— Я сморозил глупость, Тедди. Продолжай.
— Продолжаю… Нам необходимо изучить объявления о сдаче в аренду недвижимости во всех газетах — районных и местных — в радиусе двадцати пяти миль от Ларчмонта, которые были опубликованы за последние три месяца.
— Ты представляешь себе, сколько это газет! — воскликнула Рита, — ежедневных и еженедельных, и сколько людей… Партридж ее перебил:
— У меня возникли те же мысли, но пусть договорит. Купер пожал плечами:
— Знаю ли я, сколько это газет? Пожалуй, нет, но, конечно, их уйма. Наймем способных молодых ребят. Мне говорили, есть такой справочник… — Купер умолк и заглянул в свою записную книжку. — “Международный ежегодник редакций и издательств”, где перечислены все периодические издания. С него и начнем. Следующим этапом будут библиотеки, в которых есть газетные подшивки или их микрофотокопии. А в те газеты, чьих подшивок нет, отправим людей просмотреть прошлые номера. Народу нам придется привлечь изрядно, но делать это надо и срочно — по горячим следам.
— По твоим расчетам, объявления за три месяца… — начал Партридж.
— Послушай, нам же известно, что эти люди шпионили за Слоуном примерно с месяц, — к этому времени, голову даю на отсечение, у них уже был опорный пункт. Так что три месяца — вполне разумный предел.
— Допустим, мы находим объявления, отвечающие описанию искомого места, дальше что?
— Есть куча вариантов, — ответил Купер. — Мы отберем самые подходящие, а затем попросим тех же ребят, которых пригласили поработать, навести справки. Они свяжутся с теми, кто давал объявления, и выяснят подробности. А потом, исходя из полученной информации, мы выберем места для осмотра. — Купер пожал плечами. — В большинстве случаев это будет пустая трата времени, но в конце концов, может быть, нам повезет. Некоторые объявления я отслежу сам.
Воцарилось молчание — Партридж и Рита обдумывали услышанное. Партридж первым высказал свое мнение:
— Поздравляю с оригинальной идеей, Тедди, но ты сказал, что это дальний прицел, и, безусловно, так оно и есть. Причем дальний-предальний. Прямо сейчас вряд ли эта идея что-либо даст.
— Честно говоря, — вступила в разговор Рита, — твой замысел представляется мне неосуществимым. Во-первых, из-за количества газет — их видимо-невидимо. Во-вторых, эта поисковая работа выльется в кругленькую сумму.
— Разве игра не стоит свеч, если семья мистера С, вернется домой?
— Конечно, стоит. Но твой-то план их не вернет. В лучшем случае мы получим некоторую информацию.
— Как бы то ни было, — подвел черту Партридж, — все равно не нам принимать решение. Поскольку речь идет о деньгах, это компетенция Лэса Чиппингема. Когда мы с ним сегодня встретимся, тебе придется, Тедди, еще раз изложить свой план.
Блок субботних “Вечерних новостей” на две с половиной минуты, который подготовила Айрис Иверли, ошеломлял, шокировал и обладал колоссальным — на профессиональном жаргоне — видеоэффектом. В Уайт-Плейнзе Минь Ван Кань, как всегда, мастерски использовал камеру, Айрис, вернувшись на телестанцию Си-би-эй, вновь села за работу с монтажером Бобом Уотсоном, и у них получился маленький шедевр театра новостей.
Все началось с того, что Айрис и Партридж вместе пришли к Уотсону в крошечную монтажную студию. Втроем они просмотрели все отснятые материалы, Айрис кратко записывала содержание каждой кассеты. На одной из последних пленок было заснято прибытие агентов ФБР на место взрыва — сцена, которую непременно следовало включить в передачу. Когда старшего по чину спросили, не объявились ли похитители, он, обведя рукой вокруг, мрачно ответил: “Объявились, как видите”.
Когда они закончили просмотр, Айрис сказала:
— Я думаю, надо начать с груды горящих машин, показать пробоины в полу, а затем — как выносят убитых и раненых.
