ее с планом. Мы будем в большей безопасности в Аберледи, так как если дела пойдут из рук вон плохо, мы сможем отплыть оттуда на корабле во Францию или Голландию. Или скрыться через Границу[39]. Франчес и Джон укроют нас, если будет нужно, и там найдется смелый человек, который сопроводит нас в Кокетдейл. В любом случае мы не можем оставаться здесь.
– Да, я понимаю. Что ж, если ты решилась, пусть будет, как ты говоришь.
На следующий день Аллан покинул свою жену и детей, а днем позже Мавис и Сабина со своими слугами и детьми незаметно оставили Бирни, переодетые бедными людьми, с телегой, запряженной тягловой лошадью, для Сабины с ребенком и багажа. Остальные шли пешком. Сабина оделась в грубое шерстяное платье коричневого цвета с куском грязного пледа на плечах и голове. Ей это так нравилось, что приходилось ее сдерживать от обращений к каждому встречному, потому что она страстно желала видеть их реакцию. Во всяком случае, путешествие очень успешно отвлекало ее от отъезда мужа.
Первой задачей Аллана Макаллана по прибытии в Перт было найти помещение для постоя. Это оказалось нелегко. Городок был уже переполнен воинами. Им, казалось, правил определенный беспорядок, хотя, очевидно, предпринимались попытки наладить доставку фуража и организовать разнообразные комитеты для управления повседневными делами собирающейся армии. Он скоро нашел батальон из Друмонда, примерно из двухсот человек, возглавляемых лордом Страталланом, и решил, что лучше всего обратиться к нему и передать ему решение своих проблем, а также деньги, которые он привез в помощь Мару. Он нашел лорда в комнате над пивной в гостинице «Роуз Инн», тот разговаривал со светловолосым мужчиной, таким высоким и широкоплечим, что казалось, маленькая комната треснет по швам от него. Два человека что-то увлеченно обсуждали, когда Аллан постучал в дверь и вошел. Лорд Страталлан рассерженно взглянул на него.
– Кто вы? Чего вы хотите? Подождите, кажется, я вас узнал. Вы – Аллан Макаллан из Брако! Какого черта вы здесь делаете?
– Я привел с собою двадцать человек, милорд, полностью вооруженных, – начал Аллан, но высокий человек пристально смотрел на него с приятным удивлением и прервал его.
– Аллан Макаллан, ну и ну! Я прихожусь вам родственником, сэр, со стороны вашей жены. Если я не ошибаюсь, вы женаты на моей кузине Сабине.
У говорившего были темные, как у итальянца, глаза и произношение не шотландское, но и не вполне английское. Его голубой шелковый мундир, хотя и поношенный, был сшит из дорогого материала, даже при беглом взгляде на парик, отброшенный в сторону на спинку стула, видно, что он – высшего качества, сделан из настоящих волос, которые так близко соответствовали бледному цвету его собственных, что он, должно быть, стоил целое состояние.
– Ваш кузен, сэр? – неуверенно переспросил Аллан.
Человек протянул большую, хорошо сложенную руку.
– Чарльз Морлэнд, сэр, граф Челмсфорд. Мать вашей жены приходится сестрой моему отцу Ральфу Морлэнду.
Аллан взял предложенную руку.
– Милорд, – произнес он, – я глубоко польщен...
– Итак, вы привели с собой людей, – прервал обмен любезностями Страталлан.
– И деньги, милорд. Драгоценности моей жены.
– Деньги будут приятны Мару, – заметил Карелли. – Он обнаружил, что накормить армию – нелегкая задача.
– Кажется, это все, что он способен обнаружить, – проворчал Страталлан. – Он проводит все свое время в разговорах о деньгах, о зерне и цене на сено. Когда мы выступим? Он что, намеревается вечно сидеть в Перте?
– У него нет приказа, – мягко возразил Карелли.
Страталлан тяжело стукнул кулаком по столу:
– К черту! Для того и главнокомандующий, чтобы отдавать приказы.
– Шевалье, милорд, надеется высадиться на юго-западе с Ормондом. Восстание здесь в Шотландии второстепенно.
– Тогда еще больше причин для Мара взять все управление в свои руки. Если шевалье и Бервик не прибудут сюда...
– Но, милорд, я понял, что короля ожидают здесь с часу на час, – вставил недоуменно Аллан, – король и лорд Бервик...
