– Она всегда была такой, – сказала Митци, отважно пробуя сэндвич. – Невозмутимой, спокойной и сдержанной. Один бог знает, что будет твориться, когда в положении будет Лу. Как минимум третья мировая война. И возьми, пожалуйста, еще сэндвич. Бери-бери, Лав и Лоб приготовили их специально для этого случая.
– Ну что же, тогда я обязан перебороть себя... – Джоэл вытащил сэндвич из-под горки фольги.
Фетровая Шляпа, подойдя к единственному в зале прожектору, сердито глянул на них.
– Нельзя ли попросить сидящих в аудитории вести себя потише! Митци, ты должна вести записи, а не трепаться. У нас сейчас самый ответственный момент – распределяются роли, а вы то шуршите фольгой, то, черт возьми, болтаете и смеетесь, как глупые подростки, и отвлекаете нас от дела!
Митци и Джоэл перекинулись взглядами и постарались больше не хихикать.
Конечно, мимолетом подумала Митци, на этот раз Фетровая Шляпа попал в точку. Чувствовала она себя именно влюбленной девочкой-подростком. Конечно, это безумие добром не кончится, но в то же время какая это радость.
Давно она не ликовала так, как в день, когда Джоэл пригласил ее поужинать в «Лоренцо». А потом она ужасно расстроилась, хотя предпочла об этом не говорить, когда поняла, что на тот же самый вечер назначены прослушивания и распределение ролей для мюзикла «Волосы».
Конечно, выбирать не приходилось.
Она старалась не смотреть на сцену, когда игла проигрывателя добралась на пластинке до «Содомии».
Хорошо хоть Джоэл сразу согласился составить ей компанию в ратуше. Он сказал, что с нетерпением ждал момента, когда сможет провести вечер вместе с ней, так что, пусть в «Лоренцо» было бы отдохнуть приятнее, его все же вполне устроит и зал в ратуше.
Черт возьми, от этих его слов она влюбилась в него еще сильнее.
Так что теперь она была не в «Лоренцо», где ужинают при свечах, а в воздухе витает аромат специй, трав и красного вина; она сидела на пластмассовом стуле в промерзшем и пахнувшем плесенью зале, с блокнотом А4, со своим ноутбуком, со стакерами, клочками бумаги, конвертами, миллионами неразборчиво накарябанных заметок и, конечно, с Джоэлом, который пытался помочь ей со всем разобраться.
– Передай мне те гурманские штучки, – прошептал Джоэл, одним глазом поглядывая на сцену, Фетровую Шляпу и нескольких кандидатов на роли друзей главного героя. – Да нет, я не хочу больше этих несчастных сэндвичей – кто только мог додуматься положить к пасте из сардин маринованные овощи? Нет, я имел в виду список названий блюд из книги твоей бабушки, с указанием цен. Спасибо. Я напечатаю это на ноутбуке, а ты пока разберись со свадебными делами и запиши то, что нужно этому Гитлеру в шляпе, который стоит сейчас на сцене.
– Потише! – заревел на них Фетровая Шляпа, в то время как группа не самых способных исполнителей из беби-бумерского клуба и проигрыватель «Дансетт» сражались с эпизодом «Харе Кришна». – У нас здесь артисты работают!
Митци усилием воли опустила глаза в пол.
– У тебя дрожат плечи, – прошептал Джоэл. – Он заметит.
Митци что есть сил прикусила губу и шмыгнула, чтобы сдержать истерический смех. Десяток пенсионеров в шляпах, в шарфах, в наглухо застегнутых пальто, в ботинках на молнии, изображавшие бесшабашных молодых людей, – это зрелище выводило из равновесия. А дальше может быть только хуже.
Лав и Лоб, на велосипедных шлемах которых теперь были щегольски повязаны хипповские банданы, так возмущались, не получив никаких ролей, что ради них добавили еще двух персонажей, правда, сестры заявили, что будут петь только те песни, где нет неприличных выражений.
– Великолепно! Великолепно! – Фетровая Шляпа зааплодировал. – Итак, актеров на роли друзей мы подобрали! Митци, ты всех успела записать, голубушка?
Митци кивнула.