Партридж согласился, и в результате дальнейшего обсуждения они набросали общий сценарий. Затем здесь же, в монтажной студии, Партридж записал на пленку текст, на который будут наложены “картинки”. Наскоро отпечатанный сценарий начинался так: “Сегодня о беспощадную реальность разбились последние сомнения: похитителями семьи Слоуна являются самые настоящие террористы…”
В двух предыдущих передачах — в четверг и на следующий день, когда они вели программу вдвоем с Кроуфордом Слоуном, — Партридж выступал в роли ведущего, сегодня дело обстояло иначе. Поскольку субботние выпуски новостей Си-би-эй постоянно вела Тереза Той, очаровательная и популярная китаянка американского происхождения, Партридж будет выступать в своей обычной роли корреспондента. Тереза обсудила с Партриджем и Айрис общий сценарий их блока. И, убедившись, что имеет дело с высочайшими профессионалами, приняла мудрое решение не вмешиваться.
Записав на пленку текст, Партридж пошел заниматься другими делами. Айрис и Уотсон работали еще три часа, прежде чем сложнейший процесс монтажа был завершен — мало кто из телезрителей, которые видят конечный, уже отшлифованный результат, представляет себе, что это такое.
Как правило, инструментарием телемонтажера служат два аппарата — сложные модели видеомагнитофонов, оснащенные устройствами точного электронного управления. Перед ними и сидели сейчас Боб Уотсон и миниатюрная, волевая Айрис. Над видеомагнитофонами располагались присоединенные к ним телемониторы и усилители. По стенам — полки с кассетами, полученными от операторов, а также видеотека телестанции и ее филиалов.
Задача состояла в том, чтобы со множества кассет, просматриваемых по видеомагнитофону, находившемуся справа, переписать на главную кассету в видеомагнитофоне слева видео— и звуковые фрагменты различных сюжетов. Компоновка кадров на главной кассете — как правило, продолжительность кадра не превышает трех секунд — требует эстетического вкуса, компетентного отбора материала, бесконечного терпения и ловкости рук часовщика. Ведь именно основная кассета используется в эфирных выпусках.
Уотсон приступил к монтажу уже согласованных первых кадров — горящие машины и разрушенное здание. Со скоростью сортировщика писем он снял с полок кассеты, вставил одну из них в видеомагнитофон справа и, нажав на кнопку быстрой перемотки, нашел нужный эпизод. Что-то ему не понравилось — пленка отматывалась то вперед, то назад, — он останавливался на других кадрах, опять возвращался к первому.
— Нет, — сказал он, — где-то есть крупный план, снятый в другом ракурсе, он лучше. — Уотсон заменил кассету, просмотрел и забраковал вторую, потом выбрал третью и в конце концов нашел то, что искал. — Начинать надо с этого, потом вернуться к первому кадру и дать крупный план.
Айрис согласилась, и Уотсон переписал на основную кассету изображение и звук. Его не удовлетворили ни первый, ни второй варианты записи — он стер оба, и остался доволен третьим.
Через некоторое время Айрис попросила:
— Давай заново просмотрим кинокадр, где новенький, сияющий на солнце пикап “ниссан” рассекает живописную равнину.
— Идиллическая картинка, — проговорила Айрис. — А что, если начать с нее, а уже потом показать то, что осталось от пикапа похитителей после взрыва?
— Неплохо.
После нескольких проб Уотсон соединил оба кадра, добившись максимального контраста.
— Прекрасно! — прошептала Айрис.
— У тебя тоже котелок варит, девка. — Монтажер взял сигару и выпустил клуб дыма.
У обоих непрерывно рождались новые идеи: союз линейного выпускающего и монтажера принято называть дуэтом. Зачастую именно так оно и есть.
Однако процесс монтажа изобилует неограниченными возможностями для тенденциозной подачи материала и искажения действительности. Например, политического деятеля можно заставить смеяться при виде бездомных, в то время как на самом деле он плакал, смех же был вызван чем-то другим и записан раньше. Прием так называемого “скольжения звука” позволяет накладывать звук одного эпизода на другой, о чем знают только монтажер и выпускающий. Когда до этого доходит, то корреспондента, оказавшегося в этот момент в монтажной студии, просят выйти. О том, что затевается, корреспондент догадывается, но предпочитает оставаться в неведении.