Когда я подошел поближе, она улетела. Прежде, чем идти сюда, я позвонил Бобби Диасу, так что он меня ждал.
Он сразу же сказал мне, что у него назначена встреча, и что он надеется, что наш разговор не затянется надолго. Судя по его виду, Диас действительно спешил: половина лица у него была покрыта мыльной пеной, а вся одежда состояла из полотенца, обернутого вокруг бедер. Он провел меня в гостиную, предложил выпить и сказал, что он сейчас вернется.
Окно гостиной выходило на здешний плавательный бассейн. Девушки в бикини сидели в шезлонгах или плескались в воде. Пожилой мужчина в красных боксерских трусах сидел на краю бассейна, болтал ногами в воде и наблюдал за девушками. Я тоже принялся наблюдать за ними. Диас вернулся через десять минут, на ходу застегивая бежевую спортивную рубашку и заправляя ее в коричневые брюки. Он побрился и подравнял свои черные усы. Длинные черные волосы Диаса, все еще влажные после душа, были зачесаны назад. Он смотрел на меня с подозрением, но при этом приветливо улыбался.
— Вы так и не пили ничего? — спросил он. — Может, вам чего-нибудь налить?
— Да нет, не стоит тратить время, — отказался я. — Вы же торопитесь.
— Для выпивки время найдется всегда, — отмахнулся Диас.
— А вы сами будете пить?
— Конечно. Так что вам налить?
— Если можно, немного шотландского виски со льдом, — попросил я.
Вообще-то я предпочитаю мартини «Бифитер» с оливками, но у Диаса была назначена встреча, а мне нужно было задать ему несколько вопросов.
Бобби бросил в бокал несколько кубиков льда, налил туда "Джонни Блэка"
и передал бокал мне. Потом он смешал себе джин с тоником.
— Ваше здоровье, — сказал он.
— Ваше здоровье.
Мы выпили. Снаружи, у бассейна, одна из девушек залилась смехом, напоминающим щебет зимородка. Диас уселся на синий диван, стоящий у белой стены. Квартира была обставлена в сдержанном современном стиле, в сине-зеленой цветовой гамме. Диванные подушки и картины на стенах были выдержаны в тех же тонах. Даже лимонная долька, плавающая в бокале у Диаса, казалась частью дизайна.
— Ну так что вас сюда привело? — спросил Диас.
— Лэйни, — ответил я.
— Так вы и сказали по телефону. А если поточнее?
— Видеокассета, — сказал я и посмотрел на Диаса.
На его лице ничего не отразилось.
— Кассета под названием "Шаловливые ручки".
И снова никакой реакции.
Я открыл «дипломат» и достал оттуда глянцевитую черно-белую фотографию, которую я сделал у одного фотографа, работающего в трех кварталах от моей конторы. Переснятая обложка кассеты. Рука Лэйни на фоне белых трусиков, и викторианское колечко на первом плане.
— Узнаете? — спросил я и протянул фотографию Диасу.
Диас взял фотографию. Внимательно ее изучил.
— Фотография — мелочи, — сказал я. — При определенных обстоятельствах я могу предоставить в качестве вещественного доказательства и саму кассету.
Тут я уже блефовал.
— Предполагается, что я должен что-то знать об этом? — с неподдельным удивлением спросил Диас.
— Предполагается, что вы заказали это в компании "Видео-Трэнд".
— Что-что я заказал?
— Видеокассету.
— Я заказал видеокассету?
— Видеокассету под названием "Шаловливые ручки", на которой засняты четыре женщины, выступающие под именами Лори Дун, Канди Лэйн, Вики Хелд и Дейдра Старр.
— Я думал, вы говорите об Лэйни.
— Вот именно. Она выступает под именем Лори Дун. Это порнографическая кассета, мистер Диас.
— Ага. Значит, порнографическая кассета.
— Да.
— И вы говорите, я заказал эту кассету…
— Да, именно это я и говорю.
— Так вот, я никогда даже не слыхал о ней.
— Человек, который делал…
— Извините, но я впервые слышу об этой кассете.
— Тогда как ваше имя оказалось в списке людей, заказывавших ее?
— Понятия не имею. В любом случае, кажется, закон не запрещает покупать порнографические фильмы.
— Да, не запрещает.
