Даже среди самых богатых и властных, говорила нам бизнес-школа, нет такого понятия, как идеальное состояние непринужденности в сочетании с успехом. Да взгляните хотя бы на людей, с кем у меня проходили собеседования. Не дожидаясь, пока в новостях (это 1991-й год) начнут говорить, как он украл чуть ли не миллиард долларов из пенсионного фонда собственной компании, чтобы покрыть свои чудовищные долги, Роберт Максвелл отправился в круиз на личной яхте и как-то ночью бросился в море.[34] Что же касается NeXT, то в начале 1993-го года Стив Джобс был вынужден уволить несколько сот работников и прекратить выпуск компьютеров, пытаясь вместо этого трансформировать NeXT в производителя программного обеспечения. Сегодня собственность Руперта Мердока опять приносит прибыль и он только что расширил свою деятельность на Азию, что делает его, по мнению некоторых экспертов, наиболее влиятельной фигурой мира в сфере коммуникаций. С другой стороны, тремя годами раньше Мердок едва не потерял свою империю из-за долгов.
Если уж Максвелл, Джобс и Мердок оказались жертвами таких превратностей, все, что мог сделать простой смертный — это работать изо всех сил, стараться быть поумнее и надеяться на удачу. Бизнес-школа оказалась не в состоянии помочь моим однокурсникам и мне лично по части удачи. Но она помогла нам стать умнее за счет интенсивной, строгой подготовки. И кто знает? Может, даже весь этот адский режим в бизнес-школе тоже принес свою пользу. Увольнение у Мердока я переживал бы куда как болезненнее, кабы не имел право сказать себе: "Я через все это прошел. Я прошел через Стенфорд."
Читателю придется связаться со мной лет через двадцать, чтобы узнать, докуда добрались мои однокурсники и я сам, но верю в то, что — пусть даже ухабами началась дорога — все мы будем в полном порядке. Бизнес-школа, как я уже сказал, не доставила нас прямиком в рай. Но она научила нас всех, как вести интересную жизнь здесь, внизу.
БЛАГОДАРНОСТИ
Хочу поблагодарить двух своих товарищей, Стивена Маначека и Джошуа Гилдера, чью дружбу я так упорно испытывал. Стивен (тот самый, что выведен на этих страницах) звонил мне со своими замечаниями — все они оказались неоценимы — из Нью-Йорка, Лондона, Чикаго, Далласа и, был такой случай, из своего кабриолета «альфа-ромео», пока он петлял по дорогам Лос-Анджелеса. Это кое-что говорит о жизни консультанта. И о щедрости Стивена, жертвовавшего своим временим. Джош, трудившийся над своей собственной книгой, проявил замечательные таланты, комментируя мой опус. Кроме того, в телефонных разговорах он разделял со мной минуты писательской агонии, причем помощи от этого занятия намного больше, чем может показаться на первый взгляд.
Я признателен Кларку Джаджу, Джону Подхорцу и Роберту Борку, моим коллегам из 80-х годов, а ныне членам Группы писателей при Белом доме, за их поддержку. Точно так же я благодарен самому молодому члену этой плеяды, Эверетту Уоллесу, который проверял факты, предлагал изменения, вычитывал рукопись, а затем и гранки — делая это все на самом высоком уровне, заботливо и доброжелательно.
Тони Долан дал свои советы по начальным главам, проявив при этом ту же педантичность и настойчивость, которыми он отличался, работая главой спич-райтеров для Рейгана и моим шефом. Джей Френч, Хавьер Пиедра, Кэйт и Элизабет Пратт, а также Константин Граф фон Швайниц, все неоценимые друзья, прочитали готовую рукопись и дали мне подробные замечания. Еще два хороших товарища, Хозе Месегуер и Майкл Лючия, помогли мне с математикой. Я им всем признателен.
Хотел бы также сказать спасибо Синтии Кеннелл, моему литагенту, за то, что познакомила с издательством Уорнер Букс, где Джами Рааб, моя редакторша, заслужила глубокую благодарность своей интеллигентностью, тактом и остроумием, которые она проявила, готовя эту книгу к выходу в свет.
И наконец, хочу поблагодарить своих родителей, Теодора и Алису Робинсон, и свою жену Эдиту. С тех пор, как мы поженились, Эдита подарила мне двух детей, взяла на себя хлопоты по переезду через всю страну, в Калифорнию, сама при этом преподавая романские языки. Все, что сумел я — это написать книгу. Предлагаю ее вам как карманный путеводитель по нашим относительным достоинствам.
34
34 Любопытная судьба у этого Максвелла. Его настоящее имя — Ян Людвиг Хох, родился в Чехословакии в 1923 г., в еврейской семье. Почти все родственники погибли, но сам он к началу войны работал в Будапеште, откуда бежал в Великобританию и там записался добровольцем в армию. Имел боевые награды. Тело его действительно было обнаружено через пять дней после исчезновения с яхты, возле Канарских о-вов, но обстоятельства смерти до сих пор полностью не раскрыты. На момент, о котором идет речь, долги его компании составляли $720 миллионов. — Прим. переводчика.