– Лара, у меня есть ружьё в доме, – подёргал её за руку Денис. – Слышишь меня? У меня есть папино ружьё.
Женщина дико обернулась. Её губы сложились в тонкую полоску.
– Ружьё?
– Да.
– Прекрасно! Где оно?
– Нам надо вернуться в дом.
– Побежали…
Скрытые пляшущими фигурами, они пустились прочь.
***
– Ты понимаешь, что ты натворил, дурак? – отплёвывался Сергей кровавой слюной, лёжа в грязном снегу.
На нём сидели два парня, придавив коленями его руки. Один из рукавов его дублёнки был разорван.
– Эту женщину я давно искал, Серёжа, – Кривошеин нагнулся над ним, – я специально приехал за ней сюда. А ты хочешь отобрать её у меня. Почему? Что тебе надо от неё?
– Эта женщина потеряла рассудок. Она убивает людей, Витя! Ты можешь понять меня? Её разыскивает милиция!
– Ерунда, – Кривошеин глупо рассмеялся. – Меня тоже скоро будет разыскивать милиция. Но разве это важно? Ха-ха-ха! Я же отыскал её, мне теперь ни фига не нужно…
– Витя, ты спятил, – внятно проговорил Лисицын, – послушай меня внимательно: Лариса – убийца, она убила нескольких человек.
Сидевшие поверх Лисицына парни переглянулись.
– А мальчик? – спросил один из них.
– Это её племянник. Она совратила его, он влюбился в неё. Он просто глупый щенок. Да неужели вы думаете, что я вру?
– Откуда ты узнал про неё? – Кривошеин недовольно потряс головой и фыркнул. – Ты давно знаком с нею?
– Со дня моего возвращения из Штатов, – ответил Сергей и тут же понял, что совершил непоправимую ошибку.
– Значит, ты знал её и не сказал мне ничего, когда я тебе показывал её фотографию? – взвизгнул Кривошеин.
– Да, но…
– Заткнись! Я всё прекрасно понимаю, дорогой мой! Я не дурак! Я не слеп! Конечно же, ты не хочешь потерять женщину, никто не хочет её потерять! Поэтому ты придумываешь всякую чушь, чтобы отвадить меня от неё, поэтому ты и не говорил мне о ней ничего раньше! Думаешь, я поверю тебе? За кого ты меня принимаешь? Ребята, вы видели её лицо. Неужели такая женщина способна на убийство?
Поверить в то, что сказал им Лисицын, было крайне трудно. Телохранители были в замешательстве.
– Нет, – продолжил Кривошеин, – ты всё врёшь, грубо врёшь, нагло врёшь, по-свински врёшь. Ты просто сам свинья! А я-то называл тебя моим другом! Дерьмо ты собачье! Мразь подзаборная! Папарацци вонючий! Держите его крепче, парни.
– Может, руки ему связать?
– Свяжите, – кивнул Кривошеин, – пусть угомонится. А мы пойдём искать несчастную женщину… Как же он запугал её, бедняжку… Вот ведь хрен журналюшный…
Вокруг прыгали визгливые девицы в сарафанах и мужчины в ярких масках. Пылали костры.
– Пить надо меньше, драться не пришлось бы! – выкрикивал кто-то.
– Всё уже в порядке, – ответил с улыбкой один из парней.
– Зря ты так, Витя, – покачал головой Лисицын и вдруг подпрыгнул, оставаясь при этом схваченным за руки сзади. Его ноги ткнули Виктора в грудь и с силой опрокинули на спину. Но державшие Сергея парни не ослабили хватку и не только не выпустили его, но вдобавок шмякнули по затылку чем-то тяжёлым. Сергей не видел чем, но почувствовал металлический удар, после чего впал в забытьё.
***
Денис выбежал из дома, на ходу вставляя патроны в двуствольное ружьё. Лариса нетерпеливо вертела головой, боясь увидеть поблизости Лисицына и Кривошеина и готовая броситься наутёк.
– Куда мы? – спросил мальчик, защёлкивая ружьё.
– В машину.
– Мы далеко бросили её, да и сломалась же она! – воскликнул племянник.
Лариса измученно посмотрела на него.
– Как мне всё опостылело, Дэн…
Случайно её взгляд скользнул по стоявшему рядом «жигулёнку». Она быстро пригнулась и разглядела ключ в замке зажигания.
– Боже, да это же машина Лисицына, Дэн, и ключ здесь! Мне невероятно везёт!
– Садимся? – спросил мальчик.
– Быстро!
Они обогнули пылающие костры и танцующих людей, выезжая к повороту.
