— Понял я, Буян, понял, — перебил его Властимир. — Помолчи, заклинаю. Только вот ты мне скажи — что мне теперь с таким хомутом на шее делать-то? От одной ведьмы избавились—другую с собой везем, так получается?.. И дорога наша не в сторону Киева лежит.
— Знаю, княже, все знаю, — на лице Буяна опять была улыбка. — Погляжу я за Беляной — коли ведьма она, избавимся от нее, будь покоен. Да и если нет — найдем подходящее место и оставим ее там до лучших времен. Живы будем — воротимся, свозим в Киев красавицу. А коли нет — что ж, не судьба.
— Да ты что! — вскричал Властимир. — Хочешь ее подкинуть кому-то? И почему я должен буду за ней…
— Тише! — прижал палец к губам Буян.
Властимир еле успел замолчать — послышался быстро приближающийся топот копыт. Девушка, ускакавшая вперёд, вернулась и воскликнула звонко и весело:
— А вот и я, молодцы! Смотрите, что я вам принесла! Она ловко надела каждому на голову венок из цветов и засмеялась, хлопая в ладоши:
— Ой, как здорово! Буян прямо Купала!.. А о чем это вы тут шептались без меня?
Властимир сердито заскрипел зубами — услышала-таки, ведьма проклятая, — а Буян весело улыбнулся:
— Как раз о Купале! Скоро его ночь. Вот бы к ней в какое-нибудь село поспеть! Я так хочу в празднике поучаствовать. А ты, Властимир?
При Беляне Буян почему-то все время звал князя по имени.
— И я не прочь, — ответил тот сдержанно. — А когда Купалова ночь?
— Через две ночи на третью.
— Ой, как здорово! — захлопала в ладоши Беляна. — Я так хочу плясать! Я бы с удовольствием сплясала с тобой, Властимир, а ты?
— Беляна, у тебя жених есть, — строго сказал князь. — Или мать все наврала?
— Конечно, есть. — кивнула девушка, — но он далеко. А у тебя нет невесты?
Властимир вспомнил Веденею.
— Есть у меня невеста, Беляна, — молвил он. — Ждет она меня дома, не дождется.
Девушка убрала с лица улыбку и замолчала.
Дорога пошла вниз, потом снова вверх и заскакала с холма на холм. Овраги превращались в настоящие ущелья. На дне их бежали ручьи и речушки.
Путники по склону осторожно спустились на дно такого ущелья. Там обнаружилась заросшая старая дорога. Камни и упавшие деревья на ней часто преграждали им путь, не встречалось ни единого следа человечьей ноги, лошадиного копыта или колеса телеги. Только звериные следы пересекали дорогу.
Буян внимательно осмотрел опасно накренившийся над дорогой ствол толстой березы. Словно кто-то пытался повалить ее, но не смог. Береза цеплялась за склон половиной корней и могла рухнуть в любую минуту.
— Странный лес, — молвил Буян. — Неужели и здесь какое-нибудь чудище болотное поселилось? Дорога вроде как широкая и удобная, а никто по ней не ездит!
— Чует мое сердце, это козни Змея. — заявил Властимир. — Не нравится мне здесь что-то. Поехали-ка побыстрее!
Вырвавшаяся, как ее ни удерживали, вперед, Беляна вдруг завизжала и поскакала назад.
— Ой, спасите! Ой, боюсь! — закричала она.
Дорога в десятке шагов перед ними делала поворот, откуда и шарахнулась девушка. Ожидая встретить страшилище, из-за которого дорога оказалась заброшенной, Властимир и Буян разом обнажили мечи и поскакали туда.
Вылетев из-за поворота, они едва успели осадить коней и убрать оружие, потому что за поворотом их ждал самый обычный старичок путник, опирающийся на клюку.
— Добрый день, витязи, — кротко молвил он — Куда путь держите?
Пока Буян, пряча смущение, оглядывался, выискивая разбойников, которые могли подкрасться к ним, в то время как старик отвлекает проезжих разговором, Властимир внимательнее вгляделся в старика. За последнее время он уже дважды встречался с лешими и не очень-то удивился, поняв, что перед ним очередной лесовик.
— Здравствуй, стар-старичок, леший-лешачок, — сказал он, отвесив хозяину поклон. — Ты что это проказишь, людей пугаешь на дорогах? Не дело это для лешего, ох не дело!
Старичок весело хихикнул и почесал за ухом:
— А я просто решил чуток развлечься. Спутница ваша к травам лесным почтенья не имеет — ради прихоти их сбирает, чтобы тут же и выбросить. Вот и решил я вас в сторону завлечь, чтобы лицом к лицу увидеться.
Буян тронул князя за плечо:
— Ты что, знаком с ним?
— Не со мной он знаком, а с приятелем моим, муромским лешим, — сказал леший. — Про то, что сей резанец для его леса сделал, все лешие давно прознали. Я приятелю своему стаю белок отправил и семью волков, когда ты лес от чудища очистил.
Властимир даже покраснел от смущения. Его подвиг, оказывается, всем известен.
— Скажи-ка лучше, леший, что же дорога эта заброшена? — спросил князь. — Или и в твоем лесу кто завелся?
— Заведется тут кто, как же! — ухмыльнулся леший. — За готовность помочь благодарствую, резанец, а только у меня свой защитник есть, не хуже.
— Это кто же такой? — ревниво насторожился Властимир.
— Так, есть один. Отшельник… Пришел откуда, не ведаю, поселился в пещере и живет. Ему звери сами ягоды да плоды земные носят, птицы зерно притаскивают, только за водой он ходит. Со мной не раз разговаривал — все про то, о чем я за весь век свой и не слыхивал. Чародей он. Тут разбойнички пошаливали, да он прознал и напустил на них бурю. Ну, да вы только что то самое место проехали, видели, чай, что он устроил!
Буян с содроганием оглянулся:
— И все это сделал он один?
— А то! — лешего просто распирало от гордости. — Он все в мире знает!
— Все, говоришь? — насторожился Властимир. — А не подскажешь ли, где он живет, — мне бы с ним переговорить надобно.
— А чего не подсказать хорошему человеку. По дороге все прямо до оврага, потом по оврагу до трех больших камней, а там любой сыщет. Только будь с ним непочтительнее — все-таки чародей! Обидится, уйдет из моего леса — что я делать буду?
Властимир благодарно кивнул и поскакал по дороге туда, куда указывал леший.
Буян и Беляна догнали его уже в овраге. Князь теперь ехал медленно, погруженный в свои мысли. Когда к нему присоединились его спутники, он не сразу повернул голову в их сторону. Буян в молчании поехал следом по узкой тропинке. Беляна тащилась сзади, ворчливо бормоча себе под нос, что надо бы скорее ехать, чтобы поспеть на праздник, а тут собрались к какому-то отшельнику.
Облак сам остановился, отказываясь идти дальше. Бросив взгляд по сторонам, Властимир увидел на склоне оврага, саженях в трех от него, три больших камня. Между ними темнел провал узкого входа.
Князь спрыгнул с седла и, бросив повод Буяну, полез вверх, к пещере, цепляясь за кустики и камни — склон был довольно крутым.
Добравшись до входа, он крикнул в темноту:
— Можно войти?
В ответ раздался приглушенный расстоянием голос:
— Входи, путник, входи.
Из глубины тянуло дымом, как из кузницы. Далеко кто-то шел ему навстречу — в темноте плыл маленький огонек. Вскоре князь увидел худого статного старика с длинной седой бородой и в длинном белом балахоне с меховым воротником. Отшельник держал в тонких пальцах светильник с растопленным жиром.
Старик внимательно осмотрел князя с головы до ног и выглянул наружу. Беляна под его тяжелым взором покраснела и потупилась, Буян невольно схватился за оберег.
— Зачем пожаловал? — спросил отшельник.
— Ты чародей, должен все знать. Вот я и хотел спросить у тебя — что меня ждет дальше?
— О будущем, стало быть, беспокоишься? Ну, идем, что ли!
Он поманил Властимира за собой и вошел в пещеру.
Большой камень, лежавший у входа, вдруг задвинулся сам собой.
Князь оказался в узком темном коридоре, скупо освещенном только лампадкой в руке отшельника. Дав князю осмот-оеться, тот пошел впереди, показывая дорогу. Заблудиться в подземном жилище было невозможно — ход шел совершенно прямр. С низкого потолка свешивались узловатые корни деревьев, они же торчали из стен и пола. Приходилось следить, чтобы не зацепиться за что-нибудь плащом. Одной рукой придерживая меч, Властимир закутался в плащ — под землей было холодно, особенно после жары снаружи.