– Замечательно. Великолепно. С друзьями все ясно. А теперь о том, кто будет исполнять главные роли – постарайся ничего не перепутать... Ронни будет Берджером, Кристофер – Вуфом, а Сид и Филипп будут по очереди играть Клода, поскольку роль требует больших физических усилий. Берил – Крисси, Дорин – Дионн, а Бернарду мы поручим роль Шейлы – он поет фальцетом и будет выступать в парике. Да, а Хада, я надеюсь, будет играть Фрэнк, как только у него вернется в норму давление, потому что в первом акте ему пришлось висеть головой вниз, и...
Фетровая Шляпа все бубнил и бубнил. «Дансетт» заело на словах «У меня кончилась тра...». Митци чиркала ручкой. Становилось все более очевидно, что их ожидает провал чудовищных масштабов.
Джоэл, прилежно печатавший на ноутбуке одним пальцем, изо всех сил старался не рассмеяться.
– Я, кажется, почти допечатал твой прайс-лист – правда, кое-где нужно будет проверить правописание. А что такое «Зеленые наряды»? А «Помадки мечтаний»? И найдутся ли желающие попробовать «Пудинг с кровью дракона»?
– Бог его знает, – Митци начала складывать свои бумажки. – Может, и найдутся – как утверждает бабушка Вестворд, он является любовным снадобьем, так что я решила его тоже включить в список... Спасибо, что помог. Дома я распечатаю несколько экземпляров, и посмотрим, что из этого получится... Что же, теперь я уже совсем созрела для похода в паб. – Она застонала, когда с пластинки зазвучал «Утренний свет звезд». – Давай-ка смоемся отсюда, пока Фетровая Шляпа не начал репетировать вокально-хореографические номера, а то я боюсь себя окончательно дискредитировать. Хочешь выпить пивка в «Волшебной долине»? Ну что, тот, кто выберется из зала последним, заплатит в пабе за обе первых кружки.
Джоэлу удалось опередить ее на выходе, на какие-то тысячные доли секунды.
– Конечно, я очень рад за тебя, дорогая, – Ланс держал Долл за руки, сидя напротив нее за сосновым столом в своем маленьком домике. – Как же ты меня порадовала. Я буду дедушкой! До сих пор не могу поверить... А чувствуешь ты себя нормально? Помню, Митци было так плохо, когда она ждала тебя и Лулу.
– Надеюсь, я не унаследовала ее генов и не буду так мучиться по утрам. Нет, честно, я чувствую себя совершенно замечательно, – улыбнулась Долл. – Конечно, все только начинается, но я ведь сильная, как лошадь.
– Пусть у тебя и дальше все будет так хорошо, милая. А кого вы с Бретом хотите, мальчика или девочку? А имя уже придумали? А на свадьбе я буду тебя вручать жениху, да?
Долл засмеялась.
– Конечно будешь. Правда, все будет очень скромно. Обвенчаемся мы на Рождество, в четыре часа, а потом отправимся прямо в «Волшебную долину». Мы будем одинаково рады и мальчику, и девочке, но вот в чем мы совершенно не сомневаемся, так это в том, что имя ребенку дадим самое обыкновенное. Джонсонн, Энн, Сьюзан, или Джон, или Джонсонмс – чтобы не страдал, как я в свое время! – Она окинула взглядом безупречно чистую кухню. – Где Дженнифер? Ты ей сообщил, что в своем нежном тридцатидвухлетнем возрасте ей предстоит стать в некотором роде бабушкой?
– Она не особенно хорошо восприняла эту новость. Ей пришлось идти к маникюрше, чтобы нарастить переломанные ногти. Ей будет жаль, что ты ее сегодня не застала – сейчас она на курсах.
– Дженнифер? Господи, она что, решила всерьез заняться разговорным английским?
– Ну ты и злая... – Ланс попытался посмотреть на нее сурово, но это у него не получилось. – Она осваивает десятидневный курс по шлифовке кожи, и еще что-то изучает, повышает квалификацию, чтобы сделать карьеру в косметологии. Может, гидроколонотерапию[48]?
– Возможно. Скорее всего. Почти наверняка. Они улыбнулись друг другу. Долл было так жаль, что брак родителей распался. Что ее родители не вместе узнали эту чудесную новость. Хорошо, конечно, что сейчас Митци с Лансом – отличные друзья. Наверно, она никому из них никогда не признается, что именно их развод заставил ее так долго сомневаться, стоит ли выходить замуж за Брета. Если бы Ланс и Митци не расстались, то они с Бретом уже много лет были бы женаты, даже если бы она не забеременела. Молчание прервал Ланс.
48
Промывание толстого кишечника