— Увы, — развёл руками Корышев.
— Дайте мне вашу отраву.
Павел не стал возражать, тем более что Джулио стал лоялен, хотя это объяснялось убеждённостью, что Макс устранит его. Вероятно, тем самым мафиози решил отомстить своему обидчику.
Кортес закурил и поморщился:
— Какая теперь разница, но я бы предпочёл умереть с сигарой.
— Каждому своё, — отметил Корышев. — Так значит, он был у вас перед захватом?
— Да, он возник у меня за спиной и предложил нехитрый выбор: либо я подставляю Соруса, либо я молчу. И как видите, я перед вами, — он затянулся, едва не закашлявшись и медленно, поэтично, произнёс: — Сладка месть…
— Вы пытались найти его?
— Да, естественно, но он оборвал все связи. Вышел он на меня, были третьи лица, но теперь я понимаю, что была подстава. Это были его люди. Организацию во многом возложили на него. Я лишь помогал… да, скорее помогал, процентов 70 работы выполнял он.
— Как он собирался организовать нападение? Какие силы задействовал? Откуда взял людей?
— Как… — Джулио сбросил пепел. — Есть у него один метод. Я даже не поверил, когда услышал.
— Какой?
Мафиози лукаво улыбнулся и неспешно затянулся.
Хлопнул выстрел — Джулио не успел договорить: он дернулся и стал медленно оседать. Крохотная дырочка в стекле ярко выделялась своей чернотой. Охранник отреагировал мгновенно, скрывшись за дверью. Из-за зеркальной стороны не было видно, что происходит в соседней комнате, но звуки борьбы говорили сами за себя.
Кортес не удержался на стуле и мешком рухнул на пол. Пуля пробила висок, но не вылетела с другой стороны. Корышев нажал на кнопку вызова и прокричал: «Медиков и охрану быстро сюда». Он вскочил и подбежал к мафиози. Пульс отсутствовал, но возможно, что ещё не всё было потеряно, ведь мозг человека начинается разрушаться через несколько минут после смерти.
Дверь распахнулась. В сопровождении вооруженного охранника в допросную влетел медик и приказал:
— Отойдите!
Павел и не думал перечить: отскочил в сторону, справедливо понимая, что ничем не может помочь, разве что не мешать. Он вышел. Стрелявшим оказался Хокай. Сейчас Том лежал на полу с наручниками на руках. Вокруг стояла тройка крепких парней с поста. Чуть в стороне находились Греченко и Ромин.
— Как это произошло?
— Он достал пистолет и выстрелил, — ответил аналитик. — Мы следили за разговором и не успели его остановить.
Павел подошёл к стрелявшему. Тот вёл себя подозрительно тихо, словно бы даже не дышал.
— Зачем вы сделали это? Кто вам приказал?
В ответ он получил молчание: Хокай смотрел в пол стеклянными глазами. Он уже был мёртв.
Павел отшатнулся, его обдало холодом. Картина выстроилась мгновенно. Перед ним лежал не настоящий Руслан Хокай, а его маникен, запрограммированный на уничтожение мафиози в случае, если тот будет слишком разговорчивым!
— Он мёртв.
Охранник тревожно посмотрел на Павла, а затем опустился к агенту и пощупал пульс.
— Да, верно, — признал он и выругался.
Взгляды Корышева и Ромина встретились. Оба прекрасно понимали, что значило произошедшее.
— «…Как он собирался организовать нападение? Какие силы задействовал? Откуда взял людей?
— Как… Есть у него один метод. Я даже не поверил, когда услышал.
— Какой?..»
Павел остановил запись за мгновение до выстрела. Булдаков, Соколов и Греченко некоторое время смотрели в голопроектор и молчали. Первым высказался Корышев:
— Почему Макс не убил Джулио, а позволил ему попасть в наши руки? Ведь имел полную свободу действий.
— Шум. Ему нужен шум… — ответил Андрей. — По-моему это самое простое объяснение.
— Возможно… вполне, — признался Корышев и полез за сигаретой. — Поскольку мы в моём кабинете, то я закурю, если вы не против.
Никто возражать не стал.