– Куда же мы теперь? – спросил Денис.
– Мне необходимо заскочить домой, взять деньги и прочую ерунду.
– Я поеду с тобой. Я буду тебя охранять, вон к тебе сколько народу пристаёт. Ты не думай, что я просто так языком болтаю, Денис насупился. – Я на самом деле буду стрелять.
Она мельком взглянула на него и криво улыбнулась.
– Если бы ты только мог понять, что ты говоришь…
«Жигулёнок» выехал на шоссе и помчался к Москве. Денис неотрывно смотрел вперёд, вглядываясь в снежную мглу и поглаживая стоявшую между его колен двустволку.
***
– Виктор Степанович, – покосился один из сопровождающих на Кривошеина, – а если ваш приятель не соврал?
– Ты про что?
– Если она и вправду в розыске? Нам ведь сейчас совсем ни к чему лишние хлопоты.
– Заткнись, придурок.
– Зря вы ругаетесь, Виктор Степанович. Я, как только мы доедем до Москвы, с вами расстанусь. Я сматываю удочки.
– Скатертью дорога…
– Вы даже не знаете, куда вы отправитесь сейчас…
– Туда же, откуда мы приехали… К её сестре Рите. Она-то мне скажет, где искать Ларису… А вы все можете убираться прочь, сволочи!
Остальные молчали. Спорить с хозяином никто не желал, но и ехать с ним, явно потерявшим рассудок, никто не желал. Оставалось дождаться лишь возвращения в Москву и бежать, бежать, бежать…
***
Высадив своих людей, Кривошеин с громкой бранью сорвался с места.
Он возбуждённо постукивал пальцами по кожаной оплётке руля. Он был уверен, что впереди его ждало счастье, ждала Лариса. Он не мог объяснить своего состояния. Оно не объяснялось.
Виктору казалось, что все слова лишились смысла. Осталось одно слово, одно имя – Лариса! Кривошеин ничего не хотел объяснять даже себе. Какой прок в объяснениях?
Появление Ларисы в его жизни превратило его в считанные минуты в зверя, бегущего на желанный запах и очумевшего от этого запаха. Виктор ошеломленно наблюдал за собой, чувствуя внезапно обнаружившийся сбой в ритме жизни. Он имел прибыльное дело, вёл устоявшийся (хоть и опасный) образ жизни, и теперь вдруг в его жизнь вошла женщина, которая не имела права войти, потому что отличалась от всех других каждой клеткой своего существа, каждым вздохом, каждым взглядом. Всем отличалась, чем можно отличаться.
Лариса! Её имя вонзилось в мозг Виктора отточенным лезвием древнего клинка, как в набухшую мокрую землю. Это имя распороло его мозг, развалило его на несколько пластов и неуловимыми движениями выкопало могилу для него.
Лариса! Кто она такая?
Виктор громко сглотнул слюну. Он нервничал. Всё ближе и ближе был Барыковский переулок.
Переломная ночь
Кривошеин долго стоял перед домофоном, ожидая ответа.
– Не отзывайся! – Денис осторожно выглянул в окно. – Кого могло принести сюда среди ночи? Не надо было свет включать.
– Дура я, что сюда приехала. Но мне нужно хотя бы деньги взять, иначе я пропала! – Лариса быстрыми шагами двигалась по комнате.
– Лара, – позвал её Денис, – а откуда у тебя здесь папин портфель? Это же папин портфель, не так ли?
Лариса выглянула из-за двери.
– Он заезжал ко мне однажды.
– Давно?
– За несколько дней до того, как его убили.
– Зачем? У вас же с ним были плохие отношения.
– Он высказывал опасения за тебя. Говорил, что ты сильно изменился, ему что-то мерещилось, может быть, он догадывался о чём-то.
– Чего же он от тебя-то хотел?
– Теперь уже неважно.
– Ну а всё-таки?
– Просил меня переговорить с тобой, прощупать, что у тебя и как. Но я-то знала, что с тобой, поэтому и не сказала тебе ничего. Да и маме твоей я тоже ничего не говорила.
– Потому-то он так следил, чтобы я дома сидел. Эх, папа, папа… А чемодан он зачем оставил?
– Случайно. Я лишь на следующий день заметила. Хотела позвонить, да закрутилась, а затем твоя мама позвонила мне и сказала, что случилась беда. Вот так. – Лариса говорила раздражённо, злясь на неуместные вопросы племянника и на то, что не избавилась в своё время от дурацкого чемодана. – Дэн, ты лучше посмотри, не уехал там этот гость?