Да ведь он повязал на шею черный платок!!!
Анжелика тут же вспомнила, что сейчас Бенуа был одет во все черное, даже безупречно белые манжеты сорочки, обычно оживлявшие его мрачноватый наряд, не были выпущены из-под обшлагов.
Но разве для визита к сэру Уильяму Бенуа стал бы одеваться как на похороны? – задалась вопросом Анжелика. Ясное дело, нет. Пару секунд она стояла неподвижно, потрясенная своей догадкой, а затем, подхватив юбку, бегом бросилась наверх, ворвалась к себе в комнату и несколько раз лихорадочно подергала сонетку. Марта не появлялась, и девушка попыталась сама снять с себя нарядное атласное платье. Крохотные пуговки никак не желали быстро расстегиваться, и Анжелика нетерпеливо дергала застежки, слыша, как тонкая ткань рвется под ее пальцами.
– Миледи, что случилось? – Марта появилась в дверях.
– Сними с меня это платье, – торопливо проговорила Анжелика. – Скорей!
– Но почему?
– Не рассуждай! Делай, что тебе велят!
Марта повиновалась, недовольно сжав тонкие губы.
– Где амазонка? – Анжелика круто повернулась. – Отлично.
Она почти выхватила амазонку миссис Фолкнер из рук горничной.
– Куда вы едете? – испуганно спросила Марта.
– Не знаю, – отрывисто ответила ей Анжелика.
Схватив темную шаль, она накинула ее на голову, пряча под нею свои золотистые локоны.
– Пойдем со мной! – приказала она Марте. – Ты понадобишься мне, чтобы отвлечь конюха. – На мгновение на губах Анжелики появилась лукавая улыбка. – Насколько мне известно, у тебя это неплохо получается, – добавила она.
Они бегом спустились по лестнице. Анжелика пошла вперед, осторожно поглядывая по сторонам, однако никого не было видно. Очевидно, миссис Фолкнер все еще находилась на кухне, а Бенуа уже уехал. Две женщины на цыпочках вышли через парадную дверь и поспешили к конюшням, стараясь держаться в тени.
– Да что же все-таки?.. – начала было Марта.
– Шшш! – прервала ее Анжелика.
Прижавшись к стене дома, они затаились, услышав стук копыт по булыжникам, которыми был вымощен двор. Бенуа обменялся с конюхом парой слов и через несколько секунд проехал мимо них. Его черный силуэт четко вырисовывался на фоне ночного неба. Бенуа сидел верхом, а в поводу вел еще одну лошадь, и Анжелика поняла, что ее инстинктивные подозрения подтверждаются. Возможно, существует вполне невинное объяснение тому, зачем ему понадобилось брать с собой запасную лошадь, отправляясь навестить сэра Уильяма, но Анжелика думала сейчас о другом.
– Пошли! – прошептала она, обращаясь к Марте.
– Да что же все-таки происходит? – шепотом поинтересовалась горничная.
– Не знаю, но хочу разобраться! – вполголоса заявила Анжелика. – Займи конюха разговором, пока я буду седлать кобылу!
– Но, миледи! – Возмущение Марты было очевидным, несмотря на то, что говорила она едва слышным шепотом.
– Уж не хочешь ли ты сказать, что не знаешь, как это делается? – с вызовом спросила Анжелика.
– Знать-то я знаю, да вот… – Тут Марта сообразила, что обращается в пустоту, и прекратила попытки разубедить Анжелику, поняв, что уговаривать ее бесполезно. – Подождите меня здесь! – сказала она, нагнав хозяйку.
Анжелика спряталась в тени, наблюдая, как ее горничная томной походкой проплыла по двору ко входу в конюшню. Казалось, Марта совершенно преобразилась – даже двигалась она иначе, чем та обычно мрачная, с недовольным выражением лица женщина, которую Анжелика до сих пор знала. Как же стремительно меняется окружающий ее мир!
– Добрый вечер, Томас, – проворковала Марта.
– Мисс Фэрли! – Конюх повернул голову, когда она окликнула его, и в голосе его прозвучало явное удовольствие. – Я думал, вы сейчас наверху, с ее милостью…
– Она спит себе в кроватке, – ответила Марта с тихим смехом. – Бедняжка уже почти год как не ездила верхом, так что от усталости сразу уснула.
– А я и не заметил – в седле-то она держится превосходно, – с одобрением отозвался Томас.
– И неудивительно – эрл-то сколько часов ее муштровал, – снисходительно объяснила Марта.
Она стояла совсем рядом с Томасом, и Анжелике показалось, что она услышала, как тяжело вздохнул конюх, глядя на горничную сверху вниз.
– Хотелось бы мне увидеть в седле вас… – хрипло произнес Томас. – Вы действительно завтра уезжаете?
– Похоже на то, – с сожалением подтвердила Марта. – Уезжаем, если только я не придумаю, как убедить ее милость задержаться еще немного. Может быть, у вас есть предложения на этот счет? – Она улыбнулась Томасу, подняв голову и в упор глядя на него, одновременно переступив так, чтобы парень, повернувшись вслед за ней, оказался к Анжелике спиной.
Та в это время бесшумно проскользнула в каретный сарай. К счастью, там горел оставленный Томасом фонарь, и Анжелика сразу же увидела седло и отыскала уздечку, а затем, стараясь не звякнуть упряжью, вышла из сарая наружу. Теперь ей надо было пробраться в конюшню.
К тому времени, когда она в полумраке отыскала кобылу, руки девушки совершенно занемели от непривычной тяжести седла, но выбора у нее не оставалось, приходилось поторапливаться.
Во дворе послышались и тут же смолкли голоса, и девушка поняла, что Марта увела поклонника в каретный сарай. Оставалось надеяться, что он не заметит пропажу седла, но Анжелика решила, что конюх слишком очарован Мартой, чтобы обращать внимание на такие мелочи.
Девушка ласково заговорила с Доркас и ловко набросила на нее седло. Неожиданно в голове у нее промелькнула забавная мысль: «одевать» кобылу, оказывается, куда проще, чем пытаться одеться самой!
В детстве Анжелика проводила в конюшнях намного больше времени, чем разрешала ей мать, и ее всегда интересовало все, что было связано с лошадьми. Теперь девушке как нельзя кстати пригодились ее навыки. Быстренько оседлав кобылу, она повела ее наружу. В полной тишине едва слышное цоканье копыт Доркас по булыжникам раздавалось в ушах Анжелики подобно раскатам грома, и в горле у нее пересохло при мысли о том, что кто-то может выйти во двор и застать ее врасплох, однако дверь каретного сарая была предусмотрительно плотно прикрыта.
У тумбы, на которую обыкновенно забирались, чтобы пересесть в седло, Анжелика помедлила и после нескольких неудачных попыток неуклюже уселась на Доркас, надеясь при этом, что достаточно крепко затянула подпругу и седло не соскользнет в сторону. Кобыла недовольно тряхнула головой, однако не стала особенно возмущаться столь эксцентричным поведением всадницы, и уже через пару секунд Анжелика выехала со двора в том направлении, в котором удалился Бенуа.
Он опередил ее на несколько томительно долгих минут, но ведь он ехал не спеша, Анжелика была почти уверена, что он направляется на берег моря. А куда же еще мог ехать Бенуа Фолкнер? Однако она опасалась, что разминется с ним – или, напротив, неожиданно столкнется нос к носу.
Анжелика покрепче стянула узлом шаль и осмотрелась по сторонам, пытаясь хоть как-то сориентироваться. Кругом одни равнины – наверняка она сумеет разыскать Бенуа, даже, наверное, увидеть его в темноте. Однако сейчас девушке показалось, что она одна на целом свете. Бескрайний простор далекого неба, усеянного тусклыми звездами, пугал Анжелику.
Резко холодало. Ветер, от которого утром лишь ярче разгорались румянцем щеки, сейчас переменился, стал пронзительно-ледяным, он так и норовил забраться под амазонку. От его резких порывов Анжелика несколько раз едва не задохнулась. Под копытами кобылы с жестким шелестом перешептывались высохшие стебли прошлогодней травы.
Правильно ли она поступает? – спрашивала себя Анжелика. Разве можно надеяться разыскать Бенуа в незнакомой, пустынной местности, посреди ночи, когда, честно говоря, у нее нет ни малейшего представления о том, куда он мог подеваться. Ведь это только ее предположение, что он поехал к морю. К тому же, если она наконец отыщет его, что ей следует делать дальше? Шпионить за ним? Но зачем?
До сих пор Анжелика действовала, практически не думая: она была слишком взвинченна, чтобы спокойно обдумать ситуацию. Но сейчас, когда волнение ее понемногу улеглось, она начала соображать яснее. В лучшем случае она выставит себя на посмешище, в худшем – осложнит отношения с Бенуа.