— У меня есть предположение, — произнёс Греченко. Все повернулись к нему, Павел так и застыл с сигаретой в руках. — Он не хочет убивать.
— Не хочет убивать? — переспросил Саша. — Да он устроил бойню уже два раза, — Андрей отметил, что он упустил ещё один эпизод: крушение Империи, но разумно промолчал.
— Не хочет убивать без нужды, — поправил себя аналитик. — Он фанатик, но фанатик странный. Ради своей цели он может уничтожить всё вокруг, но если этого не требуется, он милостив.
— Ангел-каратель, — оценил Андрей. Корышев взглянул на него, что-то обдумывая, и прикурил.
— Да, что-то похожее. Он отпустил Кортеса будучи абсолютно уверенным в том, что сможет проконтролировать его действия. Я ничего не нашёл про агента Фэнча.
— Нужно запросить ЦРУ. Откуда-то у копии должно было взяться удостоверение. Не сами же они его сделали.
— Подделка хорошего качества, — предположил Павел.
— Оно настоящее, — уверенно кивнул Греченко. — Когда он напал на кортеж Семёнова, тогда он и забрал удостоверение. Это настоящее удостоверение Льюиса Фэнча.
— Вообще не исключено, что подобный случай не единичный, — сказал Андрей. — Может, в действительности существовал Руслан, а его заменили как Семёнова.
— Увы, — признался аналитик. — Исключать нельзя. Кстати, об этом Руслане информации нет. Придётся общаться с самим руководителем Секретного Отдела.
— Возьму это на себя, — кивнул Павел.
— В этом нет необходимости: Ромин сам во всём разберётся.
— Хорошо, согласен и на такой расклад. Кажется всё очень простым на первый взгляд, — отметил Корышев, разгоняя дым рукой. — Здесь что-то большее, чем просто организация фанатиков. Их методы и средства необычны, тем более туманны у них цели. Неужели просто изменить мир?
— Принцип фанатиков, как фашистских, так и религиозных, — сказал Саша. — Вообще любых.
— Когда изловим тогда и спросим, — ответил Павел.
— Что сказал генерал про этого человека? — спросил Булдаков.
— Он был одним из «контролёров». Теперь это совершенно очевидно. Девица пока ещё не появлялась.
— Уверен, скоро появится, — кивнул Андрей. — Нужно ещё посмотреть, кто такой Макс Ринович на самом деле. Вдруг реальное лицо?
— Да, обязательно. Но этим убийством он сыграл нам на руку. Теперь секретники несколько дискредитированы, у нас будут развязаны руки.
— Будешь брать Соруса? — поинтересовался Саша.
— Да, начну прямо сейчас, — ответил Корышев и потушил сигарету, затем с отвращением посмотрел на неё. Андрей подумал, что он вспомнил умирающего Джулио с сигаретой в руках: лучшая антиреклама. «Вот, что значит фраза: никотин убивает человека». — Надо бросать курить. И деньги на ветер, да и польза сомнительна.
Первые лучи солнца уже касались крыш небоскрёбов Манхеттена. Их зеркальные стены светились в утреннем свете.
Ким Сорус стоял у своего рабочего стола и смотрел в бронированное окно, задумчиво провожая взглядом далёкий флайер. По большому счёту ему был безразличен технократический пейзаж гигантского мегалополиса, в котором проживают более шестидесяти миллионов человек. Его сейчас волновала судьба только одного из них: себя.
Джулио взяли. Если тот раскололся, то в скором времени должны прийти и за ним! Скорее всего, тот расскажет всё, чтобы утянуть его с собой в бездну. Латиноамериканский мафиози был человеком мстительным, и Сорус не питал никаких иллюзий. Огромные финансовые средства, которыми располагал Ким, уже не впервые выручали из неприятных ситуаций, хотя сейчас им вплотную занимались спецслужбы. Что ж, это означает, что потребуется больше денег, не более.
Запищал интерком. Ким резко повернулся, словно услышал тиканье взрывного устройства. Он улыбнулся: «Веду себя как желторотый птенец», быстро взял трубку, вызов шёл от секретаря.
— Мистер Сорус, вам пришла почта из российского посольства. Вы просили не беспокоить, но это, наверное, важно. Простите, если…