— Тогда какого черта… Извините, мистер Хоуп, но я никак не пойму, что, собственно, вам здесь нужно.
— Если мы сможем разобраться…
— Здесь не в чем разбираться. Вы пришли не к тому человеку. Я не заказывал кассету ни в каком журнале, и не знаю, откуда…
— А кто здесь говорил о журнале?
— Что?
— Я не упоминал ни о каком журнале.
— Ну, я… я просто предположил, что кто-то поместил объявление о порнографическом фильме, который можно…
— Я не упоминал также ни о каком объявлении.
Мы посмотрели друг на друга.
— Ну так как? — спросил я. — Может, мы все-таки разберемся с этой кассетой?
— Это зависит от того, с чем мы станем разбираться потом.
— Владели ли вы кассетой под названием "Шаловливые ручки"?
— Да.
— Отлично.
— Ну и что дальше?
— Вы ее просматривали?
— Да.
— Вы узнали в одной из исполнительниц Лэйни Камминс?
— Да.
— Когда это произошло?
— Когда я впервые просматривал кассету. Примерно неделю назад.
— Не могла бы вы вспомнить точную дату?
— Ну, могу. Но только потому, что я получил кассету в подарок на день рожденья.
— Ничего себе подарочек.
— Да уж лучше, чем галстук.
— Когда это было, мистер Диас? Какого числа у вас день рожденья?
— Одиннадцатого.
— Сентября?
— Да. Одиннадцатого сентября.
— Накануне того дня, когда был убит Бретт Толанд.
— Ну… да. Кажется, да. Я узнал это кольцо, как только взглянул на обложку. Лэйни постоянно носила его. Я сразу подумал: "Ха, а это что за штучка?"
— Получается, вы знали, что здесь снималась Лэйни, еще до того, как…
— Ну, скорее, я это заподозрил. Потом, когда я посмотрел кассету, конечно…
— Когда это было?
— Вечером.
— Вечером одиннадцатого числа?
— Да. Мне ее доставили после обеда, и она лежала в кабинете у менеджера, пока я ее не забрал, уходя с работы.
— Итак, вы просмотрели ее вечером.
— Да.
— Одиннадцатого сентября.
— Да, именно.
— И тогда же вы узнали Лэйни Камминс.
— Да.
— И что вы стали делать после этого?
— Пошел спать.
— Меня интересует, мистер Диас, когда вы сообщили Бретту Толанду, что видели порнографический фильм с участием Лэйни Камминс.
— Я не понимаю, о чем вы говорите.
— А я полагаю, что понимаете.
— Я не говорил об этом Бретту.
— Тогда как эта кассета попала к нему?
— Понятия не имею.
— Значит, вы не передавали ее мистеру Толанду?
— И даже не говорил о ней.
— Эта кассета все еще у вас?
— Думаю, да.
— Могу я ее видеть?
— Я не уверен, что помню, куда ее положил.
— А вы не могли бы ее поискать?
— Я бы с радостью, но я вам уже говорил…
— Да, я помню. У вас назначена деловая встреча.
— Именно.
— Мистер Диас, — сказал я, поставив пустой бокал на столик, — послушайте, что я думаю. Я думаю, что вы позвонили Бретту Толанду в ту же минуту, как узнали Лэйни.
— Извините, но я ему не звонил.
— Я думаю, что вы сказали, что он может ни о чем больше не беспокоиться, потому что…
— Ему и так было не о чем беспокоиться. Этот медвежонок — наш.
Лэйни его украла.
— Почему вы сейчас об этом заговорили, мистер Диас?
— Что?
— Что заставило вас связать между собой эти два дела?
— Потому что у Бретта не было других причин для беспокойства, кроме иска Лэйни.
— И теперь ему больше не о чем было беспокоиться, так? Потому что у вас была кассета, где Лэйни Камминс занималась мастурбацией.
— Позвольте!
— А разве она занималась чем-то другим, мистер Диас?
— Ну да, конечно, но…
— Тогда в чем дело? Вас шокирует это слово?
— Нет, но…
— Или само действие?
— Нет, но…
— Ведь вы же сами заказали эту кассету, разве не так?
— Да, я понимаю. Но у взрослых людей есть личные дела…
— Ага, ясно.
— …которые не являются темой для обсуждения.