– Так думают люди, и я прошу вас не разуверять их, Макаллан. Но если то, что говорит Челмсфорд, правда, то, черт побери, чем больше мы позволяем Аргиллу разворачивать свои силы, тем хуже для нас. Сколько еще пройдет времени, пока мы выступим, а?
Он снова обращался к Карелли, забыв о присутствии Аллана, как только отвернулся от него. Карелли наклонился над столом.
– Аргилл владеет мостом в Стирлинге и это ставит его между нами и приграничными жителями в Нортумберленде. Теперь, если мы сможем через Форт достичь какого-нибудь другого пункта и соединиться с людьми приграничной области, в наших руках окажется вся Шотландия.
Глаза Страталлана зажглись от перспективы какого-либо действия.
– У вас есть план? Черт возьми мои глаза! Я бы хотел услышать. Мне неважно, какой он, лишь бы как-нибудь выбраться из тыла.
– Не мой план, а Синклера – пересечь узкий залив Форта на лодках.
– Но в заливе вражеские корабли – три военных корабля и Бог знает сколько вооруженных рыбацких ботов, – возразил Страталлан. – У нас совсем нет кораблей. Что ты предложишь, украсть гребные лодки?
– Именно это. И ложную атаку на остров Бернт, чтобы отвлечь военные корабли, пока мы в темноте будем пересекать залив. Нам, конечно, понадобятся люди, которые знают берег и лучшие места для высадки...
– Господа, – возбужденно воскликнул Аллан, – я знаю берег от Эдинбурга и до Северного Бервика так же хорошо, как свои пять пальцев. Я живу там, мой дом в Аберледи. Я знаю берег с детства, когда лазил ребенком по скалам.
Страталлан посмотрел на него с интересом.
– Бог мой, вы знаете? Кажется, вы привезли нам людей и денег. Челмсфорд, я думаю, что нам лучше встретиться с генералом, и как можно скорее.
– Мы можем пойти к нему прямо сейчас и условиться о времени. На совете должны быть и другие. Синклер говорит, что Хей знает береговую линию Файфа, где лучшее место для лодок.
Страталлан вскочил, готовый к действиям.
– Макаллан, вам лучше пойти с нами, раз уж вы так много услышали. И вы сможете лично вручить деньги Мару. Это убедит его в вашем bona fides[40]. Где ваши люди?
– Ждут на поляне сзади гостиницы, сэр.
– Они могут оставаться пока там. Я прикажу одному из моих сержантов подыскать им помещение на ночь. При удаче мы сможем завтра выступить.
Надежды Страталлана были слишком оптимистичны, но все-таки план привели в действие очень быстро и 9 октября 2500 вооруженных людей вышли из Перта под командованием генерала Макинтоша Борлама, любовно прозванного Старым Борламом, высоким худым шестидесятилетним стариком, с проницательными серыми глазами под нависшими густыми бровями. Они достигли побережья у Файфа во вторник 11 октября.
Синклер вышел несколькими днями раньше, чтобы объявить шевалье королем в рыбацких деревнях вдоль берегов Файфа и реквизировать необходимые лодки; На следующий день люди спокойно расположились на отдых, готовые к первой переправе в среду ночью. Планировались две переправы в две ночи подряд, потому что оказалось невозможным погрузить на лодки более тысячи человек одновременно и высадить их безопасно до рассвета. Люди Аллана присоединились к друмондам лорда Страталлана, и Аллан должен был переправляться с первой партией, чтобы указать подходящее место для высадки. По его совету лодки направились в три места: к Северному Бервику, Аберледи и Гуллейну. Авангард, включая самого генерала, мог спокойно ожидать завершения переправы в доме Аберледи, так как худшее, чего следовало опасаться, это разделения сил и их рассеивания.
Переправа осуществлялась приблизительно на пятидесяти маленьких лодках. Сложное дело переправить людей, многие из которых никогда не видели лодок раньше. Их нужно было посадить в лодки в кромешной тьме, переплыть залив, высадить их и переправить лодки назад, чтобы они находились на месте для второй переправы ночью в четверг. Аллан переправлялся в Аберледи в первой лодке в благородной компании с самим Старым Борламом. Карелли оставался у Файфа, чтобы руководить второй ночной переправой. Аллан, как только они ступили на песчаную землю, послал своего слугу бегом к дому, чтобы подготовиться к приему генерала и разместить как можно большее количество воинов их экспедиции. Прошло менее двух недель с тех пор, как Аллан расстался со своей женой и детьми, но был очень рад предстоящей возможности снова обнять их и побыть с ними хотя бы несколько коротких часов.