С этой мыслью он и уснул.
Когда он проснулся, Ольги рядом не было. Судя по всему, она только что ушла, и звук закрываемой двери как раз и разбудил его. Как ни странно, он чувствовал себя отдохнувшим и бодрым. Одеться и сунуть в карман фонарик было делом пары минут. И вот уже он выскочил в коридор, захлопнул за собой дверь и устремился знакомым путём.
Вскоре ему удалось нагнать Ольгу. На сей раз она шла не столь быстро, как обычно. Только-только начинало смеркаться, но народу на улицах было уже немного. Оля шла, погружённая в свои мысли. Да, не оставалось сомнений, это была она. Опасаясь, что она может увидеть его, случайно обернувшись, Сергей шагал от неё на достаточно большом расстоянии. Однако по мере того как становилось темнее, он был вынужден сокращать дистанцию. Ольга шла своим обычным путём. Теми же самыми улочками и переулками она вскоре вышла к уже известному Сергею необитаемому дому. И снова, как и накануне, скрылась в том же дверном проёме. Отпали все сомнения — по окончании их свиданий Ольга возвращается в этот пустующий дом. Но что ей нужно ночью в этом старом и явно необитаемом строении? Что или кого ищет она в нём?
Сергей стоял у забора, не зная, на что решиться. Уйти как вчера? Или войти в дом? Нет, это было просто немыслимо! Ведь уже при первой их встрече Ольга предупредила его, чтобы он не задавал лишних вопросов. И за время их знакомства он усвоил, что может потерять её, если будет излишне любопытен. Да, она чётко дала ему это понять… И если она узнает, что он шпионит за нею!..
Пока он раздумывал, из дверного проёма вновь появилась тень. Она постояла некоторое время, как будто прислушиваясь, а затем направилась к выходу из двора. И хотя в свете луны Сергей и смог разглядеть, что это была женщина в бесформенном тёмном плаще, полной уверенности в том, что он видит Ольгу, у него всё-таки не было.
Меж тем женщина вышла со двора и направилась в противоположную от Сергея сторону. Какой-то атавистический охотничий инстинкт подталкивал его к преследованию. Стараясь держаться в тени, он следовал за женщиной. Вскоре они вышли к трамвайным путям. Здесь освещение было получше, и Сергей увидел, что голова женщины в тёмном балахоне покрыта чем-то вроде шали. И всё-таки, несмотря на этот странный наряд, Сергей был уверен, что перед ним идёт Ольга. Она меж тем перешла трамвайные пути и пошла вдоль высокой кирпичной стены. Место показалось Сергею знакомым. Когда же она, подойдя к большим воротам, прошла в них, Сергей сообразил — кладбище. «Но что ей делать здесь ночью? Что она здесь забыла? И к чему весь этот маскарад?»
Какое-то непонятное ему самому упрямство заставило его пройти в ворота и углубиться по аллее на территорию кладбища. Одинокая фигура маячила перед ним, временами пропадая в тени. Было абсолютно тихо, а потому приходилось идти крайне осторожно, дабы не нарушить звуками своих шагов царившее здесь безмолвие.
Вот фигурка свернула с центральной аллеи. Здесь было больше деревьев, а потому и темнее. И снова идущая впереди женщина повернула в очередную аллею. Пройдя немного, остановилась под большим деревом, как бы прислушиваясь к чему-то — но тишину нарушал лишь далёкий стук трамвайных колёс. Постояв неподвижно несколько секунд, она пошла дальше. Затем приблизилась к оградке могилы, выделявшейся среди прочих большими размерами своего надгробья, открыла калитку, вошла внутрь и — исчезла.
Сергей от неожиданности зажмурился. Затем легонько нажал ладонями себе на глаза. Снова посмотрел — в призрачном свете луны, как нельзя более кстати выглянувшей из-за туч, достаточно чётко была видна могила. Но помимо памятника и могильного холмика за решёткой ничего и никого не было.
Стояние в тени дерева посреди кладбища поздним вечером едва ли способно доставить удовольствие кому-либо. Сергей попытался сориентироваться и запечатлеть в памяти участок, в калитку которого вошла преследуемая им женщина. Затем повернулся и направился к выходу, стараясь получше запомнить путь.
Как ни странно, на сей раз Сергей заснул достаточно быстро. Скорее всего, сказывались треволнения истекшего вечера и накопившаяся за последние дни усталость. Кроме того, наконец-то появилось нечто вроде определённости, которой так не хватало ему в последние дни, в последнее время. В любом случае, он испытывал некоторое облегчение, пусть и круто замешанное на тревоге, если не на страхе. И это облегчение позволило ему проспать не менее шести часов. Проснувшись, по обыкновению занялся зарядкой, позавтракал, а затем позвонил коллеге и предупредил, что на работе его сегодня не будет.
За окном — пасмурное осеннее утро. По подоконнику стучали редкие капли. На балконе ветер шелестел какой-то бумагой. Было одиннадцатое сентября. «Завтра — день рождения Ольги», — отметил про себя Сергей, срывая листок с календаря.
Надев плащ и захватив зонтик, он отправился на то старое кладбище, куда накануне его привело преследование женщины в чёрном балахоне. Сойдя с трамвая, он вошёл в высокие кладбищенские ворота и направился по центральной аллее в глубь территории. Хотя это было и непросто, ему удалось вспомнить, где женщина повернула в боковую аллею. Повторив вчерашний путь, он оказался под тем самым старым деревом, из-под которого вчера вечером наблюдал за женщиной;, скрывшейся за одной из могильных оградок.
Хотя дневное освещение и изменило до неузнаваемости всё вокруг, сомнений не было — он видел ту самую могилу… И, как ни странно, место казалось ему очень знакомым. Ах да, конечно, ведь около года тому назад где-то здесь они хоронили своего коллегу. Покойному было уже за восемьдесят, но благодаря своей исключительной эрудиции и живому уму он оставался незаменимым на занимаемом им посту вплоть до своей неожиданной смерти. Его «подхоронили» к кому-то из родственников. К жене, кажется. Сергей тогда ещё помогал нести гроб. А потом, когда стал расходиться пришедший на похороны люд, некоторое время он оставался на кладбище, переходя от памятника к памятнику, разглядывая надгробья и читая эпитафии. Он даже сочинил тогда этакую псевдофилософскую эпитафию самому себе:
И что-то ещё произошло тогда на этом старом кладбище. Кого-то он встретил, или увидел что-то необычное…
Вспоминая тот день, Сергей подошёл к могиле, на которую накануне вечером его привела женщина (как-то не хотелось даже мысленно называть её Ольгой). К его удивлению, калитка оградки оказалась на замке. Чтобы разглядеть высокое гранитное надгробье, следовало зайти с противоположной стороны. Сергей предпочёл не обходить участок по аллее — до ближайшего пересечения аллей было не менее пятидесяти метров. Представлялось более простым пройти по очень узкому проходу между оградками. Рискуя испачкаться о мокрые, местами покрытые ржавчиной и мхом металлические прутья, он стал осторожно бочком протискиваться между оградками двух могил.
Да, памятник был основательным. Огромный тёмно-серый монолит поставили здесь, судя по всему, ещё задолго до революции семнадцатого года. Верхнюю его часть завершал большой православный крест. А вот загородку, похоже, меняли неоднократно. Скорее всего, участок постепенно уменьшали, отдавая его части под другие захоронения. Слева сверху вниз по вертикали на мокрой поверхности отполированного гранита располагались выполненные на керамике девять мужских и женских портретов. Правее каждого ив них были высечены фамилии, имена и даты. По всей видимости, все фотографии были изготовлены и укреплены в относительно недавнее время одним из потомков или просто родственников покоящихся здесь людей.
Сергей остановился, разглядывая фотографии, и — у него перехватило дыхание! Третьим сверху был портрет… Ольги! Рядом — даты: 1899 — I938 гг. И день рождения со днём смерти. Это был её день рождения: двенадцатое